Цифровой журнал «Компьютерра» № 186 - Коллектив Авторов

Вообще, если быть дотошным, прямых указаний на то, что текущие проблемы Lavabit связаны со Сноуденом, нет. Но, учитывая момент, мало кто сомневается, что именно ящик Эдварда сыграл роковую роль. Очевидно, к Левисону пришли люди из ФБР или АНБ и попробовали склонить его (Ладар употребил слово «запугивание») к сотрудничеству «в интересах нации». Поскольку схема защиты, выстроенная Lavabit, математически надёжна, формально единственное полезное, что могут выудить соглядатаи, если их допустить к серверам, — это входящая корреспонденция от адресатов, не являющихся клиентами Lavabit (письмо с ящика на Gmail, к примеру, понятное дело, придёт в Lavabit незашифрованным).

Однако, учитывая, что Левисон раньше с властями сотрудничал (в ответ на запросы правоохранительных органов, когда была возможность, он информацию предоставлял — так, увы, должен поступить любой законопослушный бизнес, по крайней мере в США, и Lavabit, естественно, исключением не была, о чём честно упоминалось в правилах пользования), можно предположить, что в этот раз от него потребовали чего-то принципиально большего. Например, попросили изменить схему шифрования для некоторых, а может быть, и для всех клиентов. Потратив несколько недель на консультации с юристами и препирательства с загадочным просителем, он предпочёл остановить почтовик. И теперь надеется через апелляционный суд восстановить своё право не «стучать» на клиентов. А до тех пор, без яркого судебного прецедента или инициативы законодателей, настоятельно рекомендует не доверять личные данные ни одной компании, имеющей физическую связь с Соединёнными Штатами. Момент истины: вспомните про подозрения в адрес Intel и AMD (см. «Почему в списке Сноудена не хватает пары имён?») и задумайтесь ещё раз, был ли выбор у них.

Ну а пока Левисон собирает деньги на адвокатов («защита Конституции — дорогое удовольствие»), его примеру последовала ещё одна американская организация. В течение нескольких часов после Lavabit свой сервис защищённой электронной почты закрыла компания Silent Circle. К ней ещё «не приходили», но, принимая во внимание случившееся с Lavabit и социальный статус некоторых клиентов (среди которых крупные бизнесмены, политики и пр.), Silent Circle предпочла не ждать, а действовать. Она эксплуатирует набор защищённых мультиплатформенных коммуникационных сервисов — интернет-телефон, мгновенные сообщения, e-mail — и в общем тоже не бедствует, осваивая пролившийся на неё после разоблачений Сноудена клиентопоток. Так что решение обрезать одну из самых востребованных функций (каковой e-mail до сих пор остаётся) было неожиданным. Но тем больше поводов к Silent Circle прислушаться. Сооснователем и президентом там Фил Циммерман — тот самый, автор PGP, программы, познакомившей мир со стойким крипто, — и он утверждает, что стандартные почтовые протоколы не приспособлены для защиты. А раз так, то лучше ничего и не обещать.

«Всегда лучше быть в безопасности, чем потом сожалеть» (Филипп Циммерман, Silent Circle).

Но сколько же ещё нам терпеть измывательства над человеком и гражданином? Если вы задаёте себе этот вопрос, то, конечно, знаете, что законодатели ни в Новом, ни в Старом Свете, ни тем более у нас и пальцем не пошевелили, чтобы что-то принципиально изменить (АНБ — другое дело, но об этом позже). Единственным выходом в такой ситуации становится гражданское неповиновение, законная контрмера в виде неагрессивного сопротивления властям. (Впрочем, законна ли она в России? Может быть, среди читателей найдутся юристы?) Вспомнил о ней новозеландский профессор Гехан Гунасекара. Только вместо сидячих забастовок он предлагает своим соотечественникам, обеспокоенным действиями спецслужб, сплотиться и сделать массовое электронное наблюдение бесполезным. Как? Очень просто: отвлекая внимание надзирателей на себя.

Рассылайте налево и направо имейлы с «опасным» содержанием, но бессмысленные по сути, назначайте встречи с неизвестными людьми, обсуждайте загадочные проекты и «адекватный ответ властям», посещайте сомнительные сайты. В мире ИТ этот приём известен как «байесовское отравление», и им пользуются, в частности, спамеры, чтобы протолкнуть рекламу через почтовые фильтры. Так же и надзиратели, поставленные перед лицом резко выросшего объёма требующей анализа информации, будут вынуждены изменить тактику действий. Потому что, к примеру, если Гунасекаре удастся зажечь публику в маленькой Новой Зеландии, очень скоро под наблюдением там окажется каждый гражданин, что сделает наблюдение бессмысленным. С некоторыми оговорками метод, пожалуй, сгодится и для США, и для Европы, и даже для России.

«Мне уже дали российскую визу, и я собираюсь к сыну» (Лонни Сноуден).

Не стоит только полагать, что из-за временных трудностей правительства откажутся от идеи тотального электронного контроля. Пока речь идёт только о том, чтобы крепче хранить секреты. АНБ, в частности, намерено (и уже занимается этим) уничтожить у себя должность системного администратора. Более чем тысячный штат сисадминов планируется сократить на 90%, уменьшив таким образом число людей, имеющих доступ к слишком жирному пласту секретной информации. Взамен будут поставлены автоматы — «тонкая виртуальная облачная структура», которая якобы избавит Агентство от необходимости администрирования ИТ-инфраструктуры.

Не исключено, впрочем, что и само АНБ будет радикально реорганизовано. Ведь ещё до конца августа нам предстоит увидеть новые «сенсационные документы» из архива Сноудена, готовящиеся сейчас к публикации журналистами, с которыми Эдвард поддерживает связь. И кто знает, что там обнаружится?

К оглавлению

Даёшь киношку: материализация магнитных вихрей-скирмионов может пригодиться при переходе на видеоформат 4К

Михаил Ваннах

Опубликовано 16 августа 2013

Когда-то, в СССР, партия заботилась о просвещении масс. И если в пионерлагерь привозили кинопередвижку с «Лимонадным Джо» или «Гением дзюдо», то её обычно сопровождал лектор Всесоюзного общества «Знание». Предварявший увлекательное для детских умов зрелище рассказом о достижениях советской науки и техники. И если «про любимый лунный трактор» слушали охотно, то самый добротный рассказ о чём-нибудь более абстрактном — вроде методов физики твёрдого тела — вызывал нетерпеливое шипение с шуршанием, иногда выплёскивающееся в воплях «Кончай балаган, давай киношку!», обеспечивающих виновному длительное выслушивание воспитательных бесед…

Когда кино демонстрировалось с помощью простейших оптико-механических устройств, физика твёрдого тела казалась весьма далёкой от жизни…

Рассказ про то, как французский физик Пьер-Эрнест Вейсс, пытаясь разрешить противоречие — существование явления спонтанной намагниченности железа с равенством нулю результирующего магнитного момента образца при отсутствии внешнего магнитного поля H, — создал в 1907 году доменную теорию ферромагнетизма, никак не соотносился у детей с предстоящим зрелищем.

Творцы «новой» физики начала XX века — Эйнштейн, Эренфест, Ланжевен, Оннес и Вейсс.

Но это было давно — в эру кино на триацетатной плёнке и ламповых катушечных магнитофонов. С той поры прошли эпохи фильмов на видеомагнитофонах и DVD. Не думаю, что сильно ошибусь, предположив, что большинство видеопродукции в форматах HD и FullHD хранится ныне у читателей именно на жёстких магнитных дисках. Использующих для записи информации те самые ферромагнитные домены, «макроскопические области ферромагнетика с различными ориентациями спонтанной однородной намагниченности в одном из возможных направлений, соответствующих минимуму энергии магнитной анизотропии одного или нескольких типов».

Из различных типов магнитной анизотропии, упоминаемых в статье из «прохоровской» Физической энциклопедии 1998 года, в вычислительной технике применяется наведённая магнитная анизотропия, с помощью которой и записаны нолики и единички, составляющие, при должном структурировании, и читаемые вами строки, и картинки на плазменных и светодиодных панелях.

Достигнутая несколько лет назад плотность записи информации в 600 гигабит на квадратный дюйм позволила разместить на «трёхдюймовой» пластине 750 гигабайт полезной ёмкости, что соответствовало появлению накопителей с ёмкостью 1,5 и 3 терабайта. Именно в этих пределах и лежат объёмы большинства устройств, хранящихся в нижних, закрытых секциях книжного шкафа, где когда-то лежали бумажные журналы, а потом — DVD-диски… Сейчас доступны и устройства повместительнее, но ненамного. (Ну и двухтерабайтники «съедобны» для подавляющего большинства устройств, включая самые старые медиаплееры и док-станции.)