Облачные Люди - Сергей Котов

решении вопросов. На практике это означает, что полевые командиры почуяли свободу. Финансирование отрядов, кроме уже упомянутых путей, осуществляется путём контроля криминальных группировок в ряде сопредельных стран, включая арабские. А это коррупционные доходы, отмывание денег, человеческий траффик. Что касается боевых возможностей, то…

— Достаточно, — вмешался Геннадий, пристально глядя на Николая.

Тот в ответ кивнул.

— Значит, пятнадцать, да? — уточнил он, глядя на Анну.

— Да. Рекомендую.

— А по себестоимости?

— Пять концов. Включая страховку, амортизацию и максимальный расход боеприпасов по нормативу, который предоставили коллеги.

— Неплохо.

— Согласна.

— Возражения?

Геннадий обвёл взглядом всех сидящих за столом.

— После демонстрации они дали добро на размещение инструкторов. Плюс ограниченный контингент, негласно. Транспорт уже готов, они внесли аванс за первую фазу, — сказал он, — думаю, с параметрами окончательной сделки вопросов не будет. Но на всякий случай у нас есть опция выхода через неделю. Но, повторюсь, до этого не дойдёт. Только если мы неверно оценили стратегическую ситуацию, что вряд ли. Так? — он посмотрел на Максима.

— Так, — кивнул тот, — я подпишусь.

— Тогда принято.

— Будем готовы через неделю, — сказал Николай, — с учётом всей логистики. Кандидаты уже отобраны, проходят слаживания. Прививки все есть.

— Прививки… — Геннадий потёр подбородок, — Серёг, ты можешь понадобиться там.

— Двадцать восемь дней после укола, — вмешался Николай, — это если по уму.

— Плохо.

— Год назад делал от жёлтой лихорадки и эболы, — вмешался я, — но сертификата нет.

— Но делал же? — спросил Николай, — так?

— Так, — уверенно кивнул я.

— Вот и отлично. Вопрос решён. И ещё: если планируешь командировку — а я так понял, что планируешь, — Николай посмотрел на шефа, — то рекомендую пройти тактическую подготовку. Хотя бы чтобы с нашими стандартами ознакомиться.

— Поддерживаю, — Максим поднял руку, — все, кто работают в поле, должны быть готовы.

— Да без проблем, — я пожал плечами.

— Отпущу, как только решим вопрос, который я тебе задал, — Геннадий посмотрел мне в глаза, — принял?

— Принял, — кивнул я.

А что ещё мне оставалось делать?

Как раз в этот момент после лёгкого стула дверь открылась. Секретарь с ресепшн вошла с подносом, на котором дымились чашки с напитками. Поставив передо мной кофе, девушка кивнула и бесшумно вышла.

А совещание продолжилось.

Глава 10

Скажу честно: в операциях влияния я был более силён, чем в расследованиях. Не люблю бумажную волокиту, следование УПК и всё прочее. Это было известно моему руководству, которое, видимо, нарочно норовило меня посадить на объект, чтобы я вычислял вражеских шпионов и потенциальных диверсантов. И командировка на Новую Землю должна была стать финальным аккордом на «полевых» должностях до моего перевода в центральный аппарат. Я даже переподготовку по разведке с территории успел пройти.

Но вот: попалась мне настоящая детективная история. Поначалу я не увидел в ней ничего экстраординарного. Думал, что буду сидеть тихо, ночами, перебирая карточки и собирая доказательства после тщательного изучения личностей всех директоров. Но не тут-то было. Мне, по сути, поставили ультиматум: показали пряник и сказали — если хочешь, чтобы это было твоим, сделай чудо. Найди утечку за сутки — двое.

А у меня, как назло, после встречи толковых мыслей по нулям. Да интуиция молчит.

Я не увидел, не услышал и не унюхал ни малейшей зацепки.

Все директора были одинаково интересны и одинаково имели все возможности, чтобы сливать информацию, и достаточно интеллекта, чтобы не попадаться на этом процессе.

До вечера я просидел в офисе, занимаясь изучением планов и документов, разработанных подразделениями каждого из директоров. Я наивно думал, что где-то в их работе смогу увидеть намёки на нелояльность. Или же, наоборот, на чрезмерную осведомлённость в работе госорганов.

Это была чудовищная по объему работа — но хорошо хоть никаких препятствий в получении информации мне не чинили. Скорее наоборот.

В итоге у каждого из директоров нашлись подозрительные моменты, которые, при должной интерпретации и наличии минимального времени на проверку могли дать результат в виде неопровержимых доказательств.

У меня даже была мысль напроситься на беседу с глазу на глаз с каждым из руководителей. Но, подумав хорошенько, я отверг её. Очень уж очевидным станет моё первое задание. А это приведёт к полной катастрофе: я просто не смогу работать в коллективе, даже если найду крысу и приведу исчерпывающие доказательства.

В конце концов, мысленно уже смирившись с бесславным поражением, я поехал домой. Таким же путём, каким прибыл: на электричке.

Ирина занималась Пашкой, когда я вернулся домой. Она только что приготовила прикорм, и теперь кормила малыша с ложки, шутками и прибаутками уговаривая съесть ещё одну ложечку. Сын довольно улыбался и хихикал, наблюдая за её усилиями. Наконец, улучив момент, она смогла аккуратно поднести ложечку к его открытому рту, и тот рефлекторно заглотил еду.

Повернувшись ко мне, Ирина продолжала улыбаться. Но тут улыбка стала медленно таять на её лице, сменившись выражением тревоги.

Она аккуратно положила ложку на детский столик рядом с Пашкой и спросила меня:

— Сергей, ты сегодня на работу ходил, верно?

Её голос звучал странно бесцветно, будто она пыталась изобразить автомат.

— Верно, — кивнул я, — но, возможно, я там не задержусь. Придётся думать, как Ваню вытаскивать…

— Давай переговорим выйдем, — таким же бесцветным голосом ответила Ирина.

Я пожал плечами и вышел в гостиную. Ирина взяла Пашку, отнесла его в детскую и, видимо, оставила его в манеже: сын тут же затарахтел погремушками.

Вернувшись ко мне, Ирина насупилась. Потом что-то быстро зашептала. Обошла меня кругом. А затем, с резким выкриком, протянула руку и схватила меня за лацкан пиджака.

Я подавил рефлекторную реакцию, чтобы случайно не навредить ей.

Ирина отошла от меня. Вытянула перед собой руку со сжатой в кулак ладонью, продолжая что-то быстро шептать. Её глаза бегали, то закатываясь до белков, то фокусируясь на чём-то в воздухе.

Она медленно перевернула кулак и начала раскрывать ладонь.

— Серёж… видишь это? — тихо спросила она, глядя на меня уже нормальный взглядом.

У неё на ладони лежал крошечный паучок. Он поджал под себя лапки. То ли впал в оцепенение, то ли умер.

— Паук, — сказал я.

— Кто-то нацепил на тебя это, — продолжала она, — какой-то недоброжелатель.

— Объясни, — попросил я.

Ирина вздохнула.

— Серёж… ты ведь уже многое повидал, да? Не новичок в таких вопросах.

Я ответил ей растерянным взглядом.

— Это пограничные штучки, — сказала Ирина, — в народе бы сказали про порчу и прочее колдовство. Работал пограничник высокого уровня. Кто попроще ничего бы не учуял, но у тебя ребёнок. Поэтому я понаделала сторожевых штуковин вокруг дома. И они буквально с ума сошли, когда ты вошёл.

—