Душа и Ангел - Святитель Феофан Затворник

Мы уже видели полное учение св. Василия, видели, что он признавал Ангелов чистыми духами, созданными тогда, когда не было создано ничего вещественного; а теперь ограничимся этим замечанием, чтобы только показать, что в словах: наша брань не против крови и плоти и проч., – никакого нет указания на сравнительную духовность духов.

«Св. Писание повсюду свидетельствует, что ангелы являлись по особому изъявлению на то воли Божией»… Тут главное доказательство нового учения. Насколько оно сильно, это мы сейчас увидим.

Все Писание исполнено свидетельствами явлений Ангелов, равно в сказаниях о деяниях св. апостолов, о жизни святых святителей, мучеников, преподобных и богоносных отцов, – всюду нередко поминается об этих явлениях. Но всем этим фактам надпись одна: Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение? (Евр. 2: 14). Так как они затем, между прочим, и созданы, чтобы способствовать нам в духовных нуждах наших, то и посылаются к нам и являются, когда нужно.

О природе же Ангелов из обстоятельств их явления прямо вывести ничего нельзя. Ведь нельзя же сказать так: поелику Ангелы являлись в телесном виде, то они суть тело. Естественный ход рассуждения в этом случае должен быть таков: Ангелы в обыкновенном порядке невидимы, но когда являются к нам, бывают видимы в телесном виде. Что это значит? Это значит, – должно отвечать, – или то, что Ангелы, духи невидимые и бестелесные, принимают на себя тело, когда повелением Божиим посылаются к нам, или то, что они носят постоянно, как естественную часть своего состава, – тело, способное быть видимым и невидимым, осязаемым и неуловимым, или, пожалуй, в угодность только новому учению, то, что они суть тело. Если к этому нельзя прибавить еще четвертого предположения, то следовало бы потом умствовать так: ни первого, ни второго сказать нельзя, следовательно, остается верным третье.

Новое учение не сделало этого, стало быть, оно не хотело подчиниться игу логических законов определенного течения мыслей и поступило самочинно и произвольно. Оттого и вывод, составляющий его основную мысль, есть вывод произвольный, не имеющий законного основания в приведенных фактах. Следовало ему наперед доказать, что невозможно согласиться ни на то, что Ангелы – духи невещественные и бестелесные, принимают на себя тело, ни на то, что они, будучи внутренне духами, носят внешнее тонкое тело, способное делаться видимым и осязаемым. тогда, может быть, и вышло бы у него третье мнение. А то, прямо выведши такое третье мнение, оно погрешило против логики и оставило мысль свою бездоказательною.

Можно бы поступить так только в том случае, если б неуместность первых двух способов объяснения ангелоявлений была сразу очевидна; а то очевидна только неуместность того вывода, который делается новым учением.

Сами посудите: если из того, что Ангелы являлись телесно, заключитъ, что они суть тело, то необходимо будет заключить, что и Бог – тело, ибо и Бог являлся телесно. Таким образом к Аврааму приходят три светлых юноши: один из них есть Господь, а другие два – Ангелы; но видимость и все обстоятельства их явления одинаковы, – скажите же теперь: на каком основании вы станете заключать, что двое Ангелов, явившихся Аврааму, по тому самому, что явились телесно, суть – тело, а Господь, вместе с ними точно так же явившийся, как и они, не есть тело? Допустив одно, вы должны допустить и другое, т. е.: если ангелы – тело, то и Господь – тело. Если же этой последней мысли вы допустить никак не можете, то должны отказаться и от первого вывода и признать его неуместным. Я взял только этот один случай, но он не один, ибо Господь Бог являлся видимо неоднократно, с самого начала сотворения человека.

Бог дает заповеди первозданным, слышится ходящим в раю и произносит суд над согрешившими; обличает и осуждает Каина, дает повеления Ною, неоднократно является Аврааму, Исааку и Иакову, беседует с ними и действует видимо и осязаемо, является Моисею в Купине и посылает его вывести израильтян из Египта; на Синае словесно изрекает заповеди всему народу, перстом пишет десятословие на скрижалях и проч. В Ветхом Завете телесно являлись Бог Отец и Бог Сын; в Новом слышится глас Бога Отца на Иордане, Фаворе и в храме, а Дух Святой является то в виде голубя, то в виде огненных языков… Видите, сколько в Писании Богоявлений!

