Чужие Степи — часть четвертая - Клим Ветров

Я посмотрел на часы. С момента как мы вернулись и мужиков увезли в больничку, прошло всего полчаса, и ехать к ним сейчас, смысла не было, в любом случае пока врачи не сделают всё что нужно, ничего не скажут.

Так что поехали в штаб, и вскоре уже поднимались в кабинет главы.

Я думал тут опять собрание, но, на удивление, Сергей Алексеевич был один. Сидя за столом в своём кресле с колёсами, он сосредоточено листал какую-то тетрадку.

Хмуро кивнув, и буркнув что-то приветственное, он отложил тетрадь, и подкатился к висящей на стене карте.

— Где вы на них наткнулись? — так же хмуро спросил он.

Я подошел ближе, и пригляделся.

— Тут пролетели над рекой, вот над этим изгибом — небольшая речка круто изгибалась и почти меняла направление, — заметили их, и потом ещё минут пять-семь летели вот сюда... прикинув масштаб, я отсчитал нужное расстояние и показал на карте.

— Выходит где-то в этом районе.

Точность, конечно, так себе, но для понимания общей картины сойдет. Тем более если придется там побывать, визуально я быстро сориентируюсь.

— Понятно, — прокрутив колёса, Сергей Алексеевич вернулся за стол. — А теперь расскажи как оно вообще вышло, что вы умудрились так подставиться?

Вопрос на миллион, что называется: Правду говорить нельзя, врать тоже, остается одно, — недоговаривать.

— Да обычно. Пока крутились, разглядывали, мотор заглох. Сели в сторонке, думал успею починить, но чутка не хватило...

— Не хватило... — недовольно буркнул глава. — Ты людей побольше мог взять? Чем вообще думал?

Я промолчал. Вдаваться в детали опасно, выкручиваться не хотелось, если начну метаться, то обязательно ляпну что-нибудь не то, и в попытках исправить ситуацию совсем запутаюсь. Тем более что Алексеич не упрекал, и не обвинял меня, а просто расстроился, поэтому и злился.

— Выпьешь? — не дождавшись ответа, он проехал к шкафу и с трудом дотянувшись, достал оттуда высокую бутылку с затертой этикеткой. — Коньяк, армянский.

— Нифига себе... — присвистнул Василич, — Откуда такая роскошь?

Я тоже удивился. Бутылка хоть и не полная, но всё же.

— С прошлой жизни остался. Пять звезд. — грустно улыбнулся глава. — Даже когда бухал не выпил...

Тут он конечно слукавил. Пить он начал дома, а бутылка оставалась в кабинете. Поэтому и не выпил.

Будь это не коньяк, я бы отказался, но здесь не стал, тем более стресс надо как-то снимать. И оттуда же из шкафа появились три малюсенькие рюмки, и кусок копчёного сала с пакетом уже нарезанного хлеба.

— Вот это дело! — совсем воспрял Василич, и беря на себя роль банкующего, быстро наполнил тару — давайте, за Олежкино здоровье, чтоб нормально всё...

Мы чокнулись, и дружно выпив, закусили бутербродами с салом.

Не дожидаясь приглашения, Василич тут же разлил по второй.

— За парней наших, чтобы нашлись поскорее! — выдал он тост.

— Давайте, но по последней, дел ещё много. — чокаясь с Василичем, глава пододвинул к себе бутылку, явно опасаясь за её содержимое.

Оба выпили, и снова закусили салом.

— Может ещё по одной? За Леньку? — на всякий случай спросил Василич, но глава только зыркнул на него, и откатываясь на кресле, убрал коньяк в шкаф.

— Много вредно. Тем более раритет. — проворчал он.

— Это с салом вредно... К нему бы лимончик... — свою порцию я ещё не выпил, и держа рюмку в руке, наслаждался ароматом.

— Было бы неплохо. — обернулся глава, и подкатываясь обратно, испортил всю прелесть момента своей пессимистичностью — Только уже в следующей жизни...

— Не знаю как ты, а я ещё и в этой успею. — салютнув ему рюмкой, я вылил содержимое в рот.

Больше, за неимением лимона, мы не пили, пытаясь строить какие-то планы уже на трезвую голову.

Вариантов как всегда было немного, точнее, отбросив всё бредовое, всего один — ждать и готовиться.

— Если всё как ты говоришь, и у них на самом деле нет огнестрела, значит дела наши не так уж и плохи. — рассуждал Сергей Алексеевич.

— Периметр крепкий, боеприпасов достаточно, думаю выстоим.

Периметр мы действительно отстроили неплохой, вот только насчёт боеприпасов я бы не согласился. Точных цифр у меня не было, но весьма сомнительно что их хватит даже для того чтобы отбиться от пяти тысяч всадников. А их там, по-моему разумению, минимум пятьдесят, а то и все сто.

— Я уже дал задание бросить все силы на порох, зарядим пушки картечью, чем не оружие? Опять же бомбы наделаем, с самолёта бомбить будем. — продолжал уговаривать Сергей Алексеевич.

— И сколько у нас пороха? Вагон? Два? — о процессе производства я был хорошо осведомлён, и знал что даже в самых идеальных условиях, потратив все имеющиеся ресурсы и добавив ещё чуток сверху, сможем выставить не больше двухсот килограмм. А для одного выстрела из «чудо-пушки», образца восемнадцатого века, требуется порядка пяти килограмм. Итого сорок раз пальнуть, и никаких бомб. А ведь нужно ещё и патроны чем-то набивать.

— Ну не вагон конечно, и тем более не два, — потупился глава, — но, думаю, какое-то количество будет...

— Вот именно, какое-то! А надо, — вагон!

— Да хорош спорить. — вмешался Василич. — Ежу понятно что пороха и патронов немного, надо что-то ещё придумывать.

— Согласен. Только что? Всё что взрывается и убивает, требует наличия взрывчатки, а её у нас нет! — не знаю почему, но меня вдруг стало всё раздражать, может от утренней встряски такой эффект образовался, а может коньяк так подействовал. Хотя когда выпью, я добрый, а тут почему-то наоборот. Или от того что мало?

— Ну не знаю, катапульты какие-то придумать...

— Ага. А ещё лучше зеркалами жечь. Как Архимед в своё время! Он, кстати, не родился ещё?

— Может и родился. — очень спокойно ответил Василич, — И на счёт зеркал хорошая идея, надо нашим кулибиным задание дать, пусть покумекают.

— Ты вообще в своем уме? Давайте ещё куклу вуду слепим?! Вдруг поможет?

С одной стороны я понимал и главу с его призывами придумать какую-нибудь вундервафлю, и Василича с его ледяным спокойствием. Но они не видели эту чёртову конницу, и не