Дело о злой собаке - Эмили Родда

— Не думаю, что свежий воздух ей на пользу, — настаивала Далси. — Не нравится мне ее кашель.

— О, бабуля у нас крутая, — громко сказал Том. — Ей ничто не доставляет такого удовольствия, как стремительная пробежка на свежем воздухе.

Далси с опаской покосилась на него. Санни втянула голову в плечи и покатила кресло еще быстрее. Я уже почти бежала, чтобы не отстать. Мы проскочили третью автобусную остановку и вылетели на площадь.

— Вы ведь никогда не оставите свою бабушку? — снова обращаясь ко мне, сказала Далси. — Она, должно быть, очень любит вас.

— О да, бабуля обожает Ришель, — ухмыльнулся Том. — Меня она любит не так сильно. Но, честно скажу вам, если бы не я, она не побывала бы там, где была сегодня.

Мег рядом со мной тихонько фыркнула и покраснела.

Далси подозрительно нахмурила брови. Я поняла, что Том зашел слишком далеко. В ней еще сильнее разгорелось любопытство. Если он не будет осторожнее, то втянет нас в новые неприятности. Хотя хуже уже быть не могло.

Феи, должно быть, подслушивали мои мысли, потому что немедленно решили показать мне, что такое настоящие неприятности. Как только Далси открыла рот, чтобы ответить Тому, все сразу и началось.

Военный оркестр на площади грянул бодрый марш.

Джок запрокинул голову и завыл.

Далси завизжала и вцепилась в мою руку.

Джок завыл снова. Его шарф сполз. Он огляделся вокруг горящими глазами.

И вдруг увидел почтальона, мирно пересекавшего площадь.

С грозным рычанием он выпрыгнул из инвалидного кресла. Клетчатый плед слетел, пальто миссис Мак упало на спортивные брюки. Когда наша маленькая старая бабуля превратилась вдруг в ужасного лохматого пса, Далси издала очередной пронзительный вопль.

В четыре прыжка Джок пересек площадь. Он бросился на мотороллер почтальона и опрокинул его. Почтальон упал плашмя вниз лицом. Джок вскочил ему на спину со злобным рычанием.

Далси снова пронзительно заверещала. На этот раз не одна она.

Глава XVIII

ПОЛНАЯ НЕРАЗБЕРИХА

Мы стремглав бросились к Джоку, подмявшему под себя почтальона. На площади царил хаос. Люди метались во все стороны. Оркестранты побросали свои инструменты и озирались по сторонам. Далси кричала, показывала пальцем на нас и снова кричала.

— Собака! — повторяла она, обращаясь к любому, кто хотел ее слушать. — Собака! — Бросив на нас разъяренный взгляд, она повернулась на каблуках и устремилась прочь с площади тем же путем, каким мы пришли сюда. Наверняка она направилась в больницу.

— Ох, Джок, как ты мог? — полусмеясь-полуплача вздыхала Мег. — Как ты мог? Теперь я наверняка потеряю работу!

Ох, Джок, ты все испортил! — одновременно причитала Лиз, безрезультатно дергая его за ошейник. — Теперь уже не имеет значения, что миссис Мак рассказала о грабителе. Теперь у нас снова начнутся неприятности. Ты три раза напал на этого человека! Когда об этом узнает дочь миссис Мак, она постарается как можно скорее отправить тебя к ветеринару!

Джок не обращал никакого внимания на ее нытье. Он продолжал рычать, не давая почтальону подняться.

— Уберите его! — вопил почтальон.

У меня в глазах помутилось от всего этого ужаса, я посмотрела вниз и увидела его ноги, беспомощно раскинутые по земле.

И я вдруг заулыбалась.

Ник подтолкнул меня.

— Пошли, Ришель. Чего ты ждешь? Ваш выход, Красавица и Чудовище.

— Нет, — буркнула я. — Почему я? — И снова улыбнулась.

— Ришель, ради всего святого! — закипала Лиз. — Как ты можешь улыбаться? Ты не понимаешь, чем это чревато для Джока?

Я пожала плечами.

— Нет нужды беспокоиться за Джока, — сказала я.

— Нет нужды беспокоиться? — недоверчиво повторил Элмо. — Он только что набросился на невинного парня на глазах пятидесяти свидетелей, а ты говоришь — не беспокоиться?

— Да, говорю, — ответила я.

— Уберите его! — кричал почтальон. — Уберите! Вызовите полицию!

Рот Элмо стал открываться и закрываться, как у золотой рыбки.

Должна признаться, я действительно любовалась собой. У меня не часто появлялась возможность держать других в неведении, и я хотела насладиться ею в полной мере. Тем временем начинало казаться, что они никогда не догадаются, поэтому я решила дать им зацепку.

— Взгляните на его обувь, — посоветовала я. — На туфли почтальона.

