Солнце, которое светит ночью - Александра Дмитриевна Тельных

Постелила мягкий ковер с длинным ворсом в гостиную и поставила открытый стеллаж для домашней библиотеки. После того, как гостиная была готова, она принялась за спальню. Сначала она отдала в детский дом всю мебель, которая там стояла, купила большую кровать, застелила белоснежным хлопковым бельем и поставила в другой угол комнаты рабочий стол. Заказала для кухни кремовый гарнитур со столешницей из темного дерева, на стол поставила пышный букет сухоцветов в прозрачно-голубой вазе и фарфоровую черную тарелку с зелеными яблоками.

Вся работа заняла у нее около двух месяцев, она почти не позволяла Жене вмешиваться в процесс, так что он только спонсировал мероприятие. Когда ремонт был закончен, они позвали родных и друзей на новоселье. В небольшой квартире на Фрунзе собралось шестнадцать человек: приехали двоюродные тетя и дядя и их дочь с мужем, родители Наташи, ее младший брат, Валентина Валерьевна и Виталий Егорович, Лиза, друг семьи Страховых Алексей Иванович Беловодов, Вова и его родители, Денис и Лена, школьная подруга Наташи. Вечер всем был хорош: гости много смеялись, благодарили хозяев за приглашение, желали им счастья и любви, рассказывали грустные и смешные истории из жизни. Но все оборвалось, когда Наташа заметила стоящего на балконе Вову и своего тогда двадцати двухлетнего брата, курящими наркотические вещества. Она пришла в ярость, вытолкала Измайлова за дверь, отправила родителей с братом в больницу, а всех остальных гостей попросила оставить их с Женей наедине. Они впервые поссорились так, что старый профессор, узнав о серьезной размолвке между влюбленными, искусно навел обоих на мысли о собственной неправоте. Остыв и прислушавшись к словам профессора, молодые люди извинились друг перед другом, а затем перед Анной Викторовной и Андреем Сергеевичем. Однако проблема осталась нерешенной, а только переболевшей. Наташа все ещё считала влияние школьного друга пагубным, а Женя не мог и не собирался разрушать свою дружбу с Измайловым. Они продолжили жить в неопределенности, предпочитали не вспоминать об этом случае без необходимости и избегали совместных встреч с Вовой.

Первая ссора за долгое время, да еще и при таких обстоятельствах стала для Наташи большим стрессом, который она могла пережить, только погрузившись в работу. Она отвечала на вопросы учеников и, сама не осознавая того, хотела, чтобы вопросы, на которые у нее есть ответы, не заканчивались, потому что, когда они закончатся, перед ней встанут такие вопросы, ответы на которые она не совсем не знает.

Класс опустел, она собрала свои вещи, разложила тетради с проверенными работами в три ровные стопки и поставила их на краю стола, затем убрала ручки и карандаши в органайзер, достала из верхнего ящика ключ от класса и, еще раз окинув быстрым взглядом кабинет, закрыла за собой дверь. В коридоре Наташа встретила одного из своих учеников, который ходил к ней на занятия по подготовке к экзаменам. Паренек невысокого роста с квадратной головой, темным волосом и редкими черными усиками над верхней губой стоял напротив кабинета Натальи Александровны и ждал, когда она освободится.

— Егор, здравствуй! — радостно приветствовала ученика Наташа.

— Здравствуйте, Наталья Александровна, — сказал Егор, набросил на себя куртку и, бойко прихрамывая, вместе с учителем пошел вниз по лестнице, к выходу.

— Почему ты так поздно в школе, и что с ногой? — с тревогой в голосе спросила Наташа.

— Ногу потянул, ерунда, — отмахнулся он и сказал вкрадчиво, — Я вас ждал. Хотел у вас кое-что спросить.

Наташа с приятным удивлением посмотрела на Егора. В школе его считали странным и часто посмеивались над его наивным поведением, но относились к нему всегда добродушно и обращались за помощью. Он был замкнутым человеком и мало кому доверял, только всегда был рад оказаться нужным. Встреча со Смысловой повлияла на него, но он еще не мог решить, изменения эти в положительную или отрицательную сторону. За один год знакомства с Наташей он стал принимать участие в школьных мероприятиях, вступил в несколько интеллектуальных клубов, стал ведущим пары концертов и улучшил свои показатели по всем предметам. Иногда он чувствовал уверенность и силу, но бывали моменты, когда всё это казалось ему несущественной и лишней деятельностью, мешающей увидеть правду жизни.

— Как твои успехи в учебе? — спросила Наташа

— Всё хорошо, стало понятнее, — коротко ответил Егор и стал ждать, когда учитель разрешит рассказать то, что его волнует.

Наташа догадалась.

— Так что именно тебя беспокоит?

— Я… — робко начал Егор и поправился, — У меня есть подруга, которая смертельно больна. Я не знаю, чем ей помочь.

— Я очень сочувствую и тебе, и ей.

— Она хочет закрыться от мира и никого не видеть, — печально добавил Егор вполголоса.

— Если она действительно этого хочет, то ты не сможешь её переубедить…

— Я очень хочу ей помочь, — перебил Егор.

— Попробуй наполнить оставшиеся ей дни тем, что ее радует, — подумав, посоветовала Наташа и добавила, — Почитайте вместе «Идиота».

Первая часть совета обнадежила Егора, но вторая показалась сомнительной.

— Попробуем, — неуверенно пробормотал он, подергивая бровью.

— Почему тебе так важно ей помочь?

— Она моя хорошая подруга.

— Постарайся не жить чужой жизнью, а жить своей. Из своего несчастного состояния ты никому не сможешь помочь.

— Спасибо, — улыбнулся Егор.

— Удачи тебе!

Егор попрощался и, так же прихрамывая, скрылся за дверями школы. Наташа осталась одна в холле и пожурила себя за то, что так легко дает советы о жизненных перипетиях, когда сама не может справится с проблемами в семье. Она позвонила тете, предупредила, что не приедет сегодня, вызвала такси и поехала домой, к Жене.

Страхов чувствовал, что Наташа должна приехать домой сегодня, и остался в машине ждать ее возвращения. Когда к подъезду приехало такси, он вышел из своего автомобиля, открыл Наташе дверь, оплатил поездку и поблагодарил водителя.

— Поговорим? — спросил он, когда таксист уехал.

Наташа посмотрела на него своими блестящими глазами и ухмыльнулась:

— Тебя предупредили, что я приеду?

— Нет. Сам понял, что ты приедешь, — соврал Страхов, ему было неловко сказать «почувствовал».

Повисла тишина. Оба смотрели в пол и не знали, с чего начать разговор.

— Ты выйдешь за меня? — тихо спросил Страхов.

— Уже поздно говорить нет, — слегка улыбнулась Наташа и погладила