Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор. - Джон Фуллер

Кампания показала, что перед лицом атаки танковых и моторизованных сил линейная оборона устарела. Любая форма линейной обороны независимо от того, состояла ли она из долговременных сооружений или из поспешно возведенных полевых укреплений, какие неоднократно останавливали наступающего в первую мировую войну, оказалась наихудшим видом обороны: когда танковые силы противника прорывали оборонительную полосу, защитники не могли сосредоточить свои войска для контратаки. В этом случае обороняющийся напоминает человека, который стоит, вытянув вперед руки, перед боксером, занявшим боевую позицию; чтобы защитить себя или ударить, он должен сначала притянуть руки к туловищу. Далее, германо—польская война показала, что части прикрытия, в задачу которых входит наблюдать за противником и задерживать его, а не ввязываться в решительную схватку, должны обладать очень большой подвижностью, чтобы быть в состоянии быстро наступать и отступать. Они также должны располагать сильными противотанковыми средствами.

Наконец, кампания ясно показала, что в тактических условиях, созданных танковыми и моторизованными войсками, когда маневр стал быстротечным, командование должно быть гораздо больше децентрализовано, чем раньше, чтобы нижестоящие командиры могли самостоятельно принимать немедленные решения. Взаимодействие должно устанавливаться на основе общего замысла действий, а не пунктуального выполнения плана. Быстрота в значительной степени заменила методичность исполнения, но быстрота, подчиненная единой цели, ясно понятой всеми участниками операции.

В те дни, когда немецкие войска громили поляков, не менее удивительная война происходила на Западе. Скоро она получила название «странной войны», однако из приводимой ниже цитаты видно, что лучше подходит немецкое название «Sitzkrieg» [ «сидячая война». — Прим. ред.].

«Сильнейшая в мире французская армия получила необходимое время, чтобы занять самые сильные укрепления, когда—либо создававшиеся гением человека. Во Францию был перевезен и высажен без каких бы то ни было потерь большой, превосходно вооруженный и снаряженный британский экспедиционный корпус, который разместился в этой стальной крепости. Укрепившись, таким образом, Франция и Британия предотвратили угрозу «молниеносной» или какой—нибудь другой атаки против линии Мажино»[51]

Сильнейшая армия в мире, перед которой находились не больше 26 дивизий противника, бездействовала, укрывшись за сталью и бетоном, в то время как враг стирал с лица земли мужественного до донкихотства союзника. Но, как мы увидим ниже, были веские основания для этого.

К 11 октября 1939 г. численность британских вооруженных сил во Франции достигла 158 тыс. Только 9 декабря они понесли первую жертву (был убит один капрал). К рождеству было убито еще два человека, а общие французские потери армии, флота и авиации к этому времени составили 1433 человека.

Между тем 3 сентября 1939 г., когда Британия объявила войну, началась битва за Атлантику. Она открылась потоплением «Атении» немецкой подводной лодкой U–30 близ Донегола. Эта битва в дальнейшем потребовала мобилизации ресурсов Британии до предела и продолжалась до тех пор, пока не прозвучал последний выстрел на суше. Война в воздухе началась днем позднее. 4 сентября британская авиация нанесла удар по германскому флоту в Вильгельмсгафене и Брюнсбюттеле, а несколько позднее начала разбрасывать листовки над Германией. Такой войны без крови не видывали со времен битв при Молинелле и Загонаре.

6 октября Гитлер предложил заключить мир. Предложение Гитлера было отвергнуто. Тогда 30 ноября развернулась первая из нескольких неожиданных кампаний: русские войска вторглись в Финляндию.

Это была война государства с населением в 180 млн. против народа, насчитывавшего всего 3,5 млн. человек. Длилась она в пять с лишним раз дольше германо—польской.

Русская армия была огромна; Финляндия располагала незначительными вооруженными силами. На одной стороне стояла армия в 100 дивизий, насчитывавшая 1,5 млн. солдат, 9 тыс. танков и 10 тыс. самолетов.[52] На другой стороне — 3 дивизии и 1 кавалерийская бригада — всего 33 тыс. солдат, горстка танков, 60 годных боевых самолетов и 250 орудий, включая береговую артиллерию. Этой маленькой армией командовал маршал Маннергейм.