Разные люди обращают внимание на разные вещи. Я всегда замечаю одежду. Я автоматически отмечаю, кто во что одет. Даже в тех случаях, когда эти люди лежат лицом вниз на земле с огромной собакой на спине.

— Самые обычные теннисные туфли, — равнодушно отметил Том. — Почти новые.

— Посмотрите на подошвы, — вздохнула я. — У него так кое-что есть на подметках,

не так ли?

— Да, конечно, — воскликнула Лиз. — Смотри, Ришель, ты…

Но Ник хмурился.

— Немного грязи, — ворчал он, разглядывая подошвы теннисных туфель почтальона. — Кнопка. Несколько маленьких камешков — красный, черный, белый…

— Красная, черная и белая бисеринки, — поправила его я. — С пола миссис Мак.

Они изумленно посмотрели на меня. Я поняла, что мне придется им разжевать.

— Видите? — спросила я. — У него на подошве бисеринки от бус миссис Мак. Значит, он побывал дома у миссис Мак в тот вечер, когда порвались бусы. Получается, что он и есть грабитель.

Наконец до остальных дошло, почему я не слишком спешила спасать почтальона. Правда, Джок напал на него, но он явно не был невинным парнем. Так что у Джока появилась уважительная причина для такого поведения. Он не покалечил этого человека. Он просто задержал его. Он был убежден, что это враг, обидевший миссис Мак, враг, который не должен снова ускользнуть.

Мы были настроены более чем решительно. Мы заявили почтальону, что не уберем собаку, пока он не сознается. Должно быть, Джок действительно нагнал на него такого страху, что он сразу же заговорил. Не прошло и пяти минут, как он во всем сознался. Недостатка в свидетелях признания не было. Взять хотя бы целый духовой оркестр.

И только после этого я уговорила Джока дать ему подняться. Два человека караулили почтальона до прибытия полиции, но, думаю, они могли не волноваться. Ему и в голову не пришло бы бежать, пока за ним следил Джок, рычавший, стоило парню только пошевелиться.

После того как полиция увезла грабителя, Мег пошла домой, а мы заглянули в «Черную кошку» съесть пирога с творогом и выпить кофе. Какое-то время мы молчали, тяжело опустившись на стулья в полном изнеможении.

Наконец Санни подалась вперед.

— Ришель, это было тонкое наблюдение, — сказала она.

Я покачала головой.

— Не такое уж тонкое, — возразила я. — Подошвы своих теннисных туфель с бисеринками он выставил на всеобщее обозрение.

— Но никто из нас вообще не обратил на них внимания, — сказала Лиз. — Так же как и на некоторые другие вещи. Я имею в виду, что мы могли бы догадаться, почему Джок так ненавидит этого почтальона.

— Поясни, — попросил Том. — Если думать таким образом, ты должна была бы сделать вывод, что грабитель — это я. В конце концов, меня ведь Джок тоже невзлюбил.

— Я думал об этом, — сказал Ник. — И, знаешь, тут другой ключ к разгадке. Джок вообще незлобный пес. Фактически о

ни разу не укусил ни тебя, ни почтальона. Но он гонялся за вами и прыгал на вас обоих.

— Ну и?

Итак, он вел себя как сторожевая собака. Джок ополчился на тебя, потому что в первый день ты толкнул его обожаемую Ришель, а потом еще наехал на нее инвалидным креслом. Он думал, ты обижаешь ее. Мы все это понимаем. Мы должны были догадаться, что, когда он повел себя так же с почтальоном, это было вызвано тем, что тот обидел кого-то, кого Джок тоже любил, — миссис Мак.

— Мы должны были с самого начала заподозрить почтальона, — проворчал Элмо. — В конце концов, ему было весьма удобно планировать ограбления. У почтальона тысяча возможностей узнать привычки каждого в своем районе, особенно если кто-то любит поболтать. Он знает, кто живет один, какие у кого склонности, когда кто уходит на работу и так далее.

— И все ему доверяли, потому что видели каждый день, — добавила Санни. — Это заставляет задуматься.

Мы посмотрели в окно, за которым на дорожке сидел Джок, привязанный за поводок к фонарному столбу. Он радостно наблюдал за группой маленьких детей, которые подталкивали друг друга и перешептывались.

— Это собака, которая поймала грабителя. Пока мы смотрели, одна женщина улыбнулась ему и угостила половиной пончика.

— Символично, — проговорила я возмущенно. — Что бы ни случилось, этот пес всегда на высоте.

После этого случая у каждого из нас в конце концов все сложилось вполне нормально. Когда Хезер узнала, что Джок поймал грабителя, она простила его. Она также заплатила нам долг миссис Мак, осчастливив Ника. А миссис Мак начала быстро поправляться после того, как ее навестил Джок.