Император и шут - Дэйв Дункан

«Если бы в Краснегаре хоть одна из дворцовых кухонь выглядела вот как эта, Эганими бросилась бы с крепостной бтены», – решила герцогиня.

– Накиньте покрывало, – велел Сагорн. – Мы добрались до внешней двери. Вполне вероятно, что в тюремные подвалы можно попасть, не выбираясь наружу, но надо знать переходы, а у нас нет лишней пары недель на их поиски. Так что закройте лицо и идите за мной.

Старик отодвинул засов и нажал на дверную ручку. Заскрипели петли.

3

Обнесенный высокой каменной оградой, оседлавший холм Дворец Пальм являл собой многоярусный парк. Каскады лестниц с фонтанами и зданий, одни – соединенные аркадами, и другие – разбросанные по всей территории, образовывали то улицы, то дворики. Густые зеленые насаждения дарили благодатную тень. То тут, то там на склонах холма возвышались башни с прилегающими к ним мощеными дворами, которые были огорожены довольно высокими стенами.

Затворив дверь, Сагорн двинулся в восточном направлении, стараясь придерживаться тени. Старик, видимо, четко знал куда идти. Небо над головой уже посинело, а над морем у горизонта расплывалось пятно.

Дважды Сагорн заталкивал Кэйд в дверные ниши, и оба затаив дыхание пережидали патрульные отряды стражников. На башнях тоже должны были стоять часовые; удивительно, они никого так и не заметили. Это путешествие являлось абсолютным безумием, но оно благополучно продолжалось.

Наконец в какомто закоулке Сагорн остановился и отер бледной рукой капельки пота со лба. Старик запыхался и с минуту не мог вымолвить ни слова.

– Вот она, тюрьма, – пробормотал он. – Полдела сделано. Теперь надо попасть внутрь. Но как?..

Каменные стены каземата казались древнее прочих зданий, но одного взгляда на трехэтажное строение оказалось достаточно, чтобы похоронить надежды Кэйд на ловкость Тинала. Даже если бы вор сумел взобраться по отвесным стенам, сквозь прочные решетки на окнах мальчишке не просочиться.

– Поищем дверь, – предложила герцогиня.

Спускаясь вниз по аллее, Кэйд слышала за спиной шарканье шагов Сагорна. Дверь вскоре нашлась, неприметная, зато чрезвычайно массивная и с зарешеченным окном. Отсутствие ручки и замочной скважины сильно осложнило дело.

– Внутренний засов, – проворчал Сагорн. – Черный ход. Просто так не войдешь.

Рассудив, что торчать под дверью – занятие безнадежное, Кэйд двинулась вокруг здания тюрьмы. Обидно было, что стена напротив изобиловала дверьми, одна из которых была даже приоткрыта. Но вряд ли они вели в сам каземат. Это были двери складских помещений. Возможно, погреба не были изолированы от тюрьмы, но, как верно заметил Сагорн, у них не было времени на долгие поиски. Осторожно выглянув за ближайший угол, герцогиня увидела обширный двор, главный вход и часовых под аркой, впечатляющей своей фундаментальностью. Вид вооруженных до зубов стражников заставил Кэйд попятиться.

– Ничего не поделаешь, придется вернуться, – твердо заявила она и, не дожидаясь возражений спутника, повернула обратно к незаметной маленькой дверке, обнаруженной ими раньше. Подле нее она и остановилась.

– Даже Дараду не под силу проломить преграду, – злобно шипел Сагорн. От страха его лицо, изборожденное глубокими; морщинами, посерело. – Чтобы пробить брешь, нужны топор, час времени и никаких любопытных…

У Кэйдолан голова шла кругом, а сердце трепыхалось в груди, как пойманная бабочка в руках ребенка. Никогда раньше не была она столь безрассудна. Должно быть, на старости лет взыграла кровь предкаберсерка. Когда она подумала, что их затея может не удаться и они погибнут прежде, чем успеют выполнить задуманное, то с изумлением обнаружила, что ей все равно. Кэйд шла вабанк.

– Пути назад быть не может, не так ли? Давайте постучим и посмотрим, что получится, – предложила герцогиня.

Содрогнувшись, Сагорн зажмурился.

– Тогда поневоле придется вызывать Дарада.

– Лучше Андора. Если на мой стук ктонибудь высунется, Андор тут же запудрит ему мозги, – поспешно предложила Кэйд, – и заставит открыть дверь.

Усмехнувшись, Сагорн устало покачал головой.

– Андор пьян, – вздохнул старик.

– Как это пьян? Не может быть.

Кэйд не могла поверить, что очаровательный юноша может напиться.

– У него была веская причина накачаться, – заверил Сагорн. Прислонившись к стене, он задумчиво тер лоб. – Андор пьян, с этим ничего не поделаешь. Тинала ослепляет самодовольство, к тому же от недосыпания он едва держится на ногах. Джалон сейчас бесполезен. Остаемся мы с вами. Нет, – покачал головой доктор, – мы слишком стары для такого вздора, как кража пленника из тюремных подвалов султанского дворца. Это безнадежно!

– Чушь! – отмахнулась герцогиня. – Послушайте! Если дверца устроена для тайных встреч, то она работает как на выход, так и на вход. Не так ли? Эти джинны помешаны на шпионаже… у них сплошь и рядом шпионы. Значит, и сообщения от адептов могут поступать когда угодно, – вслух размышляла Кэйд. – Там должен сидеть привратник, чтобы впускать и выпускать вестников. Вызывайте Андора… В чем дело?

– Без драки не обойдется. А Андор, даже трезвый, слаб в поединке.

– Ты же вызывал его…

– Не я. Эту глупость сотворил Тинал. Он действовал не подумав. Вот что я скажу: для этой двери любой из нас позовет Дарада. И я…

– Нет!..

Кэйд не могла забыть, что Дарад убил женщину изза волшебного слова. Сагорн и Кэйд гневно сверлили друг друга взглядами.

– Думайте, доктор! Вы же мыслитель! – нажимала герцогиня.

Сагорн тяжело вздохнул.

– Послушайте, Кэйд. Дарад – неплохой парень. Вы с ним отлично поладите. Упомяните о Рэпе, и все будет нормально. Теперь Дарад в восторге от фавна, поверьте мне, – терпеливо уговаривал доктор.

Но Кэйд с трудом верилось, что гигант варвар возлюбил Рэпа после того, как фавн натравил на него собаку, а потом гоблина. В то же время она сознавала, что без Дарада их затея обречена на провал.

– Что ж, если нельзя иначе, зовите Дарада. Я рискну! – воскликнула Кэйд.

– Ладно, – недоверчиво поглядывая на взволнованную спутницу, произнес Сагорн. – Попробуем. И да пребудут с вами Боги.

Темнозеленые одежды встопорщились, застежки полопались, и гигант отшвырнул плащ в сторону.

Непроизвольно сжав кулаки, Кэйд задрала вверх голову, рассматривая шрамы и татуировки, перебитый нос и страшную волчью ухмылку.

– Доброе утро, Дарад, – промямлила она.

Гора мышц затряслась от беззвучного смеха. Злобно сверкнув глазами, варвар прогудел:

– И тебе добрый день. Помощь моя понадобилась, да?

– Я искренне сожалею о том, что произошло в Краснегаре, – непроизвольно отодвинувшись на шаг, извинилась герцогиня. – Виной тому моя преданность племяннице и…