Лабиринты любви - Леона Арленд

Кэтрин была готова выхватить у него из рук пистолет и убить его прямо на месте.

– Черт возьми, Рольф! – гневным шепотом обрушилась она на него. – Я чуть не умерла от страха! И что за идиотский вопрос? Думаешь, я с собой подружек привела на чашку чая?!

Не отреагировав на ее вспышку, Рольф осмотрелся. Он походил на отъявленного головореза, но уж никак не на руководителя отдела ЦАКМИ. Совершенно лысый, на полголовы ниже Кэтрин, коренастый, Рольф Гордон был похож на комок мускулов. Он кинул внимательный взгляд на дневник и нож, которые Кэтрин прижимала к своей груди.

– А что это за тетрадь?

– Эта тетрадь не имеет никакого отношения к делу.

После того как Кэтрин обнаружила, что Ник был в у нее в квартире, она больше не могла там работать. На днях она набрела на уютное кафе, где варили замечательный кофе по-турецки. Там она теперь и работала. На встречу с Рольфом она отправилась прямо оттуда.

– Не совсем тот ответ, который я хотел бы услышать, – сказал Гордон недовольным тоном.

Кэтрин не собиралась посвящать его в свои планы относительно опубликования дневника.

– Это очень личное! Понятно, Рольф?

– Ладно, крошка, пусть будет так! А теперь к делу. – Он положил пистолет в кобуру. – Ты мой лучший агент. Надеюсь, не станешь лепить горбатого, будто ничего нового не откопала?

– А ты, оказывается, в хорошем расположении духа, комплиментами разбрасываешься!

– Не суетись, это ненадолго, – пробурчал Рольф. – Итак, что ты обнаружила?

– Ник Хант чист.

– Уверена?

Она кивнула.

– Да.

– Это все, что ты можешь мне о нем сказать?

Все остальное, что Кэтрин узнала о Нике, она решила оставить при себе. Пусть вся страна прочитает о ее сексуальных фантазиях, но рассказывать о том, что происходит между ней и Хантом, она не собирается.

– Хант чист как белый лист бумаги. Звучит более убедительно?

– Ну и язва же ты! – не удержался от комментария Рольф. – А другие служащие из отдела?

– Я по-прежнему наблюдаю за Николь Хаймер.

Рольф уселся на старой полуразвалившейся скамейке в паре метров от нее.

– Не хочешь присесть?

– Не откажусь. – Она села рядом с ним и стала докладывать в подробностях о том, что происходит в департаменте. Закончив доклад, она на мгновение задумалась. А Рольф, оказывается, за ней и не следит вовсе! Тогда кто? Вдруг Кэтрин насторожилась. Показалось, будто кто-то прячется за деревьями. – Рольф, – понизила она голос до шепота, – у меня такое чувство, что кто-то надумал составить нам компанию. Рольф оглянулся.

– Кажется, ты права. Не верти головой. Примерно метрах в ста от нас какой-то тип.

– Раз ты такой прозорливый, может, даже сможешь сказать, кто он?

– Без проблем! – Рольф окинул ее пристальным взглядом. – Это мужчина, с которым ты затеяла интим.

Кэтрин удивленно посмотрела на Рольфа и собралась уже сказать, что, к сожалению, у нее уже давно ни с кем нет интимных отношений. И, возможно, никогда уже не будет.

Но Рольф сказал:

– Это Ник Хант.

Как только Ник вошел в дом, на него с радостным визгом навалилась огромная лохматая туша.

– Привет, Хьюдж! Ну ты и силен! – Он пытался справиться с бурными проявлениями радости своего пса. – И зачем мне охранная система? Кого не напугаешь до смерти своим видом, того точно задавишь!

Ник пошел на кухню, Хьюдж, радостно виляя хвостом, последовал за хозяином. Ник открыл холодильник и взял банку пива. Есть не хотелось, но немного расслабиться никогда не помешает! Нет, пиво сейчас не годится! Он поставил его обратно в холодильник, достал из шкафчика бутылку виски, стакан и направился в гостиную. Проходя мимо книжных полок в коридоре, на одной из которых стояла перепечатанная версия дневника Кэтрин, он замедлил шаг. Жаль, что он лишь мельком видел мужчину, с которым она встречалась в парке. Только и успел заметить, что он ниже ее ростом и коренастый.

Ник взял с полки дневник и, стараясь не растерять все, что нес в руках, зашагал в гостиную. Он поставил бутылку и стакан на журнальный столик, а дневник бросил на диван. Пока наливал себе виски, любовался серебристой туфелькой, которую он водрузил на столик.

Со стаканом в руке Ник уселся на диван, раскрыл дневник и стал читать примерно с середины.

Ну обалдеть, сколько схожего! – подумал он.

Теперь, после того как встреча Кэтрин с неизвестным убедила его в том, что она агент, Ник стал более внимательно вчитываться в текст. Похоже, в ЦАКМИ правы насчет ее дневника.

«Графиня бежала что было сил.

Она с трудом пробиралась сквозь густые лесные заросли, колючие ветки цеплялись за одежду и волосы. Графиня насквозь промокла, ее бил озноб, но она продолжала бежать.

Споткнувшись о какую-то корягу, она упала и долго не могла подняться. Намокшая одежда прилипла к ногам и сковывала движения. Она попыталась расправить юбку, но неосторожно напоролась плечом на острый сук. Порвался рукав. Из раны потекла кровь. С огромным трудом ей все же удалось подняться.

Через секунду она уже снова мчалась. Ветки по-прежнему хлестали ее, но графиня уже не замечала этого. К ее досаде, ослабла шнуровка корсета.

Если бы можно было остановиться и привести себя в порядок! Но нельзя… Попасть в лапы монстров, следующих за ней по пятам, – это конец! Женщина для них – средство удовлетворения извращенных потребностей.

Измученная графиня с ужасом представила, как когтистые ручищи лапают ее, тискают и мнут…

Пробиваясь сквозь пелену дождя и лесную чащу, она все время озиралась.

Где она? Где граф?

На мгновение ей показалось, что она слепнет. Все вокруг закружилось, завертелось, слипаясь во что-то непонятное и бесформенное, в один грязно-серый ком.

А она все бежала и бежала – ноги будто сами несли ее».

Ник читал медленно, вдумываясь в каждое слою. Но, как всегда, читая дневник Кэтрин, он сразу видел ее перед собой, и это отвлекало. Сгинь, наваждение! Он помассировал шею, тряхнул головой и стал читать дальше. Если он хочет расшифровать эти записи, нужно быть внимательным и сосредоточиться только на тексте.

«Дождь не унимался, а лес поредел. Графиня не знала, стоит ли ей этому радоваться или нет. Если час назад лес укрывал ее хотя бы от ветра, то теперь непогода с удвоенной силой принялась истязать измученную женщину. Одежды на ней уже почти не осталось, она была нага и беззащитна.

И вдруг графиня увидела свет. Сноп света падал из приоткрытой двери прямо к ее ногам.

Она распахнула дверь, и в тот же миг огненный вихрь метнулся ей в глаза. Она зажмурилась и попробовала закричать, но крик словно застрял у нее в горле.