Убийство с третьей попытки - Элизабет Ролле

— Мама, мы видели вот такую собаку! — раздался звонкий детский голосок. — Огромную! Шерсть у неё очень длинная, а на лапах белые пятна. Я хотел её погладить, а Джейн не дала.

— И правильно сделала, — чужих собак нельзя трогать, они могут укусить. Сколько раз я тебе говорила, чтобы ты не подходил к чужим собакам! Джейн, поиграйте с ним в детской, тут один джентльмен пришёл, ищет своего знакомого. Джек, Джек, куда ты!

Не обращая внимания на призывы матери, Джек влетел в гостиную, одной рукой сжимая верёвку, к которой была привязана ярко-красная машина, а другой держа за ухо плюшевого зайца. У мальчика были голубые, как у Этвуда, глаза и вьющиеся светло-каштановые волосы. Увидев незнакомого мужчину, он остановился, склонил голову набок и чинно сказал:

— Здравствуйте.

Однако его благовоспитанности хватило ненадолго, заметив на диване огромного медведя, ростом с него самого, он тут же забыл об Алене и с восторженным воплем, бросив зайца и машину, кинулся к новой игрушке.

— Это папа принёс, да? — закричал он, хватая медведя за лапы. — Папа, да?

— Джек, как ты себя ведёшь! — Анна взяла его за руку, но он вырвался, забрался на диван и стал там прыгать. — Джек, сейчас же прекрати! Слышишь, что говорю! Мне за тебя стыдно.

Она взяла его на руки и понесла в другую комнату.

— Медведя дай! — требовал мальчуган. — Я буду с ним играть. А папа ещё придёт?

— Придёт, обязательно придёт. Не вертись, сейчас принесу твоего медведя. Джейн! — позвала она.

Через гостиную прошла худенькая девушка, вежливо поздоровалась с Аленом, забрала игрушки и скрылась в детской.

— Джейн, займите его чем-нибудь, — попросила Анна и вернулась к Алену. — Извините, что заставила вас ждать.

— Очаровательный малыш. Это ваш сын?

— Сын. Сладу с ним нет, беспокойный очень.

— Такой возраст… По-моему, он на вас не похож.

— В отца… Как, вы говорили, фамилия вашего знакомого?

— Морган. Реджинальд Морган.

Анна отрицательно покачала головой:

— Никогда не слышала. До меня здесь семья жила, отец, мать и двое взрослых детей, дочь и сын. Фамилию я их забыла, но кажется не Морган, другая. Вам лучше в соседней квартире спросить. Миссис Уинд тут давно живёт, лет десять. Хотите, я вместе с вами пойду? Она панически боится грабителей и чужих не впускает, одному вам придётся через дверь с ней объясняться.

— Буду вам очень признателен.

Анна пошла вперёд и, проходя мимо буфета, задела его рукавом — на пол упала пачка денег. Она наклонилась и подняла их, а Ален, заметивший, что одна банкнота отлетела под стол, достал её оттуда и протянул ей.

— Вот ещё одна, — сказал он, и тут в глаза ему бросился номер, он запомнил его, когда в комнате Этвуда рассматривал верхнюю банкноту из тех, что лежали в ящике письменного стола. Номер был тот же самый.

События выстроились в одну цепочку: слова Этвуда, что он едет сегодня в Лондон, его фотография на стене, совпадающий номер банкноты — всё это свидетельствовало, что миссис Рэтленд была права. Этвуд приходил сюда сегодня, привёз деньги и игрушку сыну, а к хирургу, вероятно, отправился после этого.

«Он поехал на машине, поэтому добрался быстрее. Вот была бы сцена, если б я явился сюда при нём, — подумал Ален. — Он открывает дверь, а там стою я. Представляю, что бы было…»

Мелодичная трель звонка заставила его вздрогнуть, он почему-то подумал, что это вернулся Этвуд. Анна вышла в прихожую, а Ален, чувствую себя в западне, заметался в поисках пути к отступлению. Окна открыты, но второй этаж… К тому же если кто из прохожих увидит, как он вылезает из окна, его примут за вора, а это крайне нежелательно. Однако голос в прихожей принадлежал женщине… голос Джудит! Как это он упустил из виду, что она может поехать тоже сегодня! Ален лихорадочно соображал, как избежать встречи. Успех его плана зависел от того, удастся ли сразу открыть входную дверь.

Женщины вошли в комнату, и как только они прошли мимо него, спрятавшийся за створкой двери Ален метнулся в прихожую, молниеносно открыл дверь (на его счастье, Анна только заперла её на засов) и, перепрыгивая через ступени, помчался вниз. Тут же ему пришло в голову, что хозяйка квартиры может решить, будто её обокрали, и он внутренне сжался, ожидая услышать за спиной крики «Держи вора!», однако всё было тихо. «Пронесло», — переводя дух, с облегчением подумал он, свернув за угол. Интересно, что придумала для объяснения своего визита Джудит? Тоже — якобы разыскивает кого-нибудь? Или выдаст себя, к примеру, за представительницу благотворительного общества? Лучше уж второе, два посетителя подряд, разыскивающие мифических знакомых, заставят хозяйку квартиры насторожиться. Ален быстрым шагом добрался до вокзала, тут ему повезло, поезд отходил через десять минут. Посмотрев расписание, он понял, что сюда они ехали на одном поезде и не встретились на платформе лишь благодаря тому, что он вскочил в вагон в последнюю секунду, а в Лондоне они затерялись в толпе, разошлись, и он опередил её.

