Пасынки хаоса - Вишес

   -Мы заплатим тебе, - пообещал Лорик. - И хорошо заплатим. И еще обещаем не соваться в "Черный крест" и дальше.

   -Но, позвольте узнать, неужели вы не обращались к другим профессионалам?

   -Обращались, - мрачно ответил Лорик. - Они тоже не вернулись оттуда.

   -Но ни у кого из них не было такого впечатляющего послужного списка, - с улыбкой добавила Астрид.

   Полагаю, ее лесть попала в цель. Во всяком случае, прогулка в канализацию уже не казалась мне столь отталкивающим мероприятием. Да и рубиться по-настоящему мне довольно давно не приходилось. А мечи, как известно, без смазки ржавеют...

   -Ну что же, похоже, вам удалось меня убедить, - с улыбкой произнес я. - Осталось только обговорить детали нашего соглашения.

   Лорик поспешил покинуть мой дом, как только мы сошлись в цене, а с Астрид мы еще некоторое время поговорили ни о чем. Потом я вышел проводить ее до машины. Через двор с садом. На улице стало холоднее, и звезды заволокло тучам. Должно быть, скоро начнется дождь.

   -Все-таки я тебя не пойму, мальчик, - сказала она, когда мы вышли во двор. -Ты позволишь один вопрос глупой женщине?

   -Разве я могу вам что-то запретить?

   -Где настоящий Фрист? Тот, который галантно подает руку даме? Или тот, который с удовольствием выпускает кишки любому, посягнувшему на его собственность? Где лицо, а где маска?

   Я рассмеялся и открыл наружную дверь. Водитель и охранники, должно быть, уже подвывают от скуки, дожидаясь свою госпожу.

   -Человек не сводится к сумме его внешних признаков. Может быть, и то и другое, мои настоящие лица.

   -Человек... - задумчиво повторила она. - А, может быть, и то и другое маска? Ты просто лучше носишь маски, чем твоя жутковатая служанка.

   -Она просто не умеет изображать на лице эмоции, - я с радостью перевел разговор на другую тему. - Ее этому не научили.

   -Как это?

   -Вы слышали про фонд "Новая жизнь"? - спросил я. - Они берут детей из приютов и неблагополучных семей и делают из них... как это называется? "Достойных членов общества".

   -Отмороженных ублюдков, - поправила Астрид. Она открыла дверь и села в машину. - Желаю удачной охоты, мальчик. А еще желаю, чтобы ты подольше продолжал играть в затворничество и носить маски.

   Я проводил взглядом отъезжающую машину и вернулся в дом. Экстренных дел у меня не было, так что, немного подумав, я решил заняться проблемой "канализационных крыс" немедленно. Я переоделся в "рабочую" одежду: кожаные штаны и куртка со стальными вкладками. Они шиты на заказ и не только имеют устрашающий вид, но и спасают от слабых ударов и не стесняют движений. Ножи за голенища сапог и наручи с секретом. Ну и, конечно, мой любимый полутораручный фламберг. Напоследок, я глянул в зеркало и остался доволен своим трехцветным хвостом. Подмигнул себе правым, зеленым, глазом. Потом скорчил страшную рожу и почти по-настоящему испугался.

   -Когда планируете вернуться? - спросила Мея, когда я был уже на пороге.

   -Не имею ни малейшего понятия, - честно ответил я. И закрыл дверь.

   А на улице начинался дождь. Ничего страшного - не ливень, а обычная серая морось. Я даже был рад. Дождь прибьет к земле поднявшуюся пыль и запахи. Интересно, как бы мне заставить своих подопечных соблюдать чистоту? Дело, впрочем, безнадежное. Сохранять чистоту и порядок в свое время не смогли научить и меня. Это оказалось куда более сложной задачей, чем обучить трем языкам и фехтованию, а также безоружному бою. Должно быть, я неспособен поддерживать в доме порядок точно так же, как Мея неспособна демонстрировать эмоции.

   Я шел по темной улице, пересекая редкие пятачки фонарного света. Одинокие прохожие всеми силами стремились разминуться со мной как можно быстрее. К такому отношению я давно привык. Меня уважают, но по возможности, стараются держаться подальше, вне досягаемости моего меча. Просто на всякий случай. Я свернул за угол, прошел мимо компании праздно шатающихся подростков, которых явно не смущал дождь.

   -Здравствуйте, господин Фрист! - крикнул один. Я улыбнулся в ответ.

   ...Первое время, самым тяжелым были не постоянные драки, и не необходимость всем себя обеспечивать. Тяжелей всего было понять и принять тот факт, что действительно бывают настолько глупые и закостеневшие люди. Неспособные абстрактно мыслить. Лишенные воображения и способности узнавать красоту. Они живут не интуицией и не разумом, а какими-то сложными инстинктами как общественные насекомые. Тяжелей всего было научиться понимать и принимать их такими, какие они есть. Я так и не смог и никогда не смогу их полюбить. Меня хватило только на то, чтобы их не возненавидеть...

   Еще сто метров - и я прошел мимо нарисованного на стене белой краской крысиного черепа. Своего рода, пограничный столб, и одновременно - предупреждение для гостей.

   Кабак располагался недалеко - в подвале соседнего дома. Просто кабак. У него давно потерялась вывеска, если когда-то и была. Завсегдатаи иногда называли его "Столбом" - за бетонную колонну, не к месту торчащую посреди зала. Я рассчитывал найти здесь своего приятеля Шена. Он почему-то любит это место. Обычно, он в курсе всего, что творится в секторе. Но когда из дверей заведения вылетел какой-то толстяк, я понял, что ожидает меня не только разговор. Толстяк с выпученными глазами промчался мимо, не заметив меня. Я даже слегка обиделся. Обычно, я - не самая незаметная деталь ландшафта. Уже у двери, я услышал крики и ругань, доносящиеся изнутри.

   Я вздохнул, и, согласно принятым правилам вежества, от души пнул дверь. Дверь, оказывается, открывалась наружу, мог бы и сообразить. Впрочем, она на настолько прогнила, что мой удар вынес ее вместе с косяком. Я пнул ее еще раз, чтобы она окончательно освободила проход, и вошел.

   Внутри было душно, темно и накурено. В кабаке шел бой. Шен, зажатый в углу, отбивался от двоих. Его спасала только его феноменальная реакция, и то, что его короткий меч был сантиметров на десять длиннее ножей нападавших. Раскачивающаяся над головами дерущихся лампочка на шнуре, заставляла тени плясать и добавляла неразберихи. За спинами этих двоих стояло еще трое с ножами. Они были бы рады придти на помощь товарищам, но для этого не осталось свободного места.

   Эти трое обернулись на устроенный мной шум.

   -А это что за урод? - сказал один из них. Я одной ногой подцепил низкий колченогий табурет и швырнул ему в лицо. Пока он отбивался от мебели, я шагнул к нему, по пути сгребая со стола какую-то недопитую бутылку, и схватил руку с ножом за запястье. Парень был моего роста и, пожалуй, потяжелее, но во всем остальном мне уступал. Я дернул его на себя и, выкрутив руку, отправил в полет - носом в ближайший стол. Попутно я успел швырнуть бутылку в одного его товарища и заехать ногой в живот другому. Получивший удар, согнулся пополам, и я поспешил подскочить и довершить дело ударом пятки по подставленному затылку. За тем мне пришлось резво отскочить в сторону, чтобы не получить нож в почку от последнего из троицы. Следующий его выпад я поймал на наручень и одновременно от души врезал ему в подбородок. Парень отлетел на пару метров, ударился затылком о колонну, стоящую в центре помещения, упал и затих.