В теле дрища в военной школе аристо 2 - Андрей Борзов

и всё. Причём она была после обеда. В графе, где располагалась запись о гипноуроках, было указано, что они возобновятся после Нового года.

Тридцатого декабря было запланировано построение, затем праздничный банкет в школьной столовой, а дальше была приписка о том, что учащиеся вольны по желанию лететь домой на каникулы на неделю.

В спальне я обнаружил тёмно-зелёный наряд. Он был строг и раскошен одновременно. Манжеты и ворот оплетала чёрно-золотая вышивка. Материал смотрелся дорого. Рядом с нарядом лежал кристалл с кнопочкой и колокольчик.

Нажал на кнопочку. Развернулась проекция Натальи, и она объяснила, что костюм нужно надеть, позвонить и пригласить. Кого я хочу, а там дальше главы родов будут договариваться. Если я сам не смогу одеться рядом лежит колокольчик.

Захватил тапочки, спустился в подвал. По выложенному белой плиткой коридору дошёл до комнаты, где хранились мои ящики с ресурсами для костюма. Один кейс был пустой: предусмотрительный начальник снабжения Армады прислал мне один с запасом. Свернул костюм без потери ресурсов. На мне остались лишь чёрные носки и трусы.

Надел парадный костюм.

Осмотрелся в зеркало и пошёл в кабинет.

— Марфа, найди телефон Анастасии Тумановой и позвони ей.

Передо мной развернулась проекция кураторского кабинета. Настя такая же красивая, как и всегда собирала большой чемодан, который лежал у неё на столе. Когда она посмотрела на меня, опешила и выпалила:

— Глеб, дальше ничего не говори. Я не могу пойти с тобой.

— Почему?

— Пойми одно дело слухи о наших отношениях. Я твоя наставница и это как-то не принято. Тебе уже все кости перемыли, мне и Кате.

— Значит, не пойдёшь со мной?

— Глебушка, не расстраивайся. Уверена, ты найдёшь с кем пойти.

Настя светилась от счастья, она закрыла чемодан и поставила его возле стола.

— Куда-то собираешься? — спросил я.

— На курорт. — Настя улыбнулась. — Глебушка, спасибо, что расшевелил Катю, она ведь ни с кем не хотела дружить ни с мальчиками, ни с девочками. Она берёт отпуск, а я воспользуюсь каникулами. Глеб, я лечу с Катей в Райские Кущи!

— Очень рад. — Сказал нерадостным голосом.

— Ну что ты надулся то. Будет время, залетай к нам на огонёк.

В кабинет Насти постучали и она, помахав мне, разорвала связь.

Походил по кабинету, достал плётку. Тогда у Шрама я и не рассмотрел её толком.

Покрутил её в руках. Сорока сантиметровая гибкая плетёная рукоять с петлёй и девять хвостов такой же длины, заканчивающиеся небольшими стальными шариками.

«Такой плетью обычного человека с одного удара прибить можно». — Убрал инструмент для тренировки в ящик.

— Марфа, позвони Наталье.

Наталья сама собранность: волосок к волоску женский деловой костюм, будто и только что отглажен. Минимализм вещей, строгость и функционал её кабинета поражал, даже лист на столе и ручка лежали, будто специально выверено. Но мне вспомнилась другая Наталья, с чуть растрёпанными волосами и в чёрном кружевном пеньюаре.

— Глеб! Отлично выглядишь. Молодец. Ты уже записал приглашения или только будешь звонить?

— Так я звоню?

— Хорошо, удачи тебе. Звони, приглашай. — Поддержала меня Наташа.

— Так я и звоню. Ты пойдёшь со мной на бал?

Большие глаза Натальи стали ещё больше. Потом на её лицо вернулось самообладание. Она поправила необычного плетения косу, которая с плеча изящно переходила ей на грудь:

— Я не могу… Ты чего? Ты хочешь лишить главу рода его секретаря на новогоднем балу. — Она сделала паузу и потом с серьёзным выражением сказала. — Если никого не пригласишь, выделю тебе профессиональный эскорт. У тебя всё?

— Если не хочешь идти на бал. У меня вся неделя свободна.

— Глеб, тебе, что женской ласки не хватает?

— Хватает. Я не про это. Хочу себе флайер купить. Курсы пилотирования порекомендуй. И ещё, где у нас охрану готовят? Хотел бы дополнительно потренироваться. Особенно если есть тренировочные боевые роботы. Да ещё хочу научиться водить наземный транспорт.

— Глеб, подожди, хватит фонтанировать идеями. Тебе заняться, что ли не чем?

— В том то и дело. Боец должен быть занят, а здесь. Ну, мне даже подраться с другими учениками нельзя. На бои может, выберусь после каникул. И ещё, хотел узнать. Может соревнования, какие или турниры есть помимо подпольных боёв. Я развиваться хочу, а не по балам шастать.

— Глеб, на бал ты пойдёшь. Это не обсуждается. На карте тебе отмечу расположения тренировочной базы рода. Договорюсь о твоих тренировках. На курсы пилотирования считай, что ты записан.

— Ещё наземный транспорт.

— Зачем он тебе?

— Хочется.

— Но Глеб, там тренируют неблагородных. Как я тебя запишу. Это моветон.

Вспомнил, что у Шрама есть пару наземных машин, вот он и побудет инструктором по вождению.

Я распрощался с Натальей.

Запал на личное общение угас и, записав четыре приглашения, первое отправил Кате, потом Милене, немного подумав, отправил и Лики с Викой.

Разделся до трусов. Взял плётку, вместо неё в ящик стола убрал смартфон и пошёл в подвал.

Включил освещение. Стены у лестницы были выложены светлой плиткой и её будет легко почисть. Глубже в подвал не полез, иначе Марфа не дозовётся, да и бетон я не отчищу.

«Такой плёткой и трусы испортить можно», — покрутил тренировочный инструмент.

Пришлось снимать всё. Телекинезом отправил портки на лестничные перила и взмахнул плетью.

Воздух загудел.

Хлестанул по спине.

Щит активировался инстинктивно, и я ничего не почувствовал.

Я хлестал себя и хлестал. После двухсотого удара мой щит стал активироваться быстрее, и тратить меньше энергии сдерживая удар.

Похоже, я тренировал не то, что хотел. Получался обратный эффект. Он мне нравился, но сейчас мне нужно другое.

Попытался убедить себя, но это не помогло. Щит лишь ослаб, но плеть так и не коснулась кожи.

Вспомнил детство. Наставник, держа деревянную палку, говорил, что не нужно закрывать глаза, когда бьёт противник: по движению плеч и ног, по направлению взгляда можно понять, когда и куда он ударит.

Представил, что щит можно приоткрыть: будто открываю веки.

Решил для себя держать глаза открытыми. Открытыми широко.

После пятисотого удара на пол брызнула кровь. Я настолько сильно хлестал плетью, что когда смог отключить щит полностью, разрезал глубоко кожу на спине.

Резкая боль, затем регенерация справилась с раной. С последующими она справилась тоже. Как хорошо, что я мог снижать чувствительность, иначе выдержать подобную тренировку я бы не смог.

Спустя час удалось выработать два режима. В первом, я расслаблялся и инстинктивно защищался. Во втором, оставался без аурного щита, но иногда он всё же срабатывал и мне придётся хорошо себя натренировать, чтобы этого не происходило.

— Господин, вам звонит Аркадий Туманов. — В трёх метрах от меня появилась проекция Марфы.

Я был в запале и не сразу понял:

— Кто звонит?

— Ваш отец.

— Отец значит, — Я посмотрел на затягивающиеся