Гимн шута 17 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич

До этого момента они могли просто заявить, что понятия не имели о грузе. Да, никто бы не поверил из людей серьезных, но и урона из принципа «все мы где-нибудь да как-нибудь…» было бы немного.

— А это, Рина, — негромко ответил Павел, вскрывая один из сотен тщательно упакованных шариков, подсвеченных изнутри фиолетовым переливающимся светом. — Управляющие ядра. Сердце химеры…

Архипова сглотнула. ЛЮБЫЕ опыты по химерологии в империи вне государственных структур, карались смертью. Почти эксперименты с аспектом Крови.

— То есть, здесь?.. — несмело начала она.

— Сотни химер, — спокойно ответил Волконский. — Если не тысячи. Насколько мне известно, на территории нашей страны известна лишь одна организация, способная на такой чудовищный масштаб: «Свобода воли».

«Журналистка» округлила глазки. Это было… серьезно. То есть, очень. Головы могут полететь запросто.

— То есть, владельцы?.. — начала она, но тут же примолкла, едва на плечо мягко легла ладонь Катерины.

Действительно, таких предположений звучать не должно. Вообще.

— Время.

Павел скорее констатировал, чем спрашивал.

— Семь минут, — тут же подсказала Катерина.

— Саперы закончат работу через три, — подал голос Хан.

Павел нахмурился. Он всякую дрянь увидеть ожидал, но такое… Просто не в его компетенции.

Негромко выругавшись, парень достал небольшой спутниковый комм и набрал номер экстренной связи. Конечно, не самая лучшая идея беспокоить сюзерена в 4 часа утра, но…

— Константин Дмитриевич, — коротко выдал он, едва абонент подтвердил соединение.

«Цесаревич.» — одними губами пояснила Катерина в ответ на вопросительный взгляд Анна. «О-о-о!» — почти беззвучно откликнулась та и тут же прикрыла ротик, демонстративно похлопав себя по губкам.

Волконскому же понадобилась минута, чтобы обрисовать главе Тайного кабинета ситуацию.

— Понял, — негромко заключил он на семьдесят второй секунде разговора, и дал отбой.

Хан тут же шагнул вперед.

— Сапера сюда, быстро, — потребовал молодой человек. — Капитана и старпома в лодку.

Голос его был сух и деловит. Времени неожиданно оказалось куда меньше, чем молодой человек планировал. А взрыв явно будет из серии «рассчитывали на десять килотонн, а оно ка-а-ак шандарахнет!».

— Заснять все, — негромко скомандовал Павел, едва Хан бросил несколько слов в эфир. — Затем уничтожить… Мешок!

Наемник тут же клановцу требуемое. Кажется, «емкость» куда больше подходила для чьей-нибудь головы. Даже удавка имелась. Но и запихнуть десяток «упаковок» с шариками в нее вполне влезли.

— Как зеницу ока! — потребовал Волконский.

— Что? — невольно переспросил Хан.

Да, русский он знал отлично. Но идиоматика иногда «хромала».

— Головой отвечаешь, — куда понятнее выразился клановец.

Строго говоря, сейчас головы всех присутствующих висели на волоске. Своей находкой они вступили на очень тонкий лед.

— Я отдходил спокойно — не прятался, не вор… — бормотал Павел слова приснившейся ему когда-то давно разухабистой песенки, не отводя взгляда от огромной «туши» контейнеровоза.

В этот раз, посадив девушек на «Жемчужину» под управлением призовой команды, он занял место в командирской лодке.

Прозвучала короткая негромкая реплика одного их спецалистов-хань.

— Тридцать секунд до подрыва, — продублировал на русском языке Хан, наблюдая краем глаза за четырьмя спасплотами, яркими грибами выделявшимися в серой глади реки, куда ссадили с рейса всех оставшихся в живых.

Волконский кивнул почти бездумно. От него вообще мало что сейчас зависело. Если расчёты верны, то…

— Подрыв, — спокойно сообщил боевик Хули-Цзина и…

Ничего не произошло. Лишь ветер донес приглушенный гулкий звук откуда-то из недр корабля. А тот как шел себе, так и продолжал…

Очередной доклад на ханьском.

— Готово, — негромко перевел Хан. — Все закладки сработали штатно.

Павел кивнул. И окинул взглядом контейнеровоз. По его плану он должен будет «набрать воды» и «лечь на бок» примерно через километр. Как раз в заданном квадрате. Остается лишь молиться, чтобы Светлана все правильно рассчитала и завалившаяся на отмели «туша» не помешает судоходству и «ляжет» на огороженной специальными артефактами акватории. Он же обещал цесаревичу не загадить Каму. А слово нужно держать.

— Меня убьют, — без эмоций сообщила Анна, устроившись на носу «Жемчужины».

Взгляд ее прикован удивительно спокойной водной глади. Девушка только сейчас начала понимать, во что именно ввязалась.

От этого становилось зябко. Не спасали даже рунные обогревы боди и накинутый на плечи толстый теплый халат.

— Не убьют, — просто сообщила Катерина и приобняла Архипову.

«Да ее же натурально трясет!» — поразилась секретарь.

— Я назвалась Риной, — бесстрастно начала перечислять «небожительница», все также пытаясь рассмотреть Нептуна в водной глади реки неподвижным взглядом. — Этого мне не простят все те, про кого писала Воробейчик. И их кланы. Я вышла против Демидовых. Лично. И этого мне не простят Древние. Семья откажется от меня. Архиповы не смогут защитить. И тянуть их за собой я не стану.

Слова звучали глухо. Но можно было не сомневаться: Анна уже приняла решение.

— Меня убьют в тот момент, как это видео появится в Сети, — сделала бесспорный, с ее точки зрения, вывод клановка.

— Не убьют, — еще раз повторила Катерина, встряхнув светлыми волосами, которые она распустила из «конского хвоста».

Анна не реагировала. Что нормально. В такой передряге ей участвовать не приходилось ни разу.

Все в рамках просчитанной Светланой психологической модели.

— Это невозможно.

Катерина не стала переубеждать. Лишь чуть крепче сжала плечики Архиповой.

С точки зрения «небожительницы», логика была и впрямь железной. Она прямо принимала на себя все грехи Рины Воробейчик. Одного этого уже достаточно, чтобы жизнь целого не самого слабого клана очень сильно осложнилась. Затем она участвует в захвате и затоплении корабля Демидовых. И сама же в этом признается. Под запись.

Анна протерла глазки и вновь обхватила руками коленки, положив на них подбородок. Она искренне и от всей души пыталась представить, что все закончится хорошо. И у нее не получалось.

— Кать, — неожиданно протянула она, наверное, впервые столь неформально и, как к равной, обращаясь к служанке.

Блондиночка отвлеклась от любования рассветом и повернулась к Архиповой.

— Да?

— В каюте несколько ящиков рома… давай выпьем?

Пару секунд секретарь размышляла, после чего протянула руку к оставленной Павлом пиратской треуголке и лихо напялила ее на голову. Лишь после этого она негромко усмехнулась:

— А давай!

Андрей Архипов бежал.

Слуги Дома провожали господина удивленными и встревоженными взглядами.

Самому же наследнику сейчас было откровенно плевать, как он выглядит со стороны. Сегодня был тот невероятный день, когда он распознал опасность для клана куда раньше разведки деда.

— Секретариат, код «красный»! — бросил молодой господин, не останавливаясь, одной из служанок.

Та моментально выронила из рук пульверизатор, из которого опрыскивала листья метрового фикуса, и схватилась за комм.

— Тридцать четвертая — Контролю, — зачастила она. — Наследник объявил «красный» секретариату. Планируемое — две.

Выдав в эфир сообщение, служанка отключилась и присела, чтобы поднять опрыскиватель. От нее больше ничего не зависело, а вот за невыполненную работу можно и от Старшей Дамы схлопотать!

Андрей же продолжал бежать по коридорам, чувствуя, как легкие разрывает жар от нехватки воздуха.

К кабинету деда он буквально подлетел в тот миг, когда секретари вежливо выставили из него директоров семейных предприятий. Те едва успели отскочить в стороны.

— У себя! — только и крикнула главный секретарь, рукой указав направление.