Франсиско Франко и его время - Светлана Пожарская

Тогда Мигель Унамуно, великий поэт и мыслитель, оставшийся во франкистской зоне и продолжавший занимать пост ректора Саламанкского университета, а потому председательствующий на этой церемонии, бросил в лицо всесильного друга Франко свои знаменитые слова, ставшие своего рода эпитафией франкизму: «Это — храм интеллигенции, и я его первосвященник. И что бы ни говорилось в притче, всегда был пророком в своем Отечестве… Вы можете победить, но не можете убедить… Ненависть не оставляет места состраданию. Мне кажется бесполезным просить вас подумать об Испании»[69]. Жена Франко, Кармен Пола, присутствовавшая на церемонии, взяла философа под руку и увела его, спасая от разъяренных сподвижников Астрая. Ее защита не спасла Унамуно: великому философу запретили после этого выходить из дома. 31 декабря 1936 г. его не стало. Говорят, что его последними словами были: «Несмотря ни на что, Испания спасется».

История не сохранила достоверных свидетельств о реакции Франко на эти события. Его занимали другие проблемы: как наверстать время, потраченное на завоевание Толедо.

Это потерянное время дорого обошлось Франко, хотя он и не сразу это осознал. До Мадрида оставалось 75 км, и Франко не сомневался, что через неделю он будет у стен Мадрида, а там и закончится война. Сменив Ягуэ, авторитет которого в войсках несколько померк из-за задержки при взятии Алькасара, на X. Варелу, Франко отдал приказ двигаться на Мадрид четырьмя колоннами. Тогда и родилось знаменитое изречение Молы, командовавшего соединениями северо-запада: «А пятая колонна нас будет ожидать в Мадриде».

«Многие тогда, как в Испании, так и за ее рубежами, были уверены, что уже невозможно противостоять Вареле», — замечает П. Moa. Но они ошибались.

4 сентября было сформировано правительство Народного фронта, которое возглавил социалист Ф. Ларго Кабальеро. В правительство впервые за всю историю Западной Европы вошли два представителя Компартии — члены Политбюро В. Урибе и X. Эрнандес: на этом настоял сам Ларго Кабальеро. 30 сентября был издан приказ военного министра — этот пост Ларго Кабальеро оставил за собой — о переводе отрядов народной милиции Центрального фронта, а с 20-го октября и всех остальных, на положение воинских частей. 16 октября Ларго Кабальеро был поставлен во главе всех вооруженных сил Республики в качестве верховного главнокомандующего.

Первые шесть бригад были созданы к середине октября. Первую бригаду возглавил Э. Листер, окончивший в свое время Академию вооруженных сил СССР им. Фрунзе. Затем были созданы еще четыре бригады. 14 октября в Альбасете прибыли первые иностранные добровольцы. К 22 октября — официальной дате создания интербригад — было сформировано три батальона в номенклатуре республиканской армии. 1 ноября Ларго Кабальеро назначил командующим 11-й бригадой генерала Клебера (Манфреда Штерна).

Но один человеческий фактор был явно недостаточен, Республике были необходимы массированные поставки вооружения извне, так как испанская военная промышленность была не в состоянии обеспечить армию.

По мнению П. Moa, если война и продолжилась, это вовсе не означало, что Франко ошибался в своих прогнозах. Причину этому Moa видит в «советском факторе», который Франко до тех пор игнорировал, несмотря на предостережения Берлина. По свидетельству Р. Ванситарта, постоянного заместителя министра иностранных дел Великобритании, посетившего Берлин в конце июля — начале августа, и особенно после беседы с Гитлером 5 августа, «русский аспект в Испании был решающим фактором, определившим реакцию гитлеровской Германии на испанскую гражданскую войну»[70]. Гитлер ошибся лишь в сроках — решение политбюро ЦК ВКП (б) об «Операции X» было принято 29 сентября 1936 г.

Ю. Рыбалкин впервые в отечественной историографии опубликовал документы, дающие представление о том, как принималось это постановление.

«Вопрос НКО

а) Утвердить план операции по доставке личного состава и специальных машин в «X» (в Испанию. — Примеч. авт.), возложив полное осуществление всей операции на тт. Урицкого (начальник Разведывательного управления НКО СССР. — Примеч. авт.) и Судьина (тогда исполняющий обязанности народного комиссара внешней торговли СССР. — Примеч. авт.).

б) На проведение специальной операции отпустить Разведупру (Разведывательное управление НКО. — Примеч. авт.) 11 910 000 советских рублей и 190 000 американских долларов.

Выписки посланы: тт. Урицкому — все, Судьину — «а», Гринько (народный комиссар финансов СССР. — Примеч. авт.) — «б»».

В основу постановления был положен план, разработанный 14 сентября С. Урицким и А. Слуцким (начальник иностранного отдела НКВД).

Все последующие решения о военной помощи республиканской Испании также принимались на заседаниях Политбюро. Однако окончательное слово по объемам и срокам поставок было за Сталиным. Находясь в сентябре 1936 г. на отдыхе в Сочи, он по телефону руководил всей работой по организации «Операции X». В то время на просьбы республиканского правительства советское руководство реагировало оперативно, о чем свидетельствуют сохранившиеся записи телефонных переговоров. В связи с этим интерес представляют записки наркома обороны СССР маршала К. Е. Ворошилова:

«26/IX 1936 г. 15 ч.[асов] 45 м.[инут] Позвонил т. С. [талин] с С. [очи] и предложил обсудить вопросы:

1) Продажу 80–100 танков системы «Викерс» (Т-26. — Примеч. авт.) с посылкой необходимого количества обслуживающего персонала. На танках не должно быть никаких признаков сов.[етских] заводов.

2) Продать через Мексику 50–60 «СБ» (скоростной бомбардировщик. — Примеч. авт.), вооружив их иностранными пулеметами. Вопросы обсудить срочно. КВ».

Уже на следующий день нарком обороны докладывал Сталину:

«…подготовлены к отправке 100 танков, 387 специалистов; посылаем 30 самолетов без пулеметов, на 15 самолетов полностью экипажи, бомбы. Пароход идет в Мексику и заходит в Картахену. Танки посылаем 50 шт.»

«Сочи — Сталину

Для памяти по авиации для друзей сообщаю:

1) где находятся в пути пароходы, с чем, сколько.

Прошу указаний по новым поставкам. 15.Х.36 г. Ворошилов».

На заседании Политбюро 9 октября 1936 г. Ворошилову было поручено «срочно подготовить 50 шт. автоброневиков: 30 больших трехосных, вооруженных двумя пулеметами, и 20 малых, вооруженных одним пулеметом»[71].

Для реализации военных поставок в рамках «Операции X» были задействованы как советские, так и испанские грузовые суда. Корабли, на которых прибывало вооружение, условно назывались