На диких берегах - Лорен Ольга

Крепкие объятия Николаса не дали ей отстраниться.

– А как же твоя боязнь темноты, Бонн?

– Всё в порядке, поболтала с тобой, и мне больше не страшно, – Морган действительно чувствовала особенную лёгкость, проводя время с Ником.

– Рад, что смог тебе помочь… Не шевелись! – Николас соединил свои указательные и большие пальцы, имитируя рамку, и взглянул сквозь них на Бонни. – Вот, было бы шикарное фото. Есть! Готово!

Бонни рассмеялась, сделав своими руками подобную конструкцию.

– А теперь я. Снимаю… Улыбочку!

– О, как это приятно, – признался Паркер. – А теперь можно совместное фото?

Бонни с улыбкой приставила своё лицо к лицу Ника.

– Селфи-и-и.

– А теперь несколько фото для взрослых? – предложил Николас, но из его уст это предложение прозвучало совсем не пошло.

Ник и Бонни, хохоча, повалились на кровать, имитируя фотографирование. Николас стянул с себя футболку, позируя.

– Да! Горячо! – Бонни облизнула губы и кокетливо поправила волосы. – А как тебе я?

– Если распечатаешь мне это фото, я сделаю всё, что скажешь! – заявил Паркер, и Морган переспросила:

– М-м-м, всё-всё?

Николас придвинулся к Бонни так близко, что она почувствовала его горячее сбившееся дыхание на своей коже.

– Делай со мной всё, что пожелаешь, сегодня я весь твой.

Руки Николаса заскользили по телу Бонни, и она с упоением принимала его ласки. Волна страсти охватила обоих. В какой-то момент их губы слились в жадном и бесстыдном поцелуе. «И как я столько времени держала Ника в стороне? Почему бы нам не расслабиться и не провести эту ночь со взаимным удовольствием?..» – Бонни опустила руку на его пах и, отодвинув ткань боксеров, обхватила пальцами его напряжённую плоть.

– Кажется, кто-то очень интересно реагирует на мои прикосновения, – усмехнулась Морган.

– И как тебе это? – оторвавшись от губ Бонни, Ник прижался к её шее, жадно целуя и посасывая её кожу, поглаживая её языком.

– Я бы попробовала тебя в действии, – томно проговорила Бонни. – А может быть, сперва на вкус…

В это время Ник коснулся её груди и, схватив зубами её сосок, согласно простонал в ответ:

– М-м-м, да…

Вдруг раздался отрезвляющий стук в дверь и в каюту вошёл Дилан.

– Вот вы где…

Бонни поправила верх своей одежды, а Ник поспешно натянул шорты.

– В чём дело, Дилан? – откашлялась Морган.

– Пришёл предупредить, что завтра уплываем на рассвете, – сухо ответил Гамильтон.

– Мы так и планировали, – переглянулся с Бонни Николас.

Дилан по-хозяйски плюхнулся в одно из старинных кресел в свете луны и уставился на ребят.

– Ты хотел сказать что-то ещё? – с нетерпением спросил Ник.

– Нет, я не нашёл для себя приличной каюты, поэтому пришёл сюда. Я ведь ничему не помешал? – Дилан стал неспешно потягивать ром прямо из бутылки, не отрывая взгляд от Бонни, которой в тот момент хотелось разорвать его на части.

– Ладно, я пойду к себе, – процедила она сквозь зубы.

– До завтра, Бонн, – добродушно ответил Николас. – Тебя проводить?

– Не нужно, спасибо, – Бонни не могла ответить иначе, видя, как Дилан впитывает каждое слово, что она говорит.

«Ещё не хватало, чтобы он наблюдал, что происходит между мной и Ником, мало ли, что у него на уме…»

Морган вернулась в свою каюту и, плотно закрыв дверь, легла на кровать. Но остаться наедине с собой ей не удалось даже во сне. Ей приснился Дилан, и она никак не могла ему противостоять в своих сновидениях. Это была словно какая-то внезапная лихорадка, от которой не было спасения. Их языки переплетались в пьянящем танце дикого, горячего поцелуя, до изнеможения долгом и бесконечно желанном. Его пальцы, проворные и нахальные, исследовали её кожу. Ласкали, гладили, впивались, заставляя её тело трепетать… Бонни не хватало дыхания, но она не хотела прекращать это страстное безумие. Её ладони скользили по обнажённой спине и голым мускулистым плечам Дилана, прохладным и влажным от пота. Застелив атласом кровать, Гамильтон опрокинул на неё Бонни, торопливо срывая с девушки одежду. На этом моменте Бонни проснулась и широко распахнула глаза, убеждаясь, что всё произошедшее между ней и Диланом – всего лишь сон. «Прочь из моей головы, наглый шотландец!» – поморщилась Морган. Она села, свесив ноги с кровати, и едва не вскрикнула от увиденного. Каюта наполовину была заполнена водой. «Что? Откуда здесь вода?» Девушка захлопала ресницами, осматриваясь. В мыслях проносились воспоминания вчерашнего вечера и обрывки из того злополучного дня крушения на яхте. От всего этого кружилась голова. Вдруг Бонни услышала глухой стук в дверь и знакомый голос:

