У нас все получится. Как понимать и любить друг друга - Элизабет Эрншоу

или безопасное, и выражаться это может на разных уровнях: физическом, эмоциональном и ментальном. На основе того, чему мы у этих людей научились, формируется образ привязанности, который сохраняется и в нашей взрослой жизни. Чувствовать прочную связь с другими – это нормально. Об этом мы уже говорили, когда речь шла о зависимости. По словам Джона Боулби, первопроходца в теории привязанности, наш стиль построения отношений с людьми сопровождает нас с первых дней и до самого конца жизни. Впрочем, если в ранние годы мы не чувствовали, что зависимость от других безопасна, то можем из-за этого испытывать затруднения.

Некоторые дети приобретают опыт, согласно которому отношения – это источник безопасности. Живя со взрослыми и, следовательно, состоя в самых первых в своей жизни отношениях, дети видят, что эти люди умеют проявлять уважение, вести себя ответственно и им можно доверять. Кажется, об этих качествах мы уже читали. Да, конечно, речь идет о «трех опорах отношений» (глава 2). Старшие, способствующие формированию безопасной привязанности, понимают, что ребенок – это отдельный человек со своими мыслями, личными границами, нуждами и желаниями. Кроме того, в разговорах с ребенком и в своем поведении по отношению к нему они демонстрируют уважение. Чуткость у таких взрослых выражается в том, что они, например, не игнорируют крики малыша и стремятся помочь, если ему трудно или у него возникла какая-либо потребность. А ребенок привыкает доверять этим старшим больше, чем всем остальным. Все элементы их поведения и признаки присутствия предсказуемы. Основное стремление подобных людей заключается в том, чтобы, укрепляя взаимосвязь с детьми, учить их при этом быть самостоятельными.

В дальнейшем такие дети не боятся налаживать контакт с окружающими. У них, как правило, реже возникают тревога и желание избегать общения. Начиная испытывать в отношениях дискомфорт, они обычно реагируют адекватно сложившейся ситуации и способны встретиться с проблемой лицом к лицу.

Становясь взрослыми и вступая в отношения, такие люди ждут от партнера уважения, чуткости, надежности. И не только ждут, но и считают, что это норма. Поэтому любое несоответствие такому убеждению воспринимается ими как сигнал тревоги. Высоко ценя атмосферу безопасности, они ощущают свободу от тревог и страхов, благодаря чему остаются открытыми к новым возможностям, не боятся рисковать и прокладывают себе путь к желаемому результату. Но есть и другие люди, у которых в детстве зародилось представление об отношениях как о чем-то опасном. Думая так, ребенок испытывает тревогу каждый раз, когда приходится начинать общение с окружающими. Беспокойство возникает у него на глубинном уровне психики.

В детстве мы эгоцентричны. Верим, что мир функционирует в ответ именно на наши действия. В рамках развития в ранние годы жизни это нормально. Поэтому если наши родители в ту пору проявляли к нам уважение, чуткость и были надежными, то у нас формировалось убеждение: мы это заслужили, то есть сделали что-то, чтобы нам подарили именно такую любовь. А если старшие не ценили нас, не выказывали чуткость, не отличались надежностью, то мы начинали думать, что сами сделали что-то, из-за чего к нам так относятся.

Следовательно, ребенок вынужден верить, что взрослые – хорошие люди. Ему было бы слишком страшно считать тех, кто его воспитывает, плохими, ведь именно от них зависит его выживание.

Детям необходимо думать, что присматривающие за ними взрослые сильны, мудры и много чего умеют. Стало быть, малыш чувствует себя безопаснее, когда считает, что плохому отношению он подвергается из-за того, что сам это чем-то заслужил.

В результате развиваются компенсаторные механизмы, позволяющие сохранять ощущение контроля над происходящим. Дети учатся быть хорошими для тех, кто их воспитывает, даже если это приходится делать в ущерб себе. Таким образом, может ухудшиться понимание собственных потребностей и чувств, ребенок начинает многое терпеть, соглашаться на то, что ему не нравится, просто боясь расстроить взрослых. Малыш тратит силы, чтобы его не отвергли, и в итоге привыкает все меньше и меньше внимания уделять собственным желаниям, целям, возможностям.

Когда в отношениях есть атмосфера безопасности, мы не боимся рисковать и прокладывать путь к целям.

Если я буду…

______________________

то люди станут…

______________________

Согласно выводам специалистов, исследующих феномен привязанности, то, как на человека реагируют важные для него люди, особенно в минуты стресса, формирует в нем определенные ожидания и взгляды, связанные с дальнейшим развитием его взаимоотношений с людьми. Зарождаются убеждения типа «Если… то…», например:

• если мне нужна свобода, люди отнесутся к этому с уважением;

• если мне нужно, чтобы меня успокоили, другие смогут это сделать;

• если мне грустно, люди не проигнорируют это;

• если мне нужна свобода, никто не отнесется к этому с уважением;

• если мне нужно, чтобы меня успокоили, другие отвернутся от меня;

• если мне грустно, люди проигнорируют это[17].

САМОАНАЛИЗ

В детстве вашу потребность налаживать взаимосвязь с окружающими удовлетворяли? А как при этом взрослые относились к вашей потребности в независимости?

Были ли вы вынуждены делать что-либо в ущерб себе ради того, чтобы быть «хорошим в глазах взрослых»? Делаете ли вы то же самое сейчас, чтобы партнер считал вас «хорошим»?

Напишите перечень ваших личных убеждений из разряда «Если я… то люди…».

У ребенка по мере взросления эти взгляды и компенсаторные механизмы могут оставаться неизменными. В детстве они были нужны для выживания, но в дальнейшем начинают приносить вред. В результате для такого человека становится характерной привязанность одного из двух типов (избегающая или тревожная), либо сочетание обоих.

Избегающая привязанность

Некоторые дети привыкают к тому, что к их потребностям взрослые относятся с пренебрежением. Возможно, в определенный момент малыш понял, что, сколько бы ни пытался наладить контакт с теми, под чьим присмотром растет, ничего не получается. Или, может быть, взрослые чрезмерно контролируют его, сводя взаимоотношения к минимуму и блокируя малейшие проявления детского «я». Из-за подобного жизненного опыта ребенок перестает ждать, что взрослые удовлетворят его потребности, и погружается в свой внутренний мир, становясь обособленным.

Помните, в главе 2 мы говорили, что независимость не может быть проблемой до тех пор, пока не приводит к проблемам? Если взрослому человеку трудно взаимодействовать с окружающими и легче быть независимым, значит, скорее всего, в прошлом у него сформировалось убеждение о том, что обособленность безопаснее, чем контакт. Таким образом человек защищал себя от неприятных чувств, каких-либо угроз или нежелательных эмоций, особенно когда речь шла о конфликтных ситуациях.

Состоя в отношениях, такие взрослые испытывают сильную тревогу в тех случаях, когда возникают возможность сближения или повод для