Русский план заключался в том, чтобы бомбардировать и запугивать. Рассчитывая, что финский рабочий класс свергнет свое правительство, русские начали наступление в ужасно плохую погоду. Пять колонн русских войск, главная из которых состояла из б дивизий, двигались на линию Маннергейма — укрепленный район, пересекавший Карельский перешеек от Финского залива до Ладожского озера. К своему удивлению, русские встретили ожесточенное сопротивление, которое в сочетании с исключительно трудными природными условиями (отсутствием дорог в условиях местности, изобилующей лесами, озерами, холмами и оврагами, покрытыми полуметровым слоем снега) скоро остановило наступление.

Русские танки были вынуждены двигаться по лесным дорогам и сотнями застревали в сугробах. Много машин финны сожгли.[53] Отряды финских лыжников в белых маскировочных халатах, почти незаметные на местности, рыскали вокруг врага. Они скользили по лесам, задерживая колонны войск, преграждая путь отставшим, обстреливая транспорт, полевые кухни и лагерные стоянки войск. Иногда финны отрезали целые русские бригады, и приходилось снабжать их с воздуха, причем с небольшим успехом.[54] С самого начала финны нанесли такие тяжелые потери врагу, что русские вдвойне усилили бомбардировки, рассчитывая сломить волю финнов к сопротивлению.

Сейчас, как никогда, представлялась возможность проверить теорию Дуэ на практике, так как русские безраздельно господствовали в воздухе. Если бы Дуэ был прав, финны должны были капитулировать через две недели. Вместо этого сопротивление стало еще более решительным. Нужно было изыскать иной образ действия. Выход был найден в возвращении к тактике 1916–1917 гг.

Русские сосредоточили 27 дивизий и огромные массы артиллерии против линии Маннергейма. 2 февраля 1940 г. после продолжительной артиллерийской подготовки русские войска под командованием маршала Тимошенко начали наступление. В течение десяти дней финны удерживали свои позиции, но 13 февраля позиции были прорваны, и через два дня началось отступление. Финны не могли сопротивляться танкам в открытом поле и в начале марта запросили перемирия. 10 марта начались мирные переговоры, а через два дня был подписан мирный договор.

Уроки этой небольшой войны поучительны. Во—первых, они показывают, что всегда опасно презирать противника, как бы ни был он слаб. Полагая, что демонстрация силы окажется достаточной, чтобы запугать финнов и добиться немедленной капитуляции, русские хорошо подготовились использовать в пропагандистских целях радио, духовые оркестры и кино, однако совершенно упустили из виду стратегические и тактические аспекты войны и вопросы снабжения.

Во—вторых, в глазах тех, кто мог здраво судить о вещах, эта война во многом подорвала состоятельность теории Дуэ. Она показала, что бомбардировки с воздуха, так же как и артиллерийский обстрел, — это медленный, а отнюдь не быстрый способ изматывания врага. В—третьих, если оружие сконструировано без учета особенностей местности и климата, то независимо от его мощи оно окажется почти бесполезным. В—четвертых, высокая подвижность финнов, так же как высокая подвижность немцев в Польше, еще раз показала, что она важнее численного превосходства.

Последнее и наиболее важное с точки зрения последующих событий обстоятельство привело Гитлера к выводу, что русская армия 1939–1940 гг. оставалась такой же, какой была в 1916–1917 гг. Если маленькая Финляндия могла сделать так много, то что мог бы сделать мощный рейх?

Пока русские расправлялись с финнами, «сидячая война» продолжалась. Представляющие интерес события происходили только на море. В середине декабря произошла битва у реки Ла—Плата, закончившаяся потоплением германского линкора «Граф Шпее». 12 февраля 1940 г. значительная группа транспортных судов доставила в Египет лучшие части 2 австралийских и 1 новозеландской дивизии. Неделю спустя на борт германского вооруженного торгового судна «Альтмарк», находившегося в норвежских территориальных водах, поднялись британские моряки и сняли 299 захваченных немцами граждан союзников. Эта операция вызвала недовольство норвежского правительства. Тем не менее рано утром 8 апреля британское и французское правительства информировали Норвегию, что с целью пресечь германское судоходство вдоль норвежского западного побережья прошлой ночью были минированы норвежские территориальные воды.