Ола и Отто 1 - Александра Руда

Всю дорогу Отто мне пересказывал последние сплетни, а Ирга молчал. Возле общежития мы попрощались. Некромант взял меня за руку и сказал:

— Хороший совет: смотри почаще по сторонам. И внимательно. Это бывает полезно. И перестань кормить, холить и лелеять свои комплексы. Вот это вредно

6. Мой друг полугном

о том, какие странные формы принимает иногда любовь.

Мой друг полугном.

… Говорите, полугномов не бывает?

А вот мой друг по Университету Магии и ближайший собутыльник Отто дер Шварт полугном. Этого не может быть! — можете воскликнуть вы. О полуорках слыхали, с полутроллями дрались в соседней корчме, полуэльфов встречали, но полугномы — увольте.

Конечно, многие обыватели считают, что у гномов даже нет женщин. Кто, мол, их видел? А гномы якобы размножаются самым мистическим образом и появляются на свет сразу с бородой и топором в руках.

Данное суеверие сами гномы решительным образом развеивать не хотят, боясь, что толпы охочих ринутся за их невестами, поражающими своей просто неземной красотой и практичной смекалкой. Так, во всяком случае, объяснил нам на паре магических ремесел профессор Свингдар дер Кирхехаст.

Все недоверчиво похмыкали, но вслух никто не высказался, поскольку у профессора была жена и трое сыновей. Жену его никто не видел, потому что она жила дома, в Бескидских ущельях. А вот с младшими Кирхехастами не дрались разве что ленивые и супергуманисты.

— Понимаешь, Ола, — объяснял мне за дегустацией нового коктейля Отто, — женщина должна дома сидеть, детей воспитывать, мужа во всем поддерживать. Поэтому у нас семьи такие крепкие, и родственные связи поддерживаются, не то что…

Закончить фразу он не успел, закашлявшись и выплюнув со рта что-то подозрительное на блюдо.

— Что это???

— Маринованная мышь.

— Зачем?

— Ты же просил чего-то необычного. Коктейль так и называется — «Пикантный хвостик».

Заработком, пополнявшим наши кошельки, после растраты скудной стипендии, была нелегальная торговля спиртным. Отто унаследовал от родичей-гномов умение готовить превосходный самогон, я же, студентка-теоретик магии, разрабатывала рецепты коктейлей. Дегустацией мы обычно занимались сообща или в компании таких же рисковых экспериментаторов.

— Гадость какая!

— Она придает напитку пикантный запах, — обиделась я за рецепт.

— Ладно, но ты хоть вылавливай ее перед продажей, а то придется платить неустойку за моральный ущерб.

— У нас очень красивые женщины, — мечтательно продолжал Отто. — одно плохо — мало их. Поэтому женятся только достойные.

По его словам выходило, что у стандартной гномьей семьи было четыре-пять детей, из которых, хорошо если, двое были девочками. Так распорядилась природа — раньше смертность в рудниках была очень высокой.

Как-то я заметила, что Отто уже три дня не приходит на общие для наших факультетов пары.

Завернув к нему в общежитие после занятий, я обнаружила Отто лежащим на кровати с тоскливым выражением лица, на котором даже через густую бороду просвечивали синяки и кровоподтеки.

Оказав первую помощь (в чем в чем, а в лечении синяков и ушибов я поднаторела), я стала ждать рассказа о приключившемся.

Полугном, помятуя, что я тайны храню лучше склепа, пожаловался, что его так отделали на Празднике Дородства, традиционно проводившемся в конце листопада гномьей общиной. Во время традиционного конкурса красавиц он активно заинтересовался некой Вритте, не зная о том, что у нее есть жених с «ревнивым характером и тяжеленными кулаками». Отто теперь молча страдал и от неразделенной любви, и от ее последствий.

— Ерунда какая, это у тебя гормоны шалят. Давай я тебе дам настойку, все пройдет.

— Ты не понимаешь! Она красавица! Против нее не устоял бы даже Птронька.

Птронька был известен на весь Университет тем, что, не скрывая, интересовался отнюдь не девушками, а исключительно «красивыми и мужественными троллями», перманентно страдая от неразделенной любви.

Мое богатое воображение мигом нарисовало мне шикарную блондинку, с нежными эротичными выпуклостями, длинными ногами от ушей. Почему-то в одной руке у нее была секира, а другой она держала за бороду Отто.

— Ты не слушаешь! — возмутился Отто. — вот!!!

Он достал из-под подушки длинный мятый свиток. Я медленно разобрала руны заголовка «портреты красавиц ежегодного конкурса на празднике дородства». Первой там была Вритте. Я угадала только в том, что она была блондинкой.

Крупное лицо с маленькими глазками и пышными блондинистыми бакенбардами, толстенькие щечки и маленький ротик, копна светлых волос со множеством косичек. А телеса! Какие там 90-60-90! Хорошо, если там было 150-120-150, а то и больше. Это при том, что обычный гном достает человеку до плеча. В массивных руках красавица держала не секиру, а обычную скалку.

— Что это? — потрясенно спросила я.

— Вритте, эталон гномьей красоты.

— А где там фигура у этого эталона?

— Ты ничего не понимаешь, женщина должна быть смелой, пышнотелой, умной и сильной. Для того, чтобы произвести на свет здоровое потомство, помочь супругу в кузнечном деле и не бояться жить в горах.

Я внимательно рассматривала портреты всех красавиц. Отличались они только пышностью и цветом бакенбардов, а также объемами фигур красавиц. Теперь я поняла, почему молва приписывает гномам отсутствие женщин — увидишь такую и спутаешь с молодым гномьим парнем.

— А почему у них в руках скалки, сковородки и прочая утварь?

— Женщина прежде всего должна быть хорошей хозяйкой, а потом всем остальным! — уже сердился Отто. — я вижу, ты не способна своим людским умишком этого понять! Вот моя мама это поняла, не смотря на то, что она человек. Ты знаешь, кто моя мама? Моя мама — великая женщина!

Отторн дер Шварт, отец Отто, как-то по делам заехал в один крупный город на севере страны. Гномьей общины там не было из-за близости эльфиийских поселений, поэтому возможности для бизнеса были просто коллосальные. После заключения сделки, партнеры пригласили Отторна в цирк чудес, временно обосновавшийся в городе. Во время представления клоуны осмеяли гномов (как гномы размножаются — бочкованием, выпил бочку пива — и вот их уже два).

Возмущенный до глубины души Отторн прорвался к управляющему цирком. Мужичонка порядочно струхнул, увидев живого гнома, и сослался на владелицу Валину. Отторн зашел к хозяйке и обомлел. За столом сидела ну очень крупная женщина, обладающая к тому же пышной бородой. Она медленно вышла на середину комнаты и подняла за шкирку стокилограммового гнома как пушинку.