Раав. Непостыженная - Риверс Франсин

После священного обряда обрезания сыны Израиля праздновали Пасху — праздник, отмечавший годовщину их исхода из Египта.

Салмон опоясал чресла, надел сандалии и присоединился к своим старшим братьям, их женам и детям. Его незамужняя сестра Лия замыкала семейный круг. Аминадав, старший в их семье, в сумерках заколол пасхального ягненка. Его жена приготовила горькие травы и пресный хлеб. Пока ягненок жарился над огнем, семья собралась для традиционного воспоминания о событиях, приведших к избавлению из египетского рабства.

— Почему эта ночь отличается от других ночей? — спросил самый младший мальчик, прижимаясь к своему отцу — второму брату Салмона.

— Сорок лет назад Бог повелел нашим отцам помазать кровью ягненка косяки дверей, — Аминадав говорил очень просто, чтобы дети могли понять. — И тогда, когда ангел смерти пришел поразить всех первенцев в Египте, он прошел мимо детей народа израильского.

Еще один малыш, устроившийся на коленях у матери, спросил:

— А мы всегда были рабами?

— Наш отец Иаков был арамейским кочевником задолго до того, как наш народ оказался в Египте. У Иакова было две жены и две наложницы, и они родили ему двенадцать сыновей, патриархов колен, которые теперь собраны здесь. Десять сыновей, включая нашего праотца Иуду, завидовали младшему брату, Иосифу. Поэтому они продали его исмаильтянам, которые шли в Египет. Он стал рабом Потифара, начальника дворцовой охраны, но Господь благословлял Иосифа во всех его делах. Даже когда жена Потифара ложно обвинила Иосифа в ужасном преступлении, и Потифар посадил его в темницу, Бог не оставил его. И пока он был в рабстве и в темнице, Господь готовил его к тому, чтобы он избавил своего отца и братьев от смерти.

Дети подошли и уселись поближе к Аминадаву, внимательно слушая историю своего народа.

— Прошло время, и фараона стали преследовать страшные сны. Один из слуг сказал ему, что Иосиф может их истолковать, тогда фараон приказал привести его. Господь открыл Иосифу значение снов: великий голод постигнет Египет и ближайшие народы. Господь также сказал Иосифу, как спасти Египет от голодной смерти. Когда фараон увидел, что Иосиф был мудрейшим человеком в стране, он сделал его управляющим над всем Египтом.

Жена Аминадава медленно вращала вертел с ягненком, а он продолжал рассказ:

— Во время голода сыновья Иакова пришли в Египет, чтобы купить зерна. Иосиф простил им грех, который они совершили против него, и пригласил их жить в Египет. Фараон дал им землю Гесем — самую плодородную часть Египта.

Аминадав усадил самого маленького ребенка себе на колени.

— Со временем Иосиф и его братья умерли, но у их потомков было много детей и внуков, и Израиль стал могучим народом. Египтом теперь правил новый фараон, который не помнил, как Иосиф спас Египет. Этот фараон видел в нашем народе угрозу и превратил нас в рабов. Он поставил над нами жестоких надсмотрщиков, потому что хотел извести народ тяжелой работой. Но Господь благословлял нас даже в угнетении, и мы выжили. Египтяне начали еще больше бояться нас и сделали наше рабство невыносимым. Они заставляли нас делать кирпичи и известковый раствор и работать на полях. Но и этого фараону было мало. Он приказал еврейским повитухам убивать всех новорожденных мальчиков. Но эти женщины больше боялись Бога, чем фараона, и отказались выполнять приказ. Тогда фараон приказал убить всех израильских мальчиков.

Аминадав положил ладонь на одного из малышей, сидевших рядом с ним.

— Тысячи детей были брошены в Нил. Такие же младенцы, как твой братик Самуил. Но одна смелая женщина по имени Иохавед прятала своего сына целых три месяца. Когда она уже не могла его скрывать, она осмолила плетеную корзину и положила в нее малыша. А затем оставила ее на воде в тростнике. Там дочь фараона и нашла…

— Моисея! — хором сказали дети, смеясь и хлопая в ладоши.

