Мой инфантильный супруг - Анна Денира

ухо. И взгляд такой нежный-нежный, что заекало сердечко мое. Обняла его крепко, прижалась к телу хрупкому да вдохнула в себя запах древесины и скошенных трав — его запах. Лоинел дернулся и, несмотря на видимую слабость, довольно легко подхватил меня на руки, унося в сторону опочивальни. Там я в проеме и застряла, растопырив руки и ноги. Понимаю желание его, сама от клубка в животе калачиком свернуться хочу, но до вечера протянуть надо б. Сейчас Эллия приехать должна, бумажки какие-то привезти обещалась. Я ей сказала, что просто в деревне пожить решила. Она расценила это как профессиональную замашку ботаника-зоолога. Тем лучше.

Муженек опустил меня на пол и уселся в углу, обиженно насупившись. Потом с соколом своим беситься начал и успокоился. Так. В домишке убралась, ребенка заняла, пирожки из печки достала. Прекрасно, и как раз вовремя. Судя по возгласу детишек на улице, карета уже подъехала. Я выскользнула во двор, довольно окидывая взглядом ухоженные клумбы с пионами. Жак после того случая себя виноватым чувствовал, вот и ходил ко мне каждый день по хозяйству помогать. Пани в хлеву довольно замычала, поедая сорванный утром клевер. Рядом соседская кошка играючи гонялась за недовольными курицами, реактивно мчащимися по вытоптанной дорожке. Простой день, обыденный день, тот, проживать который я стремилась всю жизнь. Впоследствии, я не раз буду вспоминать его, коря себя за то, что не наслаждалась вдоволь этой обыденностью.

Калитка приоткрылась, и во двор по-хозяйски скользнула Эллия, сжимая в руках несколько свитков и с восторгом оглядывая мое скромное хозяйство. Её золотистые глаза светились восхищением и удивлением, какое бывает только у богатеньких детей, впервые оказавшихся в сельском доме. Она так резво вертела головой, что даже не сразу заметила меня.

— Просто невероятно! Вы воссоздали истинный деревенский быт!

То, что я в этом быту всю жизнь живу, я уточнять не стала. Я и без того кооперируюсь, как могу.

— Могли ли вы подумать, что будете жить здесь! — все не унималась Эллия, то рассматривая цветы, то заглядывая в хлев. Когда она наступила в птичий помет, её воодушевление, к сожалению, не рухнуло, но она заметно притихла.

— Да, в жизни всякое бывает…С годами, правда, все реже.

Калитка скрипнула вновь, и я с удивлением окинула взглядом вошедшего Шаркана. Доспехи на нем отливали на солнце золотом, поэтому выглядел он, как посланник с Небес. Тот двор не осматривал, учтиво склонил голову, так как мой новый статус довольно резко менял отношение окружающих к моей персоне. Подошел ближе и как-то обреченно выдохнул, словно этим жестом извинялся за столь внезапное посещение

— Я отвечаю за безопасность всех, кто служит в замке. Отпускать магиню Эллию одну в деревню было чревато серьезными последствиями.

Я согласно кивнула. Спорить с этим было бесполезно, учитывая авантюристский дух активной девушки. Из окна выпорхнул сокол, высоко взмывая в небо. Позади послышались голоса. Должно быть, Лоинел выскользнул из дома и наткнулся прямо на магиню.

— Что это за свитки-то? — следить за словом «что» было особенно тяжело. Ничто не заменит родного «шо».

— Все на ушах из-за предстоящего бала. Программа, правила поведения, безопасность…Дел во дворце невпроворот. Вот и рассылают всем для ознакомления необходимые записи, чтобы все прошло идеально.

Шаркан убрал руки за спину и двинулся следом за мной. Что ж я, зря пироги готовила что ли. Все то время, что мы разговаривали, рыцарь стоял с наклоненной головой. Не та была у нас разница в росте, чтобы мужчина мог смотреть прямо перед собой. Но, как только мы пошли вперед и Шаркан вновь вскинул голову, он остановился. Так внезапно, что я почти сразу же обернулась. Изначально, в его глазах читалась растерянность. Доля удивления. Словно он мысленно проворачивал какую-то сложную операцию, сопоставляя то, что вообще сопоставлять нельзя. Всего лишь доля секунды, за которую во дворе воцарилась идеальная тишина, прерываемая лишь отдаленным кудахтаньем. Я и подумать ничего не успела, как задумчивое благородное выражение сменилось нескрываемым гневом и дикой яростью, страшно исказившей лицо. На нижней челюсти заиграли желваки, руки, дрожащие от злобы, схватились за рукоять огромного меча. Мне даже показалось, что лопнувшие в глазах капилляры, наполнили белки кровью. Я невольно сделала несколько шагов назад — настолько тяжелой была аура вокруг вечно спокойного рыцаря. Оказавшаяся рядом Эллия обеспокоенно затопталась на месте, пытаясь позвать мужчину, но тот не реагировал вовсе. Лишь смотрел с ненавистью вперед, словно огромный разозленный бык увидел впереди раздражающую красную тряпку. Что могло вызвать в нем подобную ярость? Что вывело из себя? Искренне надеюсь, что это герань, стоящая на окне.

Я медленно повернула голову и тут же дышать перестала. Тело парализовало будто, настолько все это почву из-под ног выбило. Шаркан смотрел на Лоинела. На моего милого страньку с вечно задорной улыбкой, которой сейчас не было. А он ли это вообще? Конечно же, он. Кто еще…Мягкие золотистые волосы, которые я сама минуту назад нежно потрепала, хрупкое тело, рядом с которым мне отчего-то спокойно, измятая рубашка, второпях заправленная в темные шаровары…Но более ничего. Он стоял, засунув руки в карманы и склонив к плечу свое милое лицо, искривленное гримасой презрения. Губы изогнулись в злобной хищной ухмылке, а искрящиеся радостью глаза внезапно стали на два тона темнее. Словно обозленный мангуст, гнавшийся за своей добычей, наконец встретился лицом к лицу с ядовитой змеей, приготовившей ему новый яд, который его непременно убьет. Теперь не Шаркан меня пугал, а дорогой сердцу муженек, от которого вдруг резко повеяло необоснованной опасностью.

Поежившись от пробежавшего по коже холодка, я вытащила из рук Эллии свитки и кивком указала ей на рыцаря. Она, бледная как вампир, поняла все без слов и быстро подскочила к рыцарю, уводя его за руку. Тот не сводил глаз с Лоинела.

— Т-ты… — единственное, что смог выдавить из себя благородный воин прежде, чем магиня использовала чары, чтобы вытолкнуть его со двора.

Я же подошла к страньке, осторожно кладя руку тому на плечо. На его лице не было ни тени того хищного выражения, которое я видела минуту назад. Или я схожу с ума и вижу галлюцинации, или Лоинел отнюдь не самое доброе создание в этом мире. Наверное, все-таки первое. Он мило улыбнулся и, обняв меня, зарылся в мои волосы. Я чувствовала его тяжелое выравнивающееся дыхание на своей шее и в ответ плавно гладила его по спине. Где-то за грудиной стянулся тугой комок. Он возникал каждый раз, когда в мою