Думаю, что не меньше ангелоявлений. Если станем философствовать так, как философствует новое учение, т. е. собрав все свидетельства Писания о Богоявлениях, придем к заключению, что Св. Писание со всею очевидностью свидетельствует, что Бог есть тело тонкое, эфирное, огненное, да еще и положительное об этом изречение Писания приложим: Бог наш есть огнь поядающий (Евр. 12: 29).

Но против такого вывода весь свет восстанет в один голос, – и восстанет законно, и новое учение ни слова не посмеет сказать против него. Оно приобрело бы на это право, если б, отказавшись от своего умствования, созналось, что из явлений Ангелов нельзя делать заключения о их телесности, без нарушения законных порядков умствования и без опасения дать иным головам повод по этому способу делать выводы о телесности Божеской, которым громогласно перечат и ум и сердце.

После этого очевидно само собою, что и все другие выводы, какие делает новое учение из приводимых им мест Писания об ангелоявлениях, оказываются неуместными.

«Св. Писание, – рассуждает новое учение, со всею очевидностью свидетельствует, что духи имеют движение, подобное человеческому». Когда духи являются в образе человека, тогда и движение являют подобное человеческому. Но и сами в себе, в своей бестелесности, они могут иметь движение, ибо суть действительные существа, существующие среди других тварей и одаренные способностью действовать среди них, а следовательно, и двигаться.

Действительное существование и действительное свидетельство о своем существовании посредством действия и движения не приводит неотложно к мысли, что существо, являющееся таковым, есть тело. Так умозаключать никакого нет основания. Подобно человекам, движутся и действуют Ангелы, являются в образе человеческом, а пребывая в себе, в своей сфере, они, конечно, и движутся особенным образом.

«Св. Писание, – говорит автор, – свидетельствует, что они находятся в зависимости от места и времени, но гораздо в меньшей степени, нежели мы».

От времени зависят никак не меньше; относительно же места надо сказать – не гораздо меньше, а совсем иначе, нежели мы и всякое тело. Они существуют и действуют в известном месте, и когда существуют и действуют в одном месте, то нет их в другом. Но бывают в месте, не наполняя места, подобно телам, ибо не имеют протяжения, а следовательно, и пространственных измерений. Они бывают в месте духовно, как поясняет св. Дамаскин: «Будучи умами, Ангелы и существуют в местах мысленных, не ограничиваясь телесно, ибо по естеству не облечены плотью и не имеют протяжения, но духовно присутствуют и действуют там, где им повелено» (Излож. веры. Кн. 2, гл. 3).

Св. Писание свидетельствует, что они имеют образ и вид.

Образ и вид, в каком являются, а не какой имеют сами в себе. Сами в себе они имеют образ и вид духовный, умственный, который состоит не в каких-либо внешних очертаниях, а в соотношениях духовных сил и в образе их действования. В этом смысле Само Верховное Существо имеет Свой образ и Единородный Сын Божий есть образ Ипостаси Отчей.

Но, имея сей духовный образ и вид, они по естеству своему не имеют вида и образа телесного, подобного виду и образу человека, и лишь когда являются, бывают видимыми в образе человеческом. Вот об этом-то и свидетельствует Писание, а не об образе их существа. Заключение на основании сих случаев о человекоподобной телесности ангелов совершенно незаконно, как незаконно вообще из явления ангелов заключать, что они суть тело.

Сделаю еще одно замечание о приводимых автором местах Св. Писания. Он приводит следующее: Ангелы на небесах выну видят лице Отца Моего Небесного. Это затем, чтобы показать, что у Ангелов, по свидетельству слова Божия, есть свое место жительства. Что должно думать о месте ангельском – сказал нам св. Дамаскин, но как Ангелы видят лицо Божие?

По новому учению, у Ангелов, как и у души, есть глаза, лицо, руки и прочие члены. Так как существо Ангелов, по новому учению, есть тело, то, кроме телесных глаз, у них нельзя предполагать ничего другого, например, ока ума и умного зрения. Следовательно, когда Ангелы видят лицо Отца Небесного, то видят не иным чем, как телесными очами. Мы объясняем это видение умным зрением, – говорим, что Ангелы видят лицо Отца Небесного духовно, умно, созерцают Его, ибо суть духи умные, невещественные, а новое учение этого не может сказать, ибо у него самое естество Ангелов есть тело, хотя тонкое, у которого умных очей быть не может.