2009_14 (613) - Газета Дуэль

И как вершина авторского двоемыслия по идеальному типу государственного устройства — путь реализации его предложений. «Однако, так как одобрение всенародным референдумом предлагаемых поправок к Конституции потребует поддержки более 50 % от принимающих участие в голосовании граждан, коалиция, выступающая за такие поправки, несомненно получит поддержку избирателей». Автора не заботит, насколько предлагаемые им инициативы будут устраивать всех граждан. Меньшинство обязано подчиниться большинству. Это тип голосования республики собственников. Однако, «Корректировка законодательной базы РФ в части установления действенного контроля народа России за деятельностью исполнительной власти и создания равных возможностей информационного обмена между гражданами, вне зависимости от их материального положения». Но это положение отрицает существование такого товара, как информация. Т. е. всё-таки автор придерживается идеала государства-семьи! Вот так совершенно серьёзно автор запряг орла и трепетную лань в одну повозку!

Для меня, неспециалиста, ясно, что предлагаемые Дм. Парамоновым реформы приведут к дезорганизации законотворческой работы и ликвидации государственных секретов, что резко понизит безопасность России. Ну как можно выделять средства на опытно-конструкторские работы, если не иметь отчёта по их результатам? Какие средства необходимо потратить, например, на промышленный шпионаж, если не знать, в чём нуждается наше государство? А ведь бюджет — важнейший закон для нормальной жизни!

И уже ни в какие ворота не лезет попытка автора уйти от ответственности за плоды реализации его же предложений, переложить ответственность на других людей. «Если же эффект от введения закона не может быть заранее определён народом, но известен специалистам (иначе принятие закона вообще бессмысленно), то специалисты информируют народ о предполагаемом результате, а он вправе решать, желателен ли предполагаемый результат или нет. Отличие обещанного результата от результата реального создаёт основу для ответственности исполнительной власти (специалистов)». А если разные специалисты по-разному оценивают эффект? А если эффект непредсказуем? «Вопрос об ответственности исполнительной власти решается путём определения вознаграждения или наказания высших руководителей исполнительной власти по результатам голосования». Исполнительная власть только исполняет законы. А если чиновник добросовестно исполнял все законы, а в стране произошла катастрофа, за что его наказывать? Это всё равно, что наказывать не убийцу, а орудие убийства. Всю ответственность за реализацию собственных законотворческих инициатив автор возлагает на президента и премьер-министра, которым «повезёт» быть избранными в то время, когда Дм. Парамонов осуществит свой проект!

Итого. Проект Дм. Парамонова не годится для традиционного государства, устроенного по типу «семьи», поскольку полностью исключает необходимость диалога для поиска взаимоприемлемого компромисса. Отсутствие в обществе одной из важнейших функций никак не может способствовать устойчивости такого общества.

Неприемлем проект автора и для гражданского общества, т. к. угрожает лишить собственников их важнейшего преимущества в «холодной» войне всех против всех — монополии на власть. Т. е. гражданское общество лишается цели, ради которой оно и создавалось. Поэтому никакой речи о повышении устойчивости такого общества быть не может.

Так на какой же тип общества рассчитан проект Дм. Парамонова? Архитектор Дм. Парамонов взялся строить дом, позаимствовав фундамент одного проекта, стены и крышу из другого проекта. А если дом рухнет, что вполне вероятно, уже известны виновные. Это прораб и строители. А где же жить жильцам? Они в чём виноваты? Только в том, что не архитекторы?!

В отличие от проекта Дм. Парамонова проект Ю.И. Мухина полностью логичен и понятен. Его идеал — это государство тружеников, где нет места паразитам. Общий труд объединяет людей, поэтому проект Ю. Мухина предназначен для общества традиционного типа. Главный принцип — вознаграждение за труд для производителя определяет непосредственный потребитель продукта.

Народ для организации лучшей жизни выбирает депутатов. Собрание депутатов — это законодатель. Законодатель создаёт законы, формирует исполнительную власть для исполнения законов и судебную власть, которая контролирует исполнение законов. Цель законодателя — улучшение жизни народа. Задача Законодателя — это формулирование правил, т. е. законов, по которым и будет жить население. Народ оценивает деятельность законодателя, поощряет или наказывает его.

