Другие правила - Валерия Аристова

не сможет сладить с его сестрицей, на благоразумие которой нельзя было положиться.

— А вторая галерея выходит на лестницу, которая ведет к реке, — услышал он слова своей спутницы, — я готова даже показать вам саму лестницу...

Дон Хуан резко остановился, так, что Сюзанна налетела на него. А потом кивнул и пошел за нею к лестнице. Худшие его подозрения начинали сбываться. В голове прокручивались варианты от купания в Луаре прямо в бальном платье до путешествия по реке до замка Шатори в шлюпке. Промежуточных вариантов было такое множество, что ему не хотелось о них даже думать, но в них обязательно фигурировали плывущие по реке трупы. И реальность не разочаровала его.

На берегу реки, который был хорошо виден с небольшого обрыва, с которого спускалась мраморная лестница, сидели Валери и ее спутник, а рядом расположилось еще несколько человек. Потом буквально за несколько секунд в руке у Валери оказался чей-то пистолет, в воздух взлетела чья-то шляпа и Валери прицелилась. Грянул выстрел, шляпа дернулась и упала в воду. Валери победно вскрикнула, перезарядила пистолет и отдала его Андре. Но тут завязалась потасовка за право стрелять следующим и показать Валери свое искусство. Валери следила за ней с нескрываемым любопытством. Тут грянул еще один выстрел, и один из молодых людей закричал и схватился за плечо.

Дон Хуан отпустил руку Сюзанны и спрыгнул с обрыва не доходя до лестницы. За пару секунд он оказался рядом с Валери, склонившейся над раненым, которым оказался Люсьен дЭшар. Она накладывала повязку на простреленную руку, и пыталась остановить кровь подручными средствами. Месье дЭшар был белее мела, кровь не хотела останавливаться, Валери чертыхалась, перетягивая вену тугим жгутом, только что сооруженном из ее нижней юбки.

— Помоги, мне, Хуан.

Он помог уложить раненого так, чтобы ей было удобно им заниматься. Потом послал остолбеневших молодых людей за помощью в дом.

Валери достала из кармана какие-то маленькие коробочки. Она всегда носила с собой что-то подобное, но кроме Хуана никто не предполагал, что в них находится. Прибежавшие на звук выстрела Жак и Катрин стояли поодаль, взявшись за руки.

Заметив их, Валери подняла голову:

— Это просто несчастный случай, — сказала она, — вряд ли месье де Турне на самом деле желал пристрелить месье дЭшара.

Виконт де Турне, белее своей рубашки, сидел тут же, но руки его тряслись и помощник из него не получился. Дон Хуан тем временем разрезал рукав рубашки раненого, весь пропитанный кровью, и Валери смогла оценить саму рану.

— Ничего ужасного, — констатировала она, — думаю, что кость и не задета даже. Без скальпеля тут не сказать точно, но пуля прошла на вылет, так что жить будет. Надеюсь, что у вас есть доктор, который способен поменять повязку? — обратилась она к виконту.

— Надеюсь, что есть, — пробормотал виконт, — черт побери, я чуть не убил его!

В это время из дома прибежало еще несколько человек, в том числе два лакея с носилками. Валери чем-то смазала рану, наложила крепкую повязку, и раненый был перепоручен лакеям и спешащему к нему молодому доктору.

Когда процессия удалилась вверх по лестнице, дон Хуан поднялся и протянул руку Валери, обтирающей ладони листьями.

— Достаточно, Валери, — сказал он, — думаю, что нам пора обратно в Шатори.

Валери подошла к воде и ополоснула руки.

— Мы только приехали, — сказала она.

— Я настаиваю.

Она дернула плечиком.

— А я никуда не поеду.

— Нет никакой возможности оставаться тут, — мягко сказал он, — поэтому, прошу вас, Валери, давайте уйдем.

Валери колебалась. Инцидент с пистолетами на самом деле выглядел не лучшим образом. Но уезжать ей очень не хотелось, три часа в душной карете между Сциллой и Харибдой в виде Жака и Хуана казались адом.

И тут на свою беду решил вмешаться Андре де Турне. Его возмутила настойчивость дона Хуана, он подошел к Валери и встал рядом.

— Я настаиваю, чтобы мадемуазель де Флуа осталась, — сказал он, — она моя гостья, и она не виновата, что пистолет выстрелил. Это мы с де Лесси виноваты. Мадемуазель Валери тут ни при чем.

Дон Хуан взглянул на него и снова перевел глаза на Валери. Та молчала. Потом подошла к воде и села у самой кромки. Дон Хуан пошел за ней и сел рядом. Он что-то тихо говорил Валери, от чего та только пожимала плечами.

— Да оставьте же ее в покое, — не выдержал виконт, видимо потрясение от случая с пистолетом сказалось на его способности говорить вежливо, — мадемуазель де Флуа взрослая девушка и способна сама решить, чего она хочет! Мы сейчас же все идем в дом!

Дон Хуан хотел ответить, но Валери вдруг остановила его, коснувшись рукой его руки.

— Месье де Турне, а вы уверены, что вы можете приказывать мне иди дону Хуану? — проговорила она мягко.

— Прошу меня простить, мадемуазель, — сказал он...

Тут вмешалась Катрин, которая до этого молча наблюдала за происходящем:

— Валери, мне кажется, что дон Хуан прав, — сказала она, — сейчас поднимется настоящий скандал, и нам лучше поскорее уехать.

— Никакого скандала не будет, мадемуазель де Шатори, — ответил за Валери месье де Турне, — дЭшара доставили уже в мои покои, и вряд ли кто-нибудь узнает о происшествии.

— Да об этом уже все знают, — сказала Жак, — я уверен, что ни один из присутствовавших не сможет держать язык за зубами.

— Тем не менее, давайте поднимемся в дом. Или вы боитесь осуждения?

— Мне не хочется портить всем праздник, — сказала Валери, приняв решение. Она подала руку Жаку и стала подниматься по лестнице.

Но праздник был, несомненно, испорчен. Катрин подумала, что ни за что не хотела бы сейчас оказаться среди людей, да и танцевать ей совсем расхотелось. Оказалось, что посещать с кузиной балы — не самое веселое занятие. Уж лучше сидеть дома за книгой, решила она, чем постоянно быть втянутой в подобные ситуации. Казалось, что Валери приносит разрушение везде, где бы ни появилась.

В дальнейшем Катрин долго гадала, почему Андре де Турне, такой всегда спокойный и уверенный в себе молодой человек, вдруг вышел из себя. Она никогда не видела, чтобы он позволял себе любую вольность. Но не в этот вечер.

Катализатором послужила фраза Луи де Лежье, обычно его хорошего друга, но тут резко ставшего врагом: