Метеорит с начинкой - Валерий Кобозев

– баранину с картофелем в горшочке, не удержался и взял ещё свиную отбивную в кляре, но без гарнира. Ну и бутылку пива Московского. Не спеша все умял, запивая пивом. После обеда пошел умиротворенный в цех. Илья сидел за столиком, пил чай. Предложил Виктору – тот отмахнулся. Илья нехотя сообщил: сбои часто бывают вечером. Виктор, поболтав с Ильей полчаса, согласился попить чаю.

- Давай подождем до вечера, – предложил он, спешить Виктору было некуда.

Так и болтали с Ильей до конца рабочего дня. У Виктора сложилось о нем впечатление, что он был хорошим специалистом, инициативным, старался улучшить все на своей работе. Очень часто делал рационализаторские предложения – платили за них до двухсот рублей, – сообщил он, – но приходилось брать в соавторы начальника цеха, иначе его «рацухи» не принимались. Так дождались конца рабочего дня, Виктор начал тестировать штабелер. Солнце на закате ярко освещало крышу здания и окна на ней. Виктору даже слепило глаза, когда он смотрел на верхние этажи штабелера. И вот он поднял платформу штабелера вверх, морщась от слепящих лучей, и она неожиданно пошла внутрь стеллажа, вытолкнула поддон с инструментом – тот рухнул с высоты шести метров на бетонный пол, инструменты – а это болванки по пять килограмм – разлетелись вокруг.

– Вот видишь! – воскликнул Илья. – Вот и сбой! Вот так он и сбоит!

Ничего не понимаю – там же магнитные датчики по проекту, почему их засвечивают лучи солнца, – сразу сообразил Виктор.

– Постой, – завис Илья. – Мы разберемся сами, претензий к вам нет, – неожиданно закончил он.

– Ну как же так? Вот реальность, магнитные датчики реагируют на свет, надо разобраться, – настаивал Виктор.

– Не надо разбираться, – попросил Илья, – мы решили усовершенствовать штабелер – поставили оптические датчики, рацуху подали, премию за неё получили. Уберем все – вернем к заводскому варианту. Прошу тебя, мы эту претензию спустим на тормозах, о тебе отзыв можем отправить о квалифицированной помощи, – Илья просяще смотрел на Виктора.

– Да какие проблемы! – Виктор рассмеялся. – Подпишите протокол, что изделие работает в штатном режиме и сбоев не наблюдается – и все! Рационализаторы, блин!

– Конечно, напишем! – обрадовался Илья. – Мы тебе командировку концом недели закроем, если хочешь!

- О! Закроете ее вторником? Я тогда в Москве погуляю выходные, – обрадовался Виктор.

– Как захочешь! – обрадовался и Илья.

Виктор прошел в приемную начальника цеха, позвонил своему другу Олегу, сообщил, что свободен до конца недели – могут вместе погулять. Тот тоже воодушевился – попросил позвонить через пару часов, он что-нибудь придумает, как им развлечься в выходные.

Интерлюдия

- Кинёв, сгоняй к судмедэкспертам, пошукай, что они нарыли по тройному убийству в Марьиной роще, – приказал капитан Арефьев своему подчиненному лейтенанту Кинёву.

- Сделаю! – Кинёв надел куртку и вышел из кабинета начальника отдела уголовного розыска РОВД по Марьиной роще.

- Привет трупорезам! – Кинёв зашел в ординаторскую морга.

- Привет молодым сыщикам, – приветствовал его врач-патологоанатом Сергей Петрович Любомиров. – Если ты насчет тройного убийства в Марьиной Роще, то это, похоже, не ваша тема. Это, скорее всего, дорожно-транспортное пришествие.

- На выезде дежурный эксперт признал убийство, – возразил Кинёв.

- Так это было предварительное заключение. Вот смотри, труп номер один с ножом в руке… Казалось бы, чистый криминал. Но! У него переломаны кости груди, разорвано сердце, раздроблен позвоночник, как бы ударом сверху вниз под углом. Но человек не может развить такую силу удара! Максимум – сломать шейные позвонки и ключицу может. Поэтому делаем заключение, что это удар какой-то гладкой выступающей частью транспортного средства, едущего с большой скоростью! Не менее ста километров в час! Нож в руке свидетельствует лишь о том, что, видимо, у этой троицы произошел конфликт, номер первый с ножом гнался за номером вторым и третьим, но на дороге все попали под машину или мотоцикл. Первый номер выбросило на тротуар, а второй и третий остались на дороге.

- Интересно, а второй и третий? Что с ними? – спросил Кинёв.

- Второй номер. Множественные переломы костей таза, как бы пинок мощный получил, но судя по силе удара, опять же, выступающей гладкой частью движущегося транспортного средства. От удара отлетел и разбил голову об асфальт – обычное дело в таких случаях. Аналогичная ситуация с номером третьим. Также удар выступающей гладкой частью движущегося транспортного средства в область груди, перелом рук, ушиб грудной клетки, от удара об асфальт разбита голова. У второго и третьего трупа причина смерти – черепно-мозговая травма. Так что можете с радостью передавать дело в ГАИ, это их компетенция, и тут имеет место не убийство, а несчастный случай – дорожно-транспортное происшествие.

- Ну ты нас успокоил! А то у нас весь отдел на ушах – тройное убийство! – обрадовался Кинёв. Он схватил листы с заключением патологоанатома и поехал в отдел доложить начальству радостную весть.

Глава 5 Виктор, лето 1986 года

На выходные Гидрометцентр обещал хорошую погоду, и в субботу днем друзья собрались на даче Гены Рожкина. Это была всего лишь небольшая избушка с печкой, но с отдельным сарайчиком на участке, в котором Геннадий оборудовал себе «мужскую берлогу». В гости к семейству Рожкиных приехали Паша Носиковский с женой Ниной – их знакомые по студенческой жизни, ну и Виктор с Ритой. После распития двух бутылок водки под шашлыки – дамы пили вино – мужики пошли покурить к Гене в «берлогу». Вели, конечно, обычные мужские разговоры о разных своих делах и достижениях. Паша прихвастнул, что он, служа в ВДВ, легко кирпичи ребром ладони ломал. Решили попробовать, и начали с дров, которые хранились в сарайчике – доски Паша ломал легко, поэтому попробовали Виктор и Гена – у них тоже получилось, наверное, доски недостаточно толстые были. Паша напирал на то, что он кирпичи ребром ладони раскалывал, посматривая на своих друзей с превосходством. Рожкину это совсем не понравилось, и он, недолго думая, достал кирпич от старой печки производства «Мануфактура Макаровъ», предложил Паше его расколоть рукой. Паша