– Бонни! Ты там? Ты в порядке?

– Ни-ик! Да, я здесь! – отозвалась Морган.

Дверь с шумом распахнулась, и в проёме появился взволнованный Паркер.

– Не пугайся. Это всего лишь прилив. Нас немного затопило.

– Прилив? А вчера утром его как будто и не было, – удивилась Бонни, на что Николас ответил словами Дилана:

– Дил сказал, что здесь океан не подчиняется никаким правилам. Я и сам с трудом понял, где нахожусь и что происходит. Нужно поскорее выбираться отсюда.

– Так мило, что ты пришёл за мной, – улыбнулась Бонни.

– На самом деле, я бы ещё спал, наверное, до завтрашнего вечера. Это Дилан разбудил меня и сказал, где ты. Дилан ждёт нас на… – Морган не дала Нику договорить, прокричав:

– Дилан, Дилан. Звенит в ушах от его имени!

– Согласен, моё имя куда более приятное: Ник, Николас, Никки… О, зови меня Никки! – снова улыбнувшись его словам, Бонни взяла Паркера за руку, и они вместе стали подниматься на палубу.

– Идём, мой Никки.

На палубе их уже ждал Дилан. Не сказав ни слова Бонни и даже не взглянув на неё, он обменялся парой фраз с Ником и прыгнул за борт. Ребята последовали за ним. Весь путь все трое плыли молча. Наконец они достигли берега и, уставшие, легли на песок.

– В воде хорошо, а на суше всё-таки лучше! – нарушил тишину Ник.

– Да… Согласна! – с наслаждением пропуская песок сквозь пальцы, согласилась Бонни, и, переведя взгляд на Николаса, вдруг заметила рядом с ним что-то, завёрнутое в брезент.

По форме она догадалась, что это может быть, и воскликнула:

– Ник! Ты всё-таки прихватил с собой тот револьвер?

– Да. Он всё равно там пылился, а мне может пригодиться, – с гордостью проговорил Николас.

– А ты хоть стрелять умеешь? – вмешался в разговор Дилан.

– А ты думал, только ты здесь что-то умеешь? – Ник с хитрым выражением лица достал оружие из брезента. – Я даже зарядил его на всякий случай.

– Смотри, поаккуратнее с ним, – предупредил Дилан, и Ник кивнул в ответ.

– Конечно.

Успокоив Гамильтона, Николас повернулся к Бонни и шепнул ей:

– А ещё я взял с собой тот таинственный блокнот. Только давай пока не скажем о нём Дилану.

Ник заговорщически подмигнул Бонни. Она поддержала его улыбкой.

– Я не против… Сейчас бы воды! Умираю от жажды!

– Это да! Только так лень куда-то идти… – Ник растянулся на песке, расправив руки и ноги.

Бонни поднялась и быстрым шагом направилась в сторону хижины.

– Чур, большая бутылка с водой моя!

– Эй, так нечестно! – прокричал вслед Бонни Ник, в то время как она уже взбежала на пригорок и нырнула в заросли, скрывающие домик.

Неожиданно какой-то маленький пушистый зверь вихрем промчался мимо неё.

Следом за этим зверьком девушка увидела огромного пса, который нёсся прямо ей навстречу.

– Что за… – Бонни сделала шаг вправо.

Пёс увернулся в эту же сторону и с разбега налетел на девушку, повалив её на землю.

– Ай! – вскрикнула Морган.

Тут же на её груди оказались огромные собачьи лапы. Выразительные глаза животного, изучая, уставились на Бонни. Взгляд собаки был добрым, даже милым, поэтому Бонни не испугалась, а, скорее, удивилась.

– И откуда ты такой взялся?

В ответ на свой вопрос она почувствовала учащенное дыхание собаки у себя на лице и шее, а после – тёплый шершавый язык на своих щеках.