Четырнадцатые звездные войны - Гордон Диксон

контракт, тем не менее наем Ли осуществлялся бы с согласия правительства Дорсая, точно так же, как и планеты Коби, с которой был Ли.

— Это в значительной степени просто формальность,— заверил его Донал.— Я имею право нанять вас, так как у меня звание коменданта. И наем официально зарегистрирован. Значит, ваше правительство не может теперь отозвать вас для выполнения какого-нибудь спецзадания.

Ли кивнул, и лишь этим выразил свое облегчение.

— Вызов,— внезапно послышался голос из коммутатора в стене каюты.— Вызывается штабной офицер связи Грим. Немедленно явитесь на флагманский корабль.

Донал предупредил Ли, чтобы тот не вмешивался в дела экипажа, и вышел.

Флагманский корабль флота, состоящего из Красного и Зеленого Патрулей Космических Вооруженных Сил Фриленда, подобных кораблю класса ЧЖ, только что покинутому Доналом, находился на стационарной орбите вокруг Ориенте. Потребовалось около сорока минут, чтобы добраться до него. Когда Донал вошел в приемную камеру и сообщил свое имя и звание, ему дали сопровождающего, который провел его через весь корабль в каюту для совещаний.

В каюте находилось около двадцати офицеров связи всех званий, от унтер-офицера до помощника командира Патруля. Все они сидели, глядя на возвышение. Сразу же после прихода Донала — он, очевидно, был последним из пришедших — вошел капитан флагманского корабля в сопровождении командира Голубого Патруля Ллудрова.

— Внимание, джентльмены,— сказал капитан, и в помещении наступила тишина.— Местная ситуация такова.— Он взмахнул рукой, и стена за ним растаяла, открыв искусное изображение предстоящего сражения.

В черном пространстве плыла Ориенте, окруженная множеством кораблей разного класса. Размеры кораблей значительно увеличены, чтобы сделать их видимыми рядом с планетой, диаметр которой составлял примерно две трети диаметра Марса. И самые большие из кораблей, относящиеся к патрульному классу,— длинные цилиндры, предназначенные для межзвездных сообщений — располагались на орбите всего от восьми тысяч до пятисот километров над поверхностью планеты, и их движение окружало Ориенте мерцающей паутиной. Облако кораблей меньших классов — ВЧЖС, курьерских кораблей, артиллерийских платформ, одноместных и двухместных лодок класса «Комар» — держалось ближе к планете, погружаясь в ее атмосферу.

— Мы считаем,— сказал капитан,— что враг на большой скорости и с внезапным торможением выйдет из временного сдвига здесь.

Облако атакующих кораблей внезапно возникло ниоткуда в полумиллионе километров ближе к солнцу. Они быстро приближались к планете, увеличиваясь в размерах. Приблизившись, они расположились на круглых орбитах. Два флота встретились, и индивидуальные движения отдельных кораблей стало трудно различать.

Атакующий флот прорвался сквозь строй защитников к планете, нежиданно выбросив тучу крошечных предметов. Это были десантные отряды. Они двинулись к планете, подвергаясь атакам маленьких кораблей, а в это время большинство атакующих с Нептуна и Кассиды начали исчезать, как гаснущие свечи: они переходили во временной сдвиг, который должен был переправить их на расстояние нескольких световых лет от места сражения.

Для хорошо тренированного профессионального восприятия Донала это была прекрасная картина, и в то же время ложная. Ни одно сражение не происходило и не будет происходить с такой балетной грацией и равновесием. Это была только предполагаемая картина, и она никогда не совпадала с действительностью из-за неизбежных приказов, индивидуальных колебаний, взаимного недопонимания, недооценки противника, навигационных ошибок, вызывающих столкновения или стрельбу по собственным кораблям. В предстоящей битве за Ориенте будут хорошие и плохие действия, мудрые решения и глупые, но все это не имело особого значения. Важен был лишь результат.

— ... Итак, джентльмены,— продолжал капитан,— таким образом представляет себе это сражение Штаб. Ваша задача, ваша личная задача, как представителей Штаба — наблюдать. Мы хотим знать все, что вы увидите, все, что сможете обнаружить, все, о чем сможете догадаться. И, конечно,— он несколько замялся и добавил с кривой усмешкой,— конечно, больше всего мы заинтересованы в пленнике.— Ответом на это был общий смех: все собравшиеся знали, насколько мала вероятность захвата пленного на разбитом корабле при скоростях и условиях космической схватки, даже если удастся его отыскать.

— Это все,— сказал капитан.

Связные офицеры встали и направились к выходу.

— Минутку, Грим.

Донал обернулся. Это был голос Ллудрова. Командир Патруля спустился с возвышения и приближался к нему. Донал пошел ему навстречу.

— Мне нужно поговорить с вами,— сказал Ллудров.— Подождем, пока все выйдут.

Они стояли и молчали, пока не вышел последний офицер связи, а за ним и сам капитан.

— Да, сэр?— сказал Донал.

— Меня заинтересовало то, что вы сказали, вернее, собирались сказать, когда мы с маршалом Галтом обсуждали предстоящую битву на Ориенте. Что вы тогда имели в виду?

— Ничего особенного, сэр,— ответил Донал.— Штаб и маршал, несомненно, знают, что делают.

— Может, вы заметили что-то такое, чему мы не придали значения?

Донал колебался.

— Нет, сэр. Я знаю о планах противника не более, чем остальные. Просто...— Донал поглядел в темное лицо офицера, размышляя о том, стоит ли продолжать. После происшествия с Анеа он остерегался рассказать о своих внезапных соображениях.— Возможно, это просто предчувствия, сэр.

— У нас у всех есть предчувствия,— с ноткой нетерпения сказал Ллудров.— Как бы вы поступили на нашем месте?

— На вашем месте?— сказал Донал, отбросив свои колебания.— Я бы напал на Нептун.

У Ллудрова отвисла челюсть. Он с изумлением смотрел на Донала.

— Клянусь небом,— сказал он наконец,— сейчас не время для шуток. Разве вы не знаете, что нельзя захватить цивилизованную планету?

Донал позволил себе слегка вздохнуть. Он сделал попытку объяснить то, что ему самому было совершенно понятно.

— Я помню: об этом говорил маршал,— начал он.— Это один из тех афоризмов, которые я со временем Собираюсь опровергнуть. Однако я имел в виду вовсе не это. Я не сказал, что мы должны захватить Нептун— только напасть на него. Полагаю, что нептуниане так же чтут афоризмы, как и мы. Видя, что мы пытаемся совершить невозможное, они подумают, что мы открыли, как это сделать возможным. По их реакции мы сможем узнать многое, включая и то, что они собираются сделать с Ориенте.

Изумление на лице Ллудрова постепенно сменилось хмурым выражением.

— Всякий, кто попытается атаковать Нептун, понесет фантастические потери,— начал он.

— Только если атака будет настоящей,— прервал его Донал,— а ведь атака эта ложная. Наша задача не в том, чтобы подвергать свои корабли подлинной опасности, а в том, чтобы нарушить вражескую стратегию неожиданным действием.

— И все же,— сказал Ллудров,— даже демонстрируя ложную атаку, нападающие всегда подвергаются опасности быть уничтоженными.

— Дайте мне дюжину кораблей...— начал Донал,