Сойдя с поезда, Ален свернул с дороги (надо было добраться до замка незамеченным) и двинулся к часовне напрямик через лес. Летние сумерки сменились непроглядной тьмой, небо заволокло тучами, хлынул дождь. Мокрые ветки хлестали по лицу, ноги скользили. Ален потерял направление и шёл уже наугад. Через час он отчаялся отыскать часовню или хотя бы сам замок, вокруг был лес, ничего кроме леса с толстыми, уходящими ввысь стволами. Он остановился передохнуть и обдумать, что делать дальше, в какую сторону пойти. Припомнив рассказы лесника, в домике которого он жил вначале, Ален решил, что лес достаточно велик и потому лучше ждать рассвета на месте: он боялся забрести в болото. Обнаружилось его отсутствие или ещё нет? Вздохнув, он отправился искать подходящее местечко для ночлега. Слева темнел какой-то пригорок, он двинулся туда, однако подняться по крутому глинистому склону оказалось не так-то просто, дважды съехав вниз и основательно исцарапавшись, он пошёл в обход, рассчитывая найти более пологий склон, и неожиданно очутился прямо перед часовней. Протиснувшись в наполовину заваленную обломками рухнувшей стены дыру, к тому же прикрытую колючим кустарником, Ален, весь в грязи и до нитки промокший, наконец достиг подземного хода. Фонарик исправно освещал путь, и шёл он быстро, однако в мокрой одежде было трудно согреться, а исходивший от каменных плит холод пробирал до костей.

Едва он добрался до своей комнаты, как услышал, что в дверь настойчиво стучат.

— Ален, откройте! Ален! — это был голос Этвуда.

Ален растерялся. Ещё бы хоть десять минут… Пальцы от холода одеревенели, и расстегнуть пуговицы никак не удавалось, а стук становился всё громче, затем стих и сменился приглушённым звяканьем. Щелчок открываемого замка и дверь распахнулась — на пороге со связкой ключей в руках стоял Этвуд.

— Почему вы не отзываетесь? — спросил он, а разглядев Алена, воскликнул: — Ну и вид у вас! Где вы были?

— Я прятался в лесу. Днём мне показалось, что сюда идёт полицейский, и я воспользовался потайным ходом, чтобы скрыться, — сказал Ален первое, что пришло на ум. — Добрался до часовни и ждал, а потом заблудился. Темно и ещё дождь…

— Никакой полиции здесь не было, вам померещилось.

Раздевайтесь и ложитесь в постель, а я пока коктейль сделаю, вам надо выпить.

Пока Этвуд отсутствовал, Ален сбросил мокрую одежду, натянул пижаму и нырнул под одеяло.

— Пейте, — Этвуд протянул ему доверху наполненный высокий стакан, от напитка исходил сильный пряный запах. — Сразу согреетесь.

Ален сделал глоток, и у него перехватило дыхание.

— Что это за адская смесь? — спросил он, ловя открытым ртом воздух.

Этвуд рассмеялся.

— Это называется «Девятый вал». Пейте, первый глоток самый трудный, дальше легче будет. Зато не заболеете.

Ален с сомнением посмотрел на стакан, оценивая его вместительность.

— Это же чистый спирт!

— Нет, там ещё много чего есть. Проверенное средство, пейте.

Ален зажмурился и одним духом проглотил содержимое стакана — ощущение было такое, будто внутри у него растекается раскалённая лава.

— Жжёт?

Ален в ответ только помотал головой.

— Ничего, скоро пройдёт. Эта смесь валит с ног, но последствий никаких. Пьянеешь моментально, зато потом голова не болит и вообще никаких неприятных ощущений. Спите, завтра утром вы будете прекрасно себя чувствовать.

Голос Этвуда доносился откуда-то издалека, словно он сидел не рядом, а в соседней комнате. «Что это он бормочет?» — подумал Ален. Ему вдруг стало очень весело, появилось ощущение лёгкости, всё вокруг покачивалось и куда-то плыло, и сам он тоже плыл и покачивался, и это было очень приятно и весело. Как смешно, что он заблудился в лесу! А приключения в Лондоне — разве может быть что-нибудь забавнее? «Здравствуйте, мадам, я ищу Реджинальда Моргана». Ха-ха! Какой он, этот Реджинальд Морган? Коротышка с рыжими усами и толстой тростью, и обязательно в высоком, блестящем цилиндре. Он вынимает из цилиндра много разноцветных платков, как в цирке, один за другим, один за другим. Или нет, Морган — высокий и худой как жердь, крикливый господин с крючковатым носом, вылитый господин Пери, школьный учитель математики. Он-то и есть Морган! Вот кто Морган, теперь всё ясно! Только почему его фамилия была Пери, раз он Морган? Пери и Морган — как смешно! А ещё смешнее был тот человечек, у которого он спросил, как попасть на улицу… на какую же улицу? Как она называется? А, неважно! Он же нашёл нужный дом, нашёл и всё, и наплевать на разных там Морганов. Мадам тоже не знает Моргана и Пери не знает. К чёрту их всех! Он пойдёт к чёрной королеве, прекрасной чёрной королеве с тёмными глазами. Глаза, в которых таится ночь. Забыться на крыльях ночи… Качаться, как на волнах… Качаться… качаться…