Сон в тысячу лет (СИ) - Елена Кондрацкая

опустила глаза и заметила, что на ногах у нее чужие дзори, на размер больше положенного. Вот же… — А ты меня как нашёл?

— По запаху, конечно. Такую свинку учуял бы и за добрый ри.

— Прекрати меня так называть!

Рэйден ничего не ответил, только усмехнулся и достал из-за пояса красную маску тэнгу в виде вороньей морды с массивынм клювом с золотой каймой и гривой из белой шерсти. Быстрым небрежным движением он нахлобучил маску на голову Мико. На изнанке маски Мико успела разглядеть незнакомые иероглифы.

— Вот так-то лучше. Теперь сойдёшь за свою, — криво улыбнулся Рэйден, поправляя маску. — И не будешь привлекать лишнего внимания.

— Что это? — Мико недоверчиво ощупала гладкий деревянный клюв.

— Немного магии, св… — Рэйден осекся, прочистил горло, сделав вид, что закашлялся и продолжил. — Пока маска на тебе, ёкаи будут думать, что ты тоже ёкай. Не все, конечно, мелочь вроде каппы и других низших ёкаев. С высшими вроде меня, Акиры или той же Бунко такой трюк не пройдёт. Но всё же лучше, чем ничего.

Мико задумчиво провела по жёсткой шерсти на затылке вороньей головы, вспоминая, как Рэйден, перед её походом к Бунко подходил к прилавку с масками. Вот, значит, зачем, — купить одну для неё?

Рэйден тем временем уже развернулся и направился прочь из переулка.

— Почему ты мне помогаешь? — спросила Мико, догоняя его. — Сначала пытался съесть, а потом вдруг стал помогать. Это какая-то игра? Какой-то хитрый план?

Рэйден усмехнулся и слегка запрокинул голову, так что Мико разглядела, как подрагивал его острый кадык.

— Просто… — он задумался. — Теперь ты принадлежишь Акире. А значит, трогать тебя нельзя.

Слово «принадлежишь» он произнёс с какой-то особой интонацией, природу которой Мико ухватить не удалось. Наверное, это было что-то близкое к досаде.

— Я никому не принадлежу. — Мико свела брови.

— Да? — Рэйден сверкнул глазами и хищно улыбнулся. — Осторожнее с такими речами, а то я решу, что могу тебя забрать.

— И сожрать? — хмыкнула Мико, хотя внутри у неё всё сжалось.

Рэйден хмыкнул ей в тон и неопределённо пожал плечами.

На улице появился перепуганный Акира. Таким его — вечно спокойного и невозмутимого — Мико видела впервые. Волосы разметал ветер, на щеках — пятна румянца, в округлившихся глазах — страх. Кимоно распахнулось от бега, обнажив широкую грудь.

— Мико! — воскликнул он, бросаясь ей навстречу. — Слава богам, ты в цела!

Его тёплые руки обхватили Мико за плечи и прижали к груди.

— Я боялся, что потерял тебя! — выдохнул он, а Мико вновь ничего не смогла с собой поделать и почувствовала, как вспыхнули щёки. — Думал, что ты увидела в зеркале что-то страшное, и сама пошла вызволять сестру!

Мико вздрогнула. Перед глазами снова возникло счастливое лицо Хотару в объятиях любимого. От этого ей захотелось прижаться к Акире ещё крепче.

— Нет, — покачала она головой, вдыхая нежный запах Акиры. — С Хотару, кажется, всё в порядке.

====== Глава 9. Лепестки вечности ======

В замок Акиры они вернулись ещё до рассвета. Акира предложил прогуляться по саду и подробно рассказать, что Мико увидела в зеркале. Рэйден на это предложение театрально закатил глаза и, заявив, что умирает с голоду, направился в сторону кухни.

Сад раскинулся за замком и стелился по холму разноцветным покрывалом цветущих деревьев и кустарников. Белая слива сменялась розовой сакурой, фиолетовая глициния — голубой гортензией, синие ирисы превращались в красную космею.

Мико брела по каменным дорожкам и рассказывала обо всё увиденном в зеркале Акире. Он слушал молча, изредка кивая.

— Я думала, что её похитили, что она страдает, но… выходит, мне не нужно было её искать? Это зеркало… ему, правда, можно верить?

— Зеркало Бунко показывает только правду — такова его суть. Оно отражает действительность, но не способно выдумать свою. Если оно показало, что у твоей сестры всё хорошо, значит, так оно и есть. Ты… не рада?

— Рада, конечно, рада! — воскликнула Мико, чувствуя, что краснеет. — Это то, чего я действительно хотела, чтобы у Хотару всё было хорошо. Просто… я чувствую себя такой дурой теперь.

Акира остановился и посмотрел Мико в глаза.

— Ты не дура, Мико. Ты заботливая старшая сестра. Не каждая бы, оказавшись на твоём месте, так бесстрашно и самоотверженно бросилась в земли Истока на поиски. Признаться честно, именно эта твоя храбрость очаровала меня, заставила тебя разглядеть.

Акира смущённо отвёл взгляд, а Мико застыла на месте, не зная куда спрятать глаза и руки. И судя по жару, обдавшему лицо и уши, она покраснела пуще маковых бутонов под ногами. Что он такое говорит? И почему на его щеках тоже появился румянец? Мико поспешила сменить тему.

— Думаешь, этот ёкай, с которым сейчас Хотару, её не обидит?

Лицо Акиры стало серьёзным, в глазах мелькнула тень печали, и он посмотрел ввысь, на чистое ночное небо, усыпанное искрами звёзд.

— Мы — высшие ёкаи — любим совсем не так, как люди. Нам нужен один лишь взгляд, чтобы полюбить, и изменить это чувство мы уже не можем. Оно больше и сильнее нас. Так что и навредить своим любимым мы не можем. Мы скорее умрём. Умрём защищая, умрём, если нас отвергнут, умрём, если того захочет тот, кого мы любим. И наша любовь будет длиться до тех пор, пока бьётся наше сердце. А биться оно может целую вечность.

Мико затаила дыхание, во все глаза глядя на Акиру.

— Так что нет, если он её любит, то никогда не причинит ей вреда и не сделает больно.

— А ты? — вдруг вырвалось у Мико. — Уже влюблялся?

Акира перевёл янтарные глаза на Мико, и её сердце отчего-то забилось чаще.

— Да, — ответил он. — И надеюсь однажды увидеть то же чувство в её глазах.

Указательным пальцем Акира подцепил вороний клюв маски тэнгу и сдвинул назад. Маска не удержалась на голове и упала на землю, но Мико это едва ли заметила, захваченная в плен его взглядом. Акира наклонился к Мико, и его губы замерли в мгновении от её губ. Его дыхание щекотало кожу, принося с собой аромат яблок, а когда их губы наконец соприкоснулись, мир остановился. По спине промчалась сладкая, тёплая волна, страх смешался с желанием и горел в груди, расплавленным металлом стекая