Звездочка светлая - Айрис Джоансен

– Меня интересует Эндрю, а не члены вашей корпорации.

– «Кланад» – не корпорация. Это группа из пятидесяти трех человек, принимавших участие в научном эксперименте, который проводился много лет назад в Гарвании. Нам вводили вытяжку из редкого растения, которого сейчас уже не существует в природе. В результате… – Гуннар судорожно втянул воздух. – Мы изменились. Ты, вероятно, слышала, что обычный человек использует не больше десяти процентов возможностей своего мозга. Так вот, инъекции вытяжки из мирандита позволили нам использовать дополнительно от тридцати до пятидесяти процентов возможностей мозга. Это не значит, что мы в одночасье стали чрезвычайно умными. Просто мы способны научиться практически всему и умеем гораздо лучше, чем другие люди, справляться с любыми проблемами.

Квинби окаменела. Ей хотелось рассмеяться, но в то же время она была слишком удивлена. Что за чушь! Прямо фантастика какая-то!

– Но есть и еще кое-что. – Он сделал паузу. – С расширением способностей мозга пришли также определенные таланты и способности. Мы телепаты, Квинби.

Тут уж она не сдержалась и рассмеялась. Впрочем, смех ее прозвучал довольно неуверенно.

– Час от часу не легче!

– Я так и знал, что ты это скажешь. Чер-рт.

– А чего иного ты от меня ожидал? Мне еще никогда в жизни не приходилось слышать настолько не правдоподобной истории.

– В таком случае дослушай ее до конца, – мрачно проговорил Гуннар. – Все эти способности появились у нас одновременно: телепатия, умение контролировать психику, а у некоторых из нас – даже способности к телекинезу. Стоит ли удивляться тому, что мы объединились в группу, находящуюся под покровительством шейха Бен-Рашида. Нам было необходимо разработать определенную систему контроля, чтобы не нанести вред остальному обществу, и мы разработали меры психологического контроля, Квинби. Никто из нас не сможет причинить вред другому человеку, насильно вторгшись в его психику. А если кто-то попытается, то пострадает от этого в гораздо большей степени, чем его жертва.

– Эндрю тоже обладает способностью к телепатии? – недоверчиво спросила Квинби.

– Да, он унаследовал этот дар от своего отца, но сумел значительно развить его с помощью Элизабет и…

– Ну все, довольно! – воскликнула Квинби и вскочила на ноги. – Не могу больше слышать такую чудовищную смесь бреда и вранья! Почему ты решил, что я проглочу всю эту небывальщину?

– Я ничего не решал. – Он тоже поднялся на ноги. – Я сам говорил тебе, что время откровений еще не пришло. Ты по-прежнему намерена звонить Элизабет?

– Разумеется. Может, хоть она не будет мне врать. По крайней мере, я надеюсь, что она не будет испытывать мой рассудок байками, подобными этой.

В глазах Гуннара мелькнул гнев.

– Я не позволю тебе волновать Элизабет.

– Обрежешь телефонные провода?

– Нет. Попытаюсь убедить тебя в том, что мой рассказ – чистая правда.

Квинби посмотрела на него с подозрением.

– Ну что ж, удачи.

– Она мне не понадобится, – горько улыбнулся он. – Мне не помешало бы немного доверия с твоей стороны, а без удачи я давно научился обходиться. Спокойной ночи, Квинби.

Через секунду она осталась в комнате одна. Несколько мгновений она смотрела на дверь, испытывая смешанное чувство растерянности, досады и удивления. Он, видите ли, хочет, чтобы ему верили. А почему он сам не доверяет ей? Зачем морочит ей голову своими нелепыми выдумками? Лучше бы и дальше молчал, как делал это с самого начала.

Она прошла через комнату и выключила свет. Вскоре Квинби уже лежала в кровати, завернувшись в простыню. Она проглотила комок в горле, решительно смахнула слезы с ресниц и велела себе как можно скорее заснуть. Она не будет лежать в темноте, думая про Гуннара и его лживые россказни. Слава Богу, она еще в самом начале их отношений поняла, сколь низко он ценит ее интеллектуальные способности!

Да, он – талантливый актер. Как правдоподобно он разыграл гнев, когда увидел, что она не поверила в его россказни!

А с какой стати, черт побери, он должен быть честен с нею!

Это, должно быть, сон.

Квинби беспокойно ворочалась на постели, пытаясь устроиться поудобнее. Сладкое, интимное ощущение, которое она испытывала, несомненно, было иллюзорным. Странно! Раньше ей никогда не снились эротические сны.

Она вздрогнула от удовольствия, когда большие сильные руки накрыли ее груди, а затем начали сжимать их – мягко и ритмично. Спина ее непроизвольно выгнулась, дыхание стало вырываться из легких толчками. Затем она ощутила язык Гуннара на своем соске, и ее пронзило острое чувство наслаждения.

Гуннар? Но каким образом он вторгся в ее сны? Сначала ей чудились лишь прикосновения, теперь же она осознала, что ее ласкал именно он, и от этого охватившее ее возбуждение стало еще сильнее. Его зубы сомкнулись на соске и начали осторожно покусывать. По телу Квинби прошел электрический разряд, а между ног снова скопилась горячая влага.

– Перевернись, любовь моя, – послышался голос Гуннара.

Нет, сонно подумала она, это не голос, потому что рядом с ней не раздалось ни единого звука.

– Вот так, хорошо. Какая ты красивая. А теперь раздвинь ножки и позволь мне войти в тебя.

Почему бы и нет? Тем более что это всего лишь сон, а сама она изнывает от желания.

– Тебе хочется этого, любимая? О да, хочется – я вижу. Ты не представляешь, как я счастлив, зная, что могу подарить тебе наслаждение.

Теперь Квинби ощутила его длинные сильные пальцы. Они ласкали, гладили ее, находясь в постоянном движении.

Ногти Квинби впились в матрац. Все происходящее казалось реальным! Ее голова металась по подушке. Все это слишком реально, чтобы бытъ сном. Он входит в нее… Выходит… Ласкает все ее тело… Квинби прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать рвущийся наружу крик, Она должна проснуться! Сейчас же!

Его пальцы стали двигаться быстрее. Рот Гуннара прижался к ее груди и принялся ласкать – сильно и в то же время нежно.

– Пусть это случится, любимая, – беззвучно говорил голос Гуннара. – Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Расслабься и позволь мне подарить тебе то, что ты хочешь.

Лихорадка. Пустота. Гуннар.

Сердце билось в таком бешеном темпе, что Квинби боялась потерять сознание. Она облизнула губы и прошептала:

– Гуннар! Мне больно. – Это было правдой. Терзавшее ее желание было столь сильным, что она испытывала физическую боль. – Я не могу…

Звук собственного голоса вырвал ее из объятий сна, и она открыла глаза. Но невидимый Гуннар продолжал целовать ее грудь, и она по-прежнему ощущала его пальцы у себя между ног.

Но это невозможно! Что с ней происходит?