Два на два не делится - Тереза Карпентер

– Я хочу отвезти ее в клинику. Вы останетесь с Коди?

– Мы поедем вместе, – покачал он головой.

– Нет необходимости возить Коди. Будет лучше, если вы посидите с ним.

– Забудьте об этом. – На лице Форда появилось упрямое выражение. – Ожидание не мой конек. Я не пущу вас одну.

Они быстро укутали детей. Форд повел машину в больницу. Там, несмотря на отвращение Форда к ожиданию, они провели несколько часов. Коди спал в коляске. Джоли дремала, но часто просыпалась. Очевидно, сыпь раздражала ее и во сне. Ей хотелось, чтобы ее держали на руках и ходили с ней по комнате.

Время тянулось, озабоченность возрастала, нервы были напряжены. А Рейчел упрекала себя. Ей надо бы действовать быстрее. Ей надо бы знать, что сыпь по пустякам не выступает. Но нет. Она была слишком занята борьбой с влечением к Форду и отстаиванием прав на близнецов.

– Перестаньте грызть себя, – прошептал Форд. Теплое дыхание проскользнуло по виску, когда он обхватил ее за плечи, помогая держать тяжелую Джоли. – У детей бывает сыпь, бывает понос, они простуживаются. Ничьей вины тут нет.

Рейчел кивнула, боясь говорить, чтобы не разрыдаться. Его поддержка растопила корку льда. Он как скала. Она разрешила себе впитать его силу, взять немного. В долг.

Когда Джоли раздели для осмотра, она сообщила о своем неудовольствии на самых высоких нотах и во всю силу легких. Малышка извивалась и вырывалась, а у Рейчел сердце обливалось кровью, так как она была вынуждена крепко держать девочку, чтобы доктор могла ее осмотреть.

– Джоли что-нибудь новое трогала или ела в последние двенадцать часов? – спросила доктор Уилкокс.

– Я пытаюсь вспомнить, не накормила ли я их чем-то необычным. – Рейчел слышала дрожь в своем голосе и старалась сдерживать слезы. Она глубоко вздохнула. – Нас засыпало снегом. Мы ели то, что было в доме. Ничего нового.

– Это не обязательно продукты, – пояснила доктор. – Мыло, лосьон, стиральный порошок.

– Я утром стирал простыни и открыл новый стиральный порошок, – вспомнил Форд. – В полдень она спала на этих простынях.

– Похоже, что вы нашли источник аллергии. Но вам нужно встретиться с ее педиатром и сделать анализы, – посоветовала доктор. – А пока я сделаю укол. Ей быстро станет легче.

– Спасибо. – Форд посадил Коди на плечо. – А теперь могу я забрать свою семью домой?

Близнецы всю дорогу спали и продолжали спать, когда Рейчел и Форд перенесли их в дом. Слишком поздно, чтобы мыть и переодевать их на ночь. Поэтому решили уложить их рядом в манеже в гостиной, укрыв дополнительными одеялами.

Рейчел стояла над манежем и смотрела, как мирно дети "спят. Слава богу, это аллергия, а не что-то более серьезное.

Из ванной вышел готовый ко сну Форд. В футболке и пижаме.

– Спасибо, что поехали со мной сегодня вечером.

Он нерешительно шагнул к ней, обхватил ее затылок, притянул голову и уперся лбом в ее лоб.

– Я тоже рад, что оказался рядом. – Его пальцы магически действовали на кожу ее шеи. – Но вы бы справились. Вы очень крутая леди. Вы удивительная.

– О боже, Форд, не хотела бы я снова пройти через это. – Слишком усталая, чтобы сопротивляться, она расслабилась.

– Я тоже. – Он сделал шаг назад и потянул ее за собой. – У вас сегодня был тяжелый день. Давайте ляжем. Я хочу держать вас в своих руках.

– Нет, я не могу. – Но ее сопротивление угасло. Шаг за шагом она следовала за ним. Спать в его объятиях – это значит в раю. Но она не должна. – Вы же сами сказали, что я крутая. Мне не надо, чтобы меня держали в объятиях.

– Мне надо. – Он положил ее на софу, продолжая обнимать. – Совсем чуть-чуть. Поддержите меня.

Он лег на спину и положил ее рядом. Рейчел позволила. И… ох какое хорошее чувство – лежать в его руках. Она повернулась, прижалась щекой к его сердцу, вздохнула и закрыла глаза.

– Ладно. Но только недолго.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

На следующий день Рейчел проснулась на софе одна. Она не могла представить, как он ухитрился встать, не разбудив ее. Этот мужчина – умелец во всем.

В особенности в тех случаях, когда надо обойти ее защитные барьеры. Она старалась сохранить между ними дистанцию, однако Сэлливен проникал в ее душу все глубже. Форд заявлял, что умеет расположить человека к себе. И она с ним согласилась. Будь проклято все!

Ей было бы гораздо легче сопротивляться, если бы он был эгоистичным бездельником. К несчастью, Сэлливен безропотно выполнял все. Даже больше, чем можно бы потребовать. Никогда не терял терпения и нежности к близнецам. Подонок, он даже менял им памперсы и не жаловался!

Он заставлял ее мечтать, смеяться, желать. Но она не может, не должна позволять себе влюбиться в него. Из всех глупостей, какие она могла бы натворить, эта была бы величайшей.

Доносившееся из кухни хихиканье заставило ее встать. Рейчел быстро проскочила в душ, почистила зубы, потом надела джинсы и фланелевую рубашку поверх тельняшки.

В кухне ее ждал кофейник со свежим кофе. Форд, откинувшись на спинку стула, читал какие-то бумаги. Близнецы сидели на своих высоких стульях, вымазанные от пояса до подбородка яблочным пюре, которое они ложками раскидывали по подносу. Чем больший беспорядок они устраивали, тем веселее хихикали.

Рейчел покачала головой и налила себе чашку кофе. Опершись на рабочий столик, она стоя сделала глоток.

– Развлекаетесь?

– Доброе утро.

Форд окинул ее взглядом с головы до ног, и одобрение засияло в его глазах. Она стояла перед ним без всякого макияжа, а он заставлял ее чувствовать себя самой красивой женщиной на свете.

Этот мужчина должен уехать, и чем раньше, тем лучше!

Раньше, чем она выкинет какую-нибудь глупость.

Или влюбится.

– Они опасны с ложками в руках. Знаете, они еще не умеют сами есть.

Он свернул бумаги и положил на стол. Потом покосился на Коди и Джоли.

– Это мы вымоем. А они никогда не научатся, если не попробуют.

– Да, и очень приятно слышать, как они смеются.

– У Джоли краснота почти прошла, и она чувствует себя гораздо лучше. – Он поднялся, поставил в микроволновку несколько мисок, потом поместил в тостер нарезанный хлеб. – Садитесь, я приготовлю завтрак.

– Вы меня испортите. – Она села, и в этот момент он поставил перед ней тарелку с яичницей и копченой колбасой.

– Вы так говорите, будто это что-то плохое.

– Я привыкла все делать сама.

– Ешьте, – усмехнулся он. – У меня есть для вас сюрприз.

– Все это и еще сюрприз? – Она вскинула брови. – Вы уверены, что не собираетесь покинуть флот и переселиться в Монтану?

– Мой брат полагает, что мне надо уйти в отставку, если я собираюсь быть опекуном двойняшек.