Для того чтобы оценить деятельность законодателя, гражданину нет нужды становиться специалистом в области управления. Гражданину понятно и без пояснений всяких экспертов, стал он жить лучше или хуже, служат ли принятые законы его интересам, строит ли законодатель то идеальное государство, которое соответствует его представлениям. А неотвратимость наказания является лучшей гарантией от перерождения элиты, от попыток элиты узурпировать общенародные ресурсы.

Возможность оценить результаты деятельности управленческой элиты — важнейший стимул участия граждан в политической жизни. Равнодушие происходит, во многом, из-за бессилия реально влиять на политическую ситуацию. Закон об ответственности власти позволяет каждому гражданину реально влиять на деятельность депутатов. Деятельность человека направляется двумя стимулами — поощрением и наказанием. И если раньше существование элиты физически зависело от существования народа, то сейчас такой опасности для элиты нет. А, значит, управленческая элита утратила такой важнейший стимул для направления своей деятельности, как наказание. Закон об ответственности власти возвращает к жизни для управленческой элиты важнейший стимул.

И эти принципы уже прошли практическую проверку и доказали свою эффективность в условиях работы промышленного предприятия.

Примечания.

1. Алкивиад — афинский политический деятель времён Пелопонесской войны, воевавший и на стороне Афин, и на стороне Спарты. Организатор и вдохновитель похода афинян на Сицилию, окончившегося катастрофой для Афин.

2. Сулла — римский политический деятель, первый диктатор, узурпировавший власть в I веке до нашей эры.

ИСТОРИЯ

«БАЛАКЛАВСКАЯ БОЧКА»: МИФ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

Севастопольцы и приезжие туристы, которым доводилось подниматься по так называемой «тропе здоровья», ведущей вдоль Балаклавского побережья к мысу Айя, наверняка обращали внимание на необычный объект на горе Спилия: железную «бочку», висящую высоко над пропастью, которая является составной частью укреплений, находящегося на этой горе так называемого «Южного форта»

Эта достопримечательность хорошо известна многим благодаря появившейся где-то в конце 60-х годов прошлого века зловещей легенде о том, что с нее в 1941-42 годах немцы сбрасывали пленных матросов и красноармейцев, этот исторический миф затем закрепил севастопольский художник В.К. Коваленко, запечатлев мифологическую сцену в одной из своих картин. Основой для возникновения этого образца современной исторической мифологии стало появление в середине 60-х годов в одном из номеров журнала «Огонек» статьи одного ветерана госбезопасностио о том, что бочка использовалась для казни пленных моряков путем их сбрасывания с нее с 50-метровой высоты.

Первые долговременные укрепления в окрестностях Балаклавы начали строиться в период обороны 1854–1855 годов. Тогда на склонах горы Спилия (высота 386,6) британская бригада морской пехоты возвела первые земляные укрепления. Именно с вершины горы Спилия начиналась линия тыловой обороны союзников, которая протянулась на 18 км до Стрелецкой бухты.

После окончания в 1905 году русско-японской войны, с учетом опыта сухопутной обороны морской крепости в Порт-Артуре, в Военном и Морском министерствах вновь вернулись к давней идее создания системы долговременных сухопутных укреплений вокруг Севастополя.

Несколько лет шли проектно-изыскательские работы и примерно в 1909–1910 годах началось строительство бетонных укреплений на балаклавских высотах 386,6 и 212,1, которые со временем получили условные наименования форт «Южный» и форт «Северный».

К началу Первой мировой войны в 1914 году готовность форта «Северный» составляла более 90 %, форта «Южный» — 80–90 %. Когда к концу 1914 года выявилось полное господство Черноморского флота, делавшее невозможным германо-турецкий десант в Крым, строительство фортов сухопутной обороны и новых береговых батарей в Севастополе было прекращено и вся рабочая сила, строительные материалы, броневая сталь, вооружение были отправлены на Балтику на строительство объектов береговой обороны и прежде всего «Морской крепости Петра Великого» вокруг Ревеля (ныне Таллинн).