Тысяча имен для странника - Джулия Чернеда

— Туда, быс-сстро!

Во время подъема лифт низкочастотно вибрировал, один раз резко остановился, но снова начал движение как раз в тот момент, когда сердце уже почти совсем собралось выскочить у меня из груди. Мы поднимались определенно дольше, чем спускались в прошлый раз с тулисами. Поэтому я не удивилась, когда за открывшимися дверями обнаружился офис с окнами, выходящими на крыши зданий Порт-Сити.

Мы были там не одни. За столом лихорадочно орудовал рослый крепкий человек, набивая в мешок содержимое ящиков. Увидев нас, он схватил с кучи оплавленных пластиковых документов впечатляющих размеров лазерный пистолет. Черная дыра дула равнодушно уставилась нам в лица.

— Так-то ты вс-сстречаешшь с-своего партнера? — вежливо осведомился Роракк, хотя свой бластер так и не убрал.

Дуло пистолета слегка опустилось.

— Бывшего партнера, так будет вернее, — отозвался верзила, сверкнув темными глазами. Он прошел мимо нас, короткопалой рукой дернул вниз рубильник рядом с дверью лифта. Огни в кабине погасли. — Ты же знаешь, что там газ пойдет автоматически.

Глаза его остановились на мне, и я вздрогнула. В их глубине скрывалось что-то по-тигриному жестокое, угрожающее. Он вгляделся в меня пристальнее, точно пытаясь разглядеть что-то на моем лице, затененном капюшоном плаща.

— Ей тоже место внизу. Прикончи ее, — вынес он свой вердикт. — Эту заварушку устроили пришлые блюстители, а не портовые медузы.

Роракк усмехнулся.

— Позволь мне предс-сставить тебе мою зверюш-шку, — произнес он, явно успокоившись, несмотря на то что пол под нашими ногами продолжал вздрагивать от все новых и новых взрывов. — Я зову ее Кис-ссью. Ты же с-ссам говорил, что мне нужно завес-ссти какую-нибудь зверюшшку.

— Зверюшка? Скорее уж обед. — Человек равнодушно пожал плечами. — К чему тащить ее за собой? Лучше прикончить. А потом я обеспечу тебе десяток новых зверюшек.

Когти Роракка собственническим жестом сомкнулись на моем плече.

— Второй такой, как моя Кис-ссью, нет, С-ссмегард. Она — ис-сстинная жемчужина. Не волнуйс-сся, я поза-бочус-ссь о ней.

Что ему могло быть обо мне известно? Что такое узнали тулисы? Мне невыносимо хотелось засыпать его вопросами и потребовать ответов на них.

— Это о твоей чешуйчатой шкуре нужно позаботиться, Роракк. — В глазах Смегарда тлела явная угроза. — Думаешь, Инекс обвел меня вокруг пальца? Думаешь, мои тулисы хранят твои секреты?

Когти пирата сжались еще сильнее. Я подавила желание вырваться из его руки, хотя и понимала, что до сих пор дышу лишь из-за того, что чем-то интересна рептилии.

— Она с-ссвязана с-сс Морганом с-сс «С-ссеребрис-сстого Лис-сса».

Роракк тряхнул меня — легонько, но вполне достаточно, чтобы я чуть не потеряла равновесие.

Толстые губы верзилы медленно изогнулись в улыбке.

— Морган, — проговорил он, точно пробуя это имя на вкус. Потом снова нахмурился — это выражение куда больше подходило его чернобровому лицу. — Он крепкий орешек, тебе не по зубам. Не говоря уж о его фантастической удачливости.

Челюсти рептилии кровожадно лязгнули.

— Вс-сся удачливос-ссть Моргана, как ты ее назы-ваешшь, не помешшает мне выгрызть ему с-ссердце!

Смегард искривил губы в ухмылке.

— Если ты продолжишь попусту тратить время, Моргану его удачливость даже и не понадобится. Избавься от этой своей Киссью. Мне нужна твоя помощь. Машина уже ждет внизу. — Вербовщик обратился к нам широкой спиной, вернувшись к лихорадочным сборам.

Была ли то бравада или простая глупость, узнать мне было не суждено: дуло бластера Роракка еле заметно приподнялось, и он выстрелил — прежде чем я успела даже подумать о том, чтобы предостеречь Смегарда.

— Эта облава была пос-сследним твоим прос-ссче-том, млекопитающее, — процедил пират, спрятал оружие в кобуру и снова зажал когтистой рукой рану на груди. Меня затрясло. Я пыталась смотреть куда угодно, только не на обезглавленное тело, в падении с хрустом сминавшее бумаги и смахивающее предметы на пол. Рептилия захохотала, будто сделала что-то необыкновенно смешное, обрызгав мою щеку вылетевшей из пасти слюной. Меня передернуло, когда черный язык Роракка метнулся ко мне подобрать ее, оставив на коже жгучий след.

Пират хорошо знал дорогу — он без промедления включил второй — потайной — лифт, который стремительно помчал нас вниз. Мой желудок тут же отозвался искренним возмущением. Лифт остановился, и его двери открылись в просторный ангар для наземных машин.

Бой сюда еще не дошел. Наемники толклись у машин, вооруженные до зубов, а некоторые даже облаченные в защитную броню. Наше появление вызвало у них разнообразнейший набор эмоций, от полного надежды пренебрежения до покорного страха. Роракк подозвал водителя и охранника и направился к средних размеров машине, уже подогнанной к дверям. Приказы рептилии были исполнены в мгновение ока, без слова возражения и с явным облегчением со стороны выбранной пары.

Отсутствие Смегарда и бегство Роракка сказало оставшимся все, что они хотели знать. Некоторые тут же выбежали через другие двери, кое-кто начал забираться в машины. Броню без жалости побросали, а вот с оружием расставаться никто не захотел.

Охранник Роракка плюхнулся на сиденье рядом с водителем и нажал на кнопку, которая накрыла наши головы светонепроницаемым куполом, при этом не только скрыв из виду, но и самих лишив возможности что-либо наблюдать. Машина плавно выкатилась из дверей, на миг чуть притормозила, точно ожидая перерыва в движении снаружи, которого я не могла видеть, затем бесшумно двинулась дальше.

Мне не нужно было смотреть, куда мы едем. Мы направлялись в космопорт — и к звездолетам. Я знала это по усилившемуся напряжению в собственных мыслях. Это не был мой выбор. Уж это-то я могла утверждать с уверенностью, пусть даже и не была в состоянии полностью отделить свои мысли от чьего-то влияния. И те другие, отстраненные побуждения подталкивали меня лишь к тому, что я должна попасть на корабль, а живой или мертвой — не важно. Я пришла к неутешительному выводу, что решения, которые они диктовали моему разуму, могли подвергнуть серьезному риску мое будущее, если, разумеется, у меня было будущее, которое можно было подвергнуть риску.

ИНТЕРЛЮДИЯ

— Я ее не видела.

Тэль Масим лишь мельком взглянула на пластинку в руке Моргана, но он не сомневался в том, что она запомнила изображение до мельчайших подробностей. О памяти Тэль на лица ходили легенды, что было весьма ценным качеством при ее работе, заключавшейся в управлении входящим и исходящим транспортными потоками космопорта. Хотя те, кто пытался мухлевать с портовыми сборами, разумеется, были от этого далеко не в восторге. Многие недооценивали интеллект, скрывавшийся за этими маленькими блестящими глазками, и принимали душевную доброту, которую она столь щедро расточала незнакомцам, за легковерность. Морган не страдал ни тем, ни другим.