— Да, это был Моисей, — тихо произнес Аминадав. Его спокойствие передалось детям, и они притихла — Моисей был избранным слугой Господа, тем, кто принес Израилю Закон, который Бог Сам написал на каменных скрижалях на горе Синай. Тот самый Закон, для которого был построен ковчег завета, — он нежно погладил свою дочку по голове и посмотрел на других детей. — Из-за того, что наши отцы и матери нарушили завет с Богом, мы скитались по пустыне почти сорок лет. Из-за того, что они отказались повиноваться, они все умерли в пустыне. Закон написан для того, чтобы мы могли изучать его и узнавать, как мы можем вести жизнь, угодную нашему Богу.

— Но закон прежде всего должен быть в сердце, — добавил Салмон.

Брат взглянул на него.

— Если это возможно.

Салмон подумал о Раав. Она не знала Закона и тем не менее своими поступками показала самую суть его. Возлюби Господа, Бога Твоего, всем сердцем твоим, и всем разумением твоим, и всеми силами твоими. Как Раав могла иметь такую веру, если только Сам Бог не дал ей веру, как дар? Под силу ли простым смертным понять пути Господни? Может ли кто-нибудь объяснить Его великую милость? Раав была язычницей, приговоренной к смерти, и все же Господь заботился о том, чтобы смерть миновала ее.

— Господь послал Моисея к фараону. Моисей сказал фараону, чтобы тот отпустил наш народ, — продолжил Аминадав. — Но фараон не послушал.

Другой брат, Наасон, вышел вперед с чашей вина. Он наклонил чашу и начал медленно выливать вино на землю.

— Господь излил Свой гнев на Египет в десяти казнях: вода стала кровью; Египет заполонили жабы и мошки; моровая язва, воспаления с нарывами и град поразили египтян; напала саранча; тьма днем покрыла Египет; и, наконец, были убиты все первенцы Египта.

Последняя капля вина упала на землю.

— Перед каждой казнью, — сказал Аминадав, — Господь предупреждал фараона, давал ему возможность раскаяться и отпустить наш народ, но с каждым разом сердце фараона все более ожесточалось. Когда над Египтом должна была свершиться последняя казнь, Господь через Моисея повелел нам заколоть ягненка без порока и окрасить косяки дверей его кровью. В ту ночь, когда пришел ангел губитель, он увидел кровь и прошел мимо домов сынов Израилевых.

— Мама, почему ты плачешь?

— Я оплакиваю страдания наших отцов и матерей, когда они были в рабстве. Но я оплакиваю и египтян, погибших во время правления фараона.

— Весь Египет пострадал, потому что фараон ожесточил свое сердце, — сказал Аминадав. — Он был безжалостен к своему народу так же, как к Израилю.

— Некоторые египтяне ушли с нами, — сказал Наасон.

Аминадав сверкнул глазами.

— И почти все погибли в пустыне, потому что не хотели перестать поклоняться своим идолам, — он поглядел на Салмона. — Они отвратили наших людей от Бога!

Лицо Салмона вспыхнуло. Все уже слышали о Раав.

— Наше собственное сердце уводит нас от Бога, — тихо сказал он. — Господь говорит: «Слушай, Израиль: Господь, Бог Наш, Господь един есть; и люби Господа, Бога Твоего, всем сердцем твоим, и всею душею твоею и всеми силами твоими. И да будут слова сии, которые Я заповедую тебе сегодня, в сердце твоем».

— Я знаю Закон.

— Она не знает буквы Закона, но она исполняет саму суть его. Она раскаялась и поставила Бога на первое место в своей жизни.

— Кто? — спросил ребенок, но ему не ответили.

Аминадав был непреклонен.

— Среди нас не должно быть инородцев. Они приносят с собой своих чужеземных богов. Они приносят беду!

— Я согласен, — тихо ответил Салмон. — Чужеземцы приносят беду. Но они перестают быть инородцами, когда отказываются от своих ложных богов и поклоняются Господу Богу всем своим сердцем, и разумом, и силами.

Глаза Аминадава вновь вспыхнули.

— Как ты можешь узнать, насколько искренне то, что они говорят? Как ты можешь доверять женщине, которая блудила с другими богами, не говоря уже о других мужчинах?

— Кто? — спросил еще один малыш.

— Так же, как наши отцы и матери блудили с золотым тельцом? — спросил Салмон, с трудом сдерживая закипающий гнев. — Как быстро ты забываешь наши слабости и видишь их лишь в тех, кто не был благословен присутствием Самого Бога.