Защитник для Хранителя (СИ) - Малышева Алёна

Ника гордо вскинула подбородок, стараясь скрыть обиду. За те дни, что они добирались до Златограда, она не раз почувствовала на себе неприязненное отношение. И всё из-за того, что полукровка. Но так привыкнуть к этому и не смогла.

Как объяснили друзья, это связано не только с тем, что только полукровки могут быть спонтанными магами. Существует легенда, что именно эльфийский полукровка предал Злату во время одного из ее существования в облике смертной. С тех времен и существует поверье: свяжешься с полукровкой — жди неприятности. Может даже и справедливое поверье. Что делать изгнанникам, которых не хочет признавать ни одна из рас, как не идти в бандиты, наемники или в разнорабочие? В редких случаях полукровки могли добиться чего-то стоящего.

— Эй, стражник, срочно два въездных документа!

Оттолкнув Нику, к столу писаря шагнул чернобородый мужчина. Судя по красному плащу, накинутому на тяжелые доспехи, и изображению черного льва на щите, телохранитель какого-то дворянина.

— Эй, сударь?! — сердито посмотрел на наглеца Черняк, удерживая от падения пошатнувшую Нику. — Вообще-то сейчас наша очередь.

Тот окинул пренебрежительным взглядом их компанию и, презрительно бросив:

— Шваль! — повернулся к писарю. — Пиши: Эрнинг Сноу и Ларри Вапс, оба из Рос, на трое суток, послы к царю. И побыстрее давай!

— Да, да, конечно, господин, сейчас сделаем! — вздохнул мужчина, бросая настороженные взгляды на герб.

Ника глубоко вздохнула, стараясь унять злость, неожиданно возникшую, схватила одной рукой за рукав Черняка, готового наброситься на воина, а другой зарычавшего Уголька, вместе с ними отошла к окну. За ними шагнула и Беляна. Убедившись, что друг и пёс более-менее успокоились, хотя Черняк продолжал кидать угрожающие взгляды в спину воина, а Уголёк порыкивать, отпустила того и другого. Устремив невидящий взгляд во внутренний двор, постаралась не обращать внимания на происходящее в комнате.

Злость оказалась для неё неожиданной. Сколько себя помнит, она редко злилась, когда дело касалось её. Но сейчас-то оскорбили не только её, но и друзей. Может и усталость от пройдённого пути сказалась.

— Наконец-то! Медленно работаешь! — высокомерный голос чернобородового отвлек от мыслей. Громкие шаги, злой его возглас: — Дура, куда прешь?!

— Извините, господин, — испуганный детский крик. — Не надо…

Ника быстро обернулась. Чернобородый воин поднял руку, собираясь ударить девочку лет десяти, испуганно прижимающую пустую корзину к себе. Сырые яйца, которые до этого, видимо, были в корзине, живописно расползались по плащу воина. Ника сама не заметила, как оказалась рядом с Чернобородым и приставила кинжал к его глотке.

— Медленно опустил руку! — прошипела она, усилив нажим на кинжал. Подбежавший Уголёк угрожающее оскалился, поддерживая её требование.

Воин медленно последовал приказу.

— Отлично! Черри, достань арбалет.

Дождалась, когда друг нацелит оружие, купленное ими в какой-то деревне, на воина, медленно убрала кинжал и сделала шаг к другу.

— Теперь, сударь, думаю, вам лучше покинуть это помещение!

Когда воин был уже у двери, негромко добавила:

— В вашем же интересе сохранить это происшествие в тайне. Вам лучше знать, как отнесутся к воину, которого заставила подчиниться женщина.

Чернобородый на миг замер, кинул через плечо на нее ненавидящий взгляд, многообещающе бросил:

— Мы еще встретимся, полукровка! — и громко захлопнул за собой дверь.

Несколько секунд в комнате царила тишина. Ника с удивлением смотрела на кинжал в руке. Что с ней происходит, откуда снова эта ярость?

Девочка с криком:

— Папа! — бросилась на колени к писарю. Тот обнял ее и начал успокаивающе гладить по двум рыжим косичкам, что-то тихо шепча.

Только тут Ника смогла рассмотреть девочку. Худенькая, из-под короткого белого с большими синими цветами сарафана выглядывают разбитые коленки. На лице большущие сейчас заплаканные, зелено-карие, как и у отца, глазища.

— Ника, ты, кажется, приобрела серьезного врага, — обеспокоенно произнесла Белла, подойдя.

— Одним больше, одним меньше! — усмехнулся Черри, убирая арбалет в сумку.

Ника вздохнула. Она так хотела спокойно и тихо устроиться в городе, и в первый же день умудрилась встрять в историю. Запустила руку в густую шерсть Уголька.

— Сударыня!

Она вопросительно посмотрела на писаря.

Девочка спряталась за его креслом, мужчина поднялся и, прихрамывая, вышел из-за стола. Прижал скрещенные руки к груди и отвесил небольшой поклон:

— Спасибо, что заступились за Зорьку! Она у меня одна осталась, — и обеспокоено добавил: — Ваша подруга права. С Хватом Черниговым шутки плохи.

— Чернигов? Он никак не связан с графом Черниговым? — вот было бы совпадение.

— Младший брат его светлости, — кивнул мужчина.

Ника переглянулась с друзьями. Видимо, им троим одновременно припомнилась встреча с наследником графа Чернигова, после которой пришлось быстро покидать деревню.

— Да-а, видать веселенькая семейка! — усмехнулся Черри. — Везет же им на встречу с тобой. Осталось с самим графом повздорить!

— С царским советником? — испуганно отступил писарь.

Черняк покачал головой:

— Умеешь же ты, Ника, врагов выбирать! Мало тебе Пов…  — наткнулся на взгляд Ники и смущенно замолк.

— Думаю, нам пора, — обратилась Ника к Милену, решив уйти, пока не наговорили лишнего.

— Подождите, я сейчас.

Мужчина быстро вернулся за стол, заполнил бланки и положил их на край стола.

— Вероника Мирская, приложите ладонь.

Ника удивлённо вскинула брови, но подошла и положила ладонь на бланк. Руку приятно защекотало. Писарь разрешил убрать руку. Ника удивлённо вскинула брови. На бланке над именем появился её портрет.

Писарь свернул документ в свиток и протянул ей:

— Ваша личная грамота!

— Думаю, теперь все. Добро пожаловать в Златоград! — торжествующе закончил писарь, когда выдал грамоты и её друзьям.

— Спасибо, сударь! — благодарно улыбнулась Ника. Хотя бы одна проблема решилась.

Милен, благодушно улыбаясь, пожал плечами.

— Ребята, вы уже нашли место, где остановиться на ночь?

Ника смущенно переглянулась с друзьями и нехотя призналась:

— Нет еще, сударь. Может, посоветуете таверну?

— Никаких таверн! Эту ночь переночуете у нас. А завтра с утра отправитесь разыскивать родственников!

Ника виновато потупилась. Они поведали писарю ту же историю, что и в деревнях: документы сгорели во время нападения, прибыли в столицу к родственникам, но где именно те сейчас живут, не знают. Мол, давно виделись, а без документов никак.

Писарь оказался хорошим человек, и обманывать его не хотелось, но и признаваться нельзя. Слишком много вопросов тогда возникнет. Поэтому не нужно соглашаться на его предложение…

— Если мы вас не стесним, то с радостью останемся у вас! — опередил Нику Черняк. Она с возмущением посмотрела на друга, а тот словно и не заметил её взгляда.

— Вот и хорошо. Пусть у нас и небольшой домик, но место всем найдем. Зорька проводи гостей к нам и будь за хозяйку. Я освобожусь где-то через час.

Ника с друзьями, попрощавшись с писарем, направилась к выходу, с улыбкой наблюдая за девочкой, которая старалась казаться взрослой и степенной, вот только задорно сверкающие глаза, когда она поглядывала на гостей, все портили.

Ника влюбилась в этот город. Влюбилась с первого взгляда. В небольшие светлые двухэтажные домики, широкие каменные мостовые, в живописные мостики через реку Семгу, пересекающую город, в умытые ночным дождем шпили храмов и купола дворца. Не смотря на раннее время, город уже жил полной жизнью. Спешили к рынку служанки, стражники в стальных доспехах под синими плащами степенно наблюдали за порядком, открывались лавки, люди торопились на работу.

— С дороги!!! — разнесся крик по улице.

Черри за руку потянул Нику ближе к стене дома, но недостаточно быстро. За спиной раздался топот копыт, совсем рядом пролетел конный отряд. И грязная вода из ближайшей лужи окатила Нику.