Забытый грех - Диана Бош

Фаина судорожно всхлипнула и прижала ладони к лицу, выронив рамку с фото. Она вдруг вспомнила, как дочь в тот день сказала, что она чувствует: ей недолго жить на земле.

– Не смей больше никогда так говорить! – испугалась Фаина.

Но Милена только невесело засмеялась.

– Мама, я знаю. Мне суждено умереть молодой.

Это было так чудовищно для Фаины, что она, отругав дочь и запретив ей даже думать о смерти, постаралась сама о том разговоре забыть. А вот сейчас вдруг все вспомнилось. Так, будто было только вчера.

Фаина опять схватила фото и покрыла его поцелуями, даже не пытаясь сдержать слез. Потом поставила рамочку обратно на стол и тихо и нежно провела кончиками пальцев по лицу на фото.

Ей так хотелось, чтобы Милена приходила к ней каждый день во сне, но увы. Девочку она вызывала только усилием воли, воображения. Лишь потому, что Фаина не отпускала ни на минуту воспоминания о дочери.

Фаина так и не смогла смириться с тем, что ее Милены больше нет на свете, и все продолжала разговаривать с ней мысленно. Ей казалось, что Милена жива, лишь уехала ненадолго куда-то и скоро вернется.

От печальных мыслей Фаину отвлек осторожный стук в дверь. Это оказались мастера. Они закончили установку оборудования в помещениях офиса и пришли в кабинет, чтобы и в нем поставить камеры и подключить их к компьютеру Фаины.

– Вот, смотрите, – сказал один из парней, когда работа была окончена. – Наблюдать можно как за каждым помещением в отдельности, так и за всеми одновременно. – Он нажал на кнопку, и экран разделился на шесть секторов. – Помещения сейчас пусты, но можете себе представить, как это будет выглядеть в разгар рабочего дня. Если заметите что-либо подозрительное, переключаетесь на режим монопросмотра. Достаточно кликнуть по нужному сектору мышью.

Он поводил курсором по экрану.

– Спасибо, – сказала Фаина.

Она неторопливо прошла к сейфу, достала деньги и расплатилась за выполненную работу и за установленное оборудование.

– Вот телефоны, – второй мастер быстро написал ей номера на листке бумаги, – это мой, а это Славы, – он кивнул на напарника. – Если вдруг что-то будет непонятно или какой сбой – звоните.

Фаина кивнула.

– Надеюсь, обойдется без проблем.

Она почему-то была уверена, что новая кража не заставит себя долго ждать. Но увы. Следующий за выходными рабочий день не принес никаких открытий. И вторник – тоже. Как и вся рабочая неделя. Впрочем, Фаина к этому отнеслась равнодушно – глубоко в душе у нее таилась уверенность, что рано или поздно злоумышленник будет обнаружен.

В пятницу к ней в кабинет влетела раскрасневшаяся и взбудораженная Александра. Она плюхнулась на стул, выпила залпом стакан ледяной воды, предложенный Фаиной, и скороговоркой выпалила:

– Ну как?

– Что – как? – вопросом на вопрос ответила Фаина.

– Вора поймали?

– Нет, – пожала она плечами. – Такое впечатление, что все притаились и ждут, когда у меня терпение лопнет и я аппаратуру отключу. И вот тогда оторвутся по полной. Даже разговоров на эту тему никаких не ведут, я специально просматривала записи.

– Да ты что! – ахнула Александра, но выражение ее лица осталось дурашливо-счастливым, несмотря на трагические интонации.

Похоже, в этот момент мысли ее витали далеко отсюда.

– Что с тобой? – с подозрением покосилась на нее Фаина. – Ты влюбилась?

– С чего ты взяла? – Александра фыркнула.

– Да уж не с неба. Ты поаккуратней с этим, а то еще парочкой близнецов обзаведешься, а потом выяснишь, что он – вовсе не то, чего тебе хотелось.

– О боже, с чего ты вдруг, как проповедник, заговорила? Неужели мне теперь и ошибок делать нельзя? Ты лучше расскажи, как собираешься вора вычислять?

Фаина неопределенно качнула головой:

– Не знаю. Наверное, никак. Просто буду ждать.

Александра вскочила и забегала по кабинету как заводная.

– Зачем ждать? Думаешь, я к тебе просто так приехала? Нет. Я хотела тебе предложить мою знакомую ясновидящую посетить. Да, представь себе, – сказала она с вызовом, – я уже давно собиралась повезти тебя к ней, но все не решалась. Думала, ты или возмутишься, или будешь смеяться надо мной. Но раз у тебя все по нулям и результата так и нет, то почему бы не попробовать? Поедем, а, Фай? – заискивающе закончила она.

– Алекс, что ты несешь, какая ясновидящая?! Еще чего не хватало! Никуда я не поеду.

Она встала, прошла к бару и плеснула себе в бокал коньяка.

– Будешь? – повернулась она к Александре.

– Не хочу. – Та села за стол, подперев подбородок руками, и надулась. – Вот так стараешься, стараешься для нее. А в ответ никакой благодарности.

– Расскажи лучше, отчего у тебя глаза так светились, когда ты прибежала, – проигнорировала ее выпад Фаина, садясь рядом и медленно потягивая коньяк. – И кто он, наш новый принц? Я надеюсь, не Лямзин?

– И не подумаю ничего тебе рассказывать. – Александра скорчила злорадную гримаску. – Пока тебе трудно от стула оторваться, мне трудно свои новости рассказать.

Фаина с недоверием поглядела на нее и вдруг засмеялась.

– А-а, – протянула она, – ты так настаиваешь, потому что сама гадала у нее? Алекс, неужели?

– Ну-у… – Александра помялась, решая, говорить или нет, но потом согласно кивнула. – Конечно, да. Иначе с чего бы я вообще тебя туда тянула?!

– И на кого же ты гадала, детка моя, на жениха?

– На покойного отца.

Фаина резко встала, и лицо ее стало белым, как стена.

– И что? – вмиг охрипшим голосом спросила она.

– Ничего. Говорит, не видит его в мире мертвых. Но и среди живых не увидала, будто скрывает что-то его.

Она замолчала, а Фаина стояла, замерев и устремив безжизненный взгляд вдаль. Потом, с трудом разомкнув плотно сжатые губы, она бесцветно произнесла:

– Я поеду с тобой. Скажи только когда.

Александра обрадованно вскочила и засуетилась, собирая вещи.

– Так давай скорее, – скороговоркой выпалила она, – Татьяна Михайловна уже ждет. Я все-таки надеялась, что ты согласишься, и потому взяла на себя наглость назначить время заранее.

– А если бы я отказалась?

– Тогда мне пришлось бы звонить и извиняться. Хотя я и предупреждала Татьяну Михайловну, что ты можешь не прийти. Все-таки непросто в первый раз решиться. Хотя у меня это получилось без проблем. – Александра трещала без умолку, боясь, что если она замолчит, то подруга передумает и никуда не поедет.

Фаина, болезненно поморщившись, приложила пальцы к вискам:

– Алекс, не части. У меня от тебя голова начинает болеть.

– Хорошо. Но только быстрей собирайся, скоро уж назначенное время подойдет. Да, и еще. Она представляется как Татьяна Михайловна, но, кажется, ее зовут Тавиша.

– Да мне все равно, – равнодушно откликнулась Фаина, – лишь бы дело свое знала.

Александра смущенно усмехнулась.

– Не обращай внимания, это у меня нервное, оттого и болтаю все подряд.

Гадалка жила на жутких задворках. Фаина и Александра долго кружили по пыльным улочкам, отыскивая дом номер тринадцать, корпус четыре, и никак не могли разобраться, где же он. Нумерация шла как-то странно. Непрерывная вначале, она заканчивалась на доме тринадцать, корпус один. Потом, после череды гаражей, отыскались наконец корпуса номер два и три, но на этом все и закончилось. Дальше начинался бескрайний пустырь, вероятно, когда-то служивший футбольным полем. Во всяком случае, на нем все еще торчали остатки деревянных ворот.

– Я не понимаю, ты же сказала, что уже здесь была, – с недоверием посмотрела на Александру Фаина. – Почему ты не можешь точно сказать, где дом?!

– Да потому что у меня топографический кретинизм! Я обычно в трех соснах путаюсь, где все ясно и понятно, не то что здесь. Да и была я в прошлый раз тут практически ночью и на чужой машине. Привезли меня друзья, понимаешь? Я и после этого раза, если вдруг соберусь опять к ней на прием, все равно опять буду полдня плутать.

– Все, не кипятись, я поняла, – миролюбиво сказала Фаина. – Тяжело тебе.

Александра, разгоряченная своим монологом, ринулась было отвечать, но потом, взглянув на подругу, расхохоталась.

– Да, вот такие мы, вольные мыши-песчанки в открытом космосе. Пищим, но летаем.

Они покружили еще минут пятнадцать вокруг пустыря. Затем, увидев одинокого прохожего, дружно ринулись к нему выяснять, где найти нужный дом. Он с готовностью показал, но там, кроме корпусов пять и шесть, ничего не обнаружилось. Четвертый как сквозь землю провалился.

Фаина мрачно остановила автомобиль на обочине, вышла из него и, присев на низкую скамейку, выкрашенную в желтый цвет, загрустила.

– Все, Алекс, не судьба. Видишь, мы дом никак не можем найти. Так что надо ехать назад.

Александра ее пессимизма не разделяла. Она решительно хлопнула дверцей и села рядом на скамью.

– Хотя мне Татьяна Михайловна и запретила строго-настрого звонить, когда идет сеанс, ну да делать нечего. Так просто я не сдамся. – Она достала телефон. Тон ее, решительный вначале, неожиданно сменился на жалобно-просящий, и она заныла: – Татьяна Михайловна? Вы уж простите, что я игнорирую вашу просьбу и все-таки звоню, но мы с Фаиной никак не можем ваш дом найти. Что? Описать, где мы находимся? Тут зеленые гаражи и заброшенное футбольное поле…