Солдаты 21 века."Филин" ночной хищник - Негривода Андрей Алексеевич

— Хочешь ещё полечиться? Я вижу — да! — Произнесла жарко Кэт, сжимая в кулаке «палицу» Андрея. — Давай, давай же!

И опять тоже самое — шкала до упора и десять минут сумасшедшей борьбы мужской силы и женской ненасытности…

Перед самым концом, в кабинет, без стука вошла ещё одна медсестра, работающая в кабинете:

— Катюха, слу… — И девушка запнулась, увидев эту «физиотерапию».

— Светла-ана Ев-вгеньев-вна, зак-крой-ка дверь с т-той сто-ороны, на ключ! — Простонала Кэт, в предчувствии оргазма…

…А ещё оказалось, что Кэт во время секса кричала. Громко, не стесняясь и не обращая внимания на, окружающие её, мнения. В общем современная была девочка…

Ну, а дальше всё просто. Через несколько дней Андрей выписался из госпиталя и начал сдавать сессию.

А по ночам бегал в самоволку к Кэт. Благо, от 3 станции Большого Фонтана, где находилось училище Андрея, до улицы Пироговской, где находился Окружной 411 госпиталь, было около 5 минут быстрым шагом. Так прошло две недели, а потом был августовский отпуск. И, о чудо, ей тоже дали отпуск. Это был сумасшедший август!.. Андрей и Катя наслаждались друг другом, изводя партнера до исступления. Это был месяц СПЛОШНОГО ОРГАЗМА! Андрей так и не сумел ничего узнать о семье Кати — это была тайна, за семью печатями, табу. Да Андрей не сильно-то и настаивал…

31 августа Катя пригласила Андрея на свой День рожденья:

— Тебе 1 сентября в училище, так ты соберись и приезжай ко мне. Погуляем с родственниками, переночуешь у меня, а на завтра, к вечеру, будешь в училище. Тебе, ведь, до 18.00 нужно прибыть, так?

— А ты откуда знаешь?

— Да уж знаю. — Загадочно промурлыкала девушка. — Ну, так что? Согласен?

— Согласен, конечно! А родственникам меня как представишь?

— Сказала уже, что жених придёт.

— Ну и ладно…

Катя жила в доме, на Пролетарском бульваре, в двух шагах от госпиталя, в котором жило много офицеров из штаба Округа. Элитный домик…

«… Папа, наверно, какой-нибудь полковник из штаба…»

Отец Кати и, правда, был полковником…

Позвонив в дверь, Андрей ожидал, что дверь, как всегда, откроет Кэт, но случилось то, чего он не мог ожидать никак.

На пороге, открывшийся двери, стоял пожилой, но крепкий ещё, коренастый мужчина. Благородная седина, армейская рубашка без галстука с погонами… генерал-полковника!!! На Андрея напал столбняк.

«…Елигин! Командующий Округом! Пиздец! Букетик, китель расстегнут. Добегался — дое…ся! Хана тебе кадет!..»

— Товарищ генерал-полковник!.. — Вскинув руку к козырьку фуражки, начал, было, Андрей, абсолютно не представляя о чем докладывать дальше.

— Слышь, внучка. — Повернул голову командующий, обращаясь к кому-то в глубине квартиры. — А ведь не растерялся! Правда, его от страха чуть «Кондратий» не хватил… Ну, значит, будет толк. Выходи, выходи. Встречай женишка-то.

Из-за двери показалась Кэт, давившаяся от смеха. Из её глазищ уже бежали слезы.

«…Вот зараза-то! От таких стрессов и точно можно импотентом стать! Ну, я тебя проучу, зараза…»

Уже потом, за столом, генерал учинил ему «допрос с пристрастием».

— Ну, докладывай жених, как учеба. На третьем курсе вижу!

— Так точно!

— Ты это, мы не на плацу, просто отвечай на вопрос.

— Отлично!

— Что «отлично»?

— По всем предметам «отлично»!

— Так, хорошо. И физподготовка?

— На уровне.

— Не понял?

— Дед, у Андрея Чёрный пояс, и ещё он чемпион Округа, среди курсантов военных училищ, по стрельбе.

Вот тут, на Андрея, заинтересовано посмотрел отец Кати, полковник, отвечающий, как оказалось, за физподготовку в частях и подразделения Округа.

— То, что стреляет хорошо — похвально, а чёрный пояс, так у меня тоже вот, чёрный. — Приподняв рубашку, генерал показал, заправленный в брюки, черный кожаный ремень. — Ну и что из того?

— Папа. — Улыбнулся полковник. — Катя имеет в виду, что у юноши чёрный пояс в восточных единоборствах. Так?

— А! Это твои, эти, каратэ-шмарате?

— Айкидо. — Отозвался Андрей.

— Одна хрень! Как думаешь, зятёк?

— Не согласен, папа.

— Ну и не надо! Я и сам знаю.

… И так далее, и тому подобное…

Вот так и получилось, что последующие полгода Андрея привозила и увозила в увольнение, всегда на сутки, чёрная волга из штаба Округа, каждый раз, наводя шухер, на дежурных по училищу, офицеров. Друзья-курсанты завидовали, конечно же, и всё говорили о том, что, мол, Андрюха вытащил выигрышный лотерейный билетик и теперь его офицерское будущее обеспечено — распределение, там, звания, должности — при таком-то дедушке!..

Но, потом была какая-то история. Елигина сняли, «ушли на пенсию», а Катя впала в депрессию. И их отношения пошли под уклон. Ну а к концу четвёртого курса, они остались просто друзьями…

12 ноября 1988 г. Снег. Перевал.

— Вставай, Филин, хватить морду плющить, почти двое суток спишь. — Рука Медведя тормошила Андрея.

— Сколько времени. — Филин сел рывком.

— 17.00 — ответил Игорь. — «Зачистка» прошла часов 5 назад. Теперь вот колонна идёт. Слышишь?

От шоссе доносился рев, натужно работающих, двигателей тяжёлых грузовиков.

— Это первая после «зачистки», через час, с копейками, она будет на перевале, а мы послушаем. Если всё будет в норме, снимемся часа через полтора. По расчетам в 18.30.

— Понял. Что ребята?

— Норма! Да и ты я вижу, огурцом!

— Сам-то спал?

— А то, как же? Мы тут, со Слоном, по очереди на вахте были.

— Ну и хорошо, Игорь. Ждать осталось не долго, надеюсь. Все готовы?

— Почти. — Замялся Медведь.

— А ну говори, что вы тут напартизанили?

— Да так…

— Докладывайте, прапорщик!

— Ладно, не оскаливайся, командир. — Проговорил Медведь. — Брат не на месте.

— Ушёл всё-таки? И ты не смог удержать? «Замок», т-твою мать!..

— И ты тоже не смог бы, Андрей. У него после того каравана, внутри, средневековый абрек проснулся. Говорит: «Кинжал нашего рода пить хочет. Я мужчина рода Сабиашвили, а этот пёс поганый, Алихан — мой „кровник“. За тех девочек отомстить хочу. Не отпустишь — сам уйду!». Пришлось отпустить, с заданием. В разведке он, Филин.

— Когда он ушёл?

— Да ещё за темно, в 5.00. У него приказ вернуться в 18.00, а иначе, буду считать дезертиром. Он вернётся, командир, это же позор на весь род, понымаэшь? — улыбнулся Медведь. — Да и не можем мы, как котята слепые, тыкаться во все стороны, разведка была необходима. Так что подождём нашего Зорро, уже не долго.

В 17.40 слева «заухала клуша» — Брат возвращался.

«Ну, вот, и, слава Богу». — Подумал Филин.

Каха появился из ниоткуда. Просто, вдруг, присел рядом со, ждавшими его, Филином и Медведем. Лицо Брата покрывала, толстым слоем, грязь — маскировка в походных условиях, так, что белели только зубы и белки глаз. Появление «мстителя» заметили в группе, собрались вместе.

— Здесь он, сука, не ушёл никуда — нас ждёт.

— Докладывай, Брат. — Произнёс Медведь.

— Он перед перевалом, километрах в 8-10, сидит в «зелёнке». Техники у него нет — сменил на лошадей, ему-то здесь, наверное, не сложно. С ним 44 человека, было. Теперь меньше… Стая бешеных шакалов! Два миномета, ДШК, ну и остальное, по мелочи.

— Что ещё?

— Слушай, брат. — К Филину. — Эти бараны ничему не учатся. Обкурились дури в охранении, и ловили кайф. Но, сам Алихан, этот пёс, вояка тёртый! По всему видно! «Зачистку» ждал. Людей грамотно расположил, а потому сохранил. Лошадей отвёл от лагеря за полкилометра, в распадок. Короче — он очень серьёзный. Сука!

— Ладно, разберёмся, Брат. — Миролюбиво похлопал Каху по плечу Медведь. — Ну что, джигит, родовой кинжал-то напился!

— Да, Игорь. — И бросил к ногам Филина связку из четырех, левых человеческих ушей. — Это трофей кинжала, а там, в «зелёнке», стоят мои личные трофеи.

Никто из ребят ничего не сказал Брату, но каждый подумал, что Алихан действительно заимел «кровника», и не дай ему Аллах, с ним встретится, на узкой горной тропе.