Падение Теночтитлана - Ростислав Кинжалов

Тогда испанцы переменили тактику. Они решили прикинуться друзьями индейцев. Грихальва отпустил на волю троих пленных туземцев и даже одарил их дешевыми бусами и бубенцами. Через переводчиков индейцев, захваченных в плен де Кордовой, им дали понять, чтобы они привели сюда остальных жителей и что испанцы не собираются делать им зла. Но тщетно прождал Грихальва в этом селении четверо суток. Никто так и не явился. А самих «парламентеров» и след простыл…

Не рискуя углубляться в чужую, враждебную страну, испанцы продолжили плавание вдоль берегов. Следующая встреча с индейцами произошла недели через две у устья полноводной реки Табаско. Навстречу испанцам двигалась флотилия из пятидесяти пирог с сотнями воинов в полном боевом снаряжении. Наготове стояли у берегов еще десятки пирог. Поняв, что дело может кончиться очень плохо, Грихальва начал мирные переговоры. Через переводчиков он сообщил вождю племени, что намерен не воевать, а торговать. Индейским представителям были продемонстрированы синие бусы, зеркальца, безделушки из зеленого стекла и прочие товары. В обмен испанцы потребовали золота и продовольствия. Посовещавшись, индейцы приняли это предложение. Они доставили много рыбы, кур, фруктов, маисовых лепешек. На большой разложенный на земле платок представители индейцев положили несколько красивых золотых вещиц — фигурки уток, ящериц, ожерелья. «Больше золота у нас нет, но к закату лежит страна, где его великое множество», — заявили индейцы. Это известие окрылило завоевателей, наполнило их сердца восторгом. Но, прежде чем тронуться дальше, в золотоносную страну, они решили присоединить вновь открытые земли к испанской короне. Через переводчиков Грихальва рассказал индейцам о могучей империи Карла V и потребовал, чтобы они признали своим повелителем испанского короля. На это последовал резонный ответ, что повелитель у них уже есть свой и довольно странно, что испанцы, едва лишь познакомившись с ними, уже навязывают им какого-то другого вождя, которого никто не знает и не видел. Если же пришельцы вздумают сделать это силой, то им придется иметь дело с двумя готовыми к бою отрядами обшей численностью в шестнадцать тысяч человек. Такой ответ немного отрезвил испанцев. Погрузив продовольствие и захватив золотые безделушки, они поспешили уехать. Много прибрежных селений и бухт, лиманов и горных вершин занесли испанцы на карту, пока достигли реки, на берегу которой стояли толпы индейцев с длинными копьями, украшенными белыми флажками - символом мира и дружбы. Риас де ла Бандерас («Рекой флажков») назвали её испанцы, недоумевая, чем заслужили столь радушный прием и почему в отношениях к ним местных жителей произошел вдруг такой перелом.

Не знали они тогда - это выяснилось значительно позже, - что достигли границ большой и сильной страны - Мексики, территория которой превосходила Испанию. И по приказу Монтесумы - властелина этой страны - была устроена им столь дружеская встреча. Монтесума, находившийся за сотни километров от этих мест, в своей столице Теночтитлане, незримо следил за каждым шагом бледнолицых «людей с Востока», как их называли. Гонцы передавали ему листки, на которых в виде целой серии рисунков был запечатлен весь путь испанских завоевателей, их внешний облик, их корабли и вооружение. Из этих сообщений знал Монтесума и об особом пристрастии чужеземцев к золоту. Но он лишь смутно догадывался об их конечных целях. С помощью золота, на которое так падки были испанцы, он и решил выведать их дальнейшие намерения. Местным властям было поэтому поручено приветливо встретить пришельцев, обменивать их товары на золото и выяснить, что эти «люди с Востока» намерены делать дальше.

Всего этого испанцы не знали. Они видели лишь знаки внимания и дружелюбия - и не переставали удивляться. Подозревая, что их ждет засада, испанцы отрядили вначале две лодки с двадцатью до зубов вооруженными солдатами. Как только они причалили к берегу, к ним подошла группа индейцев с подарками - обильной вкусной снедью. В честь гостей были разостланы циновки. Испанцев любезно пригласили приступить к пиршеству. Тогда Грихальва распорядился произвести всеобщую высадку. Встретили его с большим почетом, окуривали благовонной смолой. Но объясняться приходилось знаками, - индейцы переводчики не знали местного языка.

Шесть дней пробыли испанцы на гостеприимном берегу «Реки флажков», обменивая свои стекляшки на золото. Его набралось довольно много - на 15000 песо - сумма весьма значительная по тем временам. Объявив, что эта страна отныне принадлежит королю Карлу V, испанцы продолжили свой путь на север. Еще несколько раз встречали они индейцев и неизменно требовали золота. Иногда это удавалось, иногда же испанцы попадали впросак. Так, в одном из селений они приобрели сто блестящих топоров, приняв их за золотые. А топоры эти оказались медными…

Поняв, что наличных сил недостаточно для основания здесь испанских колоний, Грихальва решил потребовать подкрепления. Один из кораблей, на который погрузили добытое золото, под командой капитана Альварадо был отправлен в обратный путь, к острову Куба.

Веласкес очень радостно встретил Альварадо. Когда же он увидел груды золотых вещей, которые испанцы обменяли на стекляшки, он был поистине счастлив. И тогда-то у него окончательно созрел план завоевания новой страны. Некоторое время спустя, так и не дождавшись подкрепления, на Кубу вернулись и остальные участники экспедиции во главе с Грихальвой. Причин для возвращения было много. Среди испанцев начались раздоры. Некоторые хотели обосноваться в тех местах, где индейцы встретили их радушно; другие предлагали двигаться дальше на север; третьи настаивали на быстрейшем возвращении. К тому же далеко не все индейцы были настроены дружелюбно - несколько раз происходили между ними и завоевателями кровавые стычки. Углубляться в неизвестную страну с уставшими от многомесячного похода и открыто роптавшими людьми Грихальва не решался. И он приказал повернуть назад.

Вот теперь-то и выступил на сцену Эрнандо Кортес, Именно его поставил Веласкес во главе новой, несравненно более мощной военной экспедиции, которая должна была завершить дело, начатое де Кордовой и Грихальвой.

Может показаться странным, что выбор Веласкеса пал на Kopтeca, к которому он относился неприязненно. Но другого, более подходящего человека губернатор не нашел. Правда, не прочь был вторично отправиться в путь Грихальва. Однако своим племянником Веласкес был недоволен. Он считал, что за полгода странствий тот мог бы добиться большего. Не было недостатка и в знатных идальго из весьма почтенных родов, предлагавших губернатору свои услуги. Но не каждому можно было поручить такое дело. Нужен был человек смелый, решительный, предприимчивый, за которым солдаты пошли бы в огонь и в воду. С другой стороны, он не должен был слишком зазнаваться, чтобы не затмить собой губернатора Кубы, вдохновителя и организатора экспедиции. К тому же это должен был быть человек состоятельный, чтобы он мог взять на себя значительную часть расходов.

Долго перебирая всевозможных кандидатов, Веласкес в конце концов остановился на Кортесе. Этому, кстати сказать, очень способствовали казначей и секретарь губернатора, с которыми Кортес был в тайном сговоре. Честолюбивый идальго, мечтавший о золоте и завоеваниях, клятвенно пообещал этим доверенным людям Веласкеса значительную часть своих будущих доходов, если они добьются назначения его на пост начальника экспедиции. И он получил этот ответственный пост вместе со званием капитан-генерала.

Кортес оказался отличным организатором. За короткий срок он сумел взбудоражить весь Сант-Яго. Посулы щедрого вознаграждения золотом, землей и рабами заставляли людей забывать о суровых буднях военных походов. На призыв Кортеса принять участие в экспедиции сразу откликнулись триста добровольцев. Многие из них продавали свое имущество, чтобы приобрести оружие и лошадей, ценившихся на Кубе очень дорого.

Все свои деньги Кортес вложил в это предприятие, вполне уверенный, что затраты окупятся сторицей. Но этого было мало, и Кортес заложил свое имение и уговорил раскошелиться нескольких богатых купцов. На раздобытые таким путем деньги он снарядил шесть каравелл, закупил оружие, провиант, всё необходимое для долгого и трудного пути.

На экспедицию Кортеса работали все ремесленники и мастеровые Сант-Яго, но он поспевал за день везде побывать, всё лично посмотреть и проверить. Вскоре авторитет его так вырос, что Веласкес стал подумывать, не сделал ли он серьезной ошибки, поручив руководство экспедицией Кортесу. Если так пойдет и дальше, то скоро о его, Веласкеса, заслугах забудут вовсе, а все почести и вся слава достанутся одному Кортесу. Нашлись среди родственников и приближенных губернатора завистники, которые решили воспользоваться его подозрительностью и болезненным самолюбием. Они не упускали случая напомнить Веласкесу о старых грехах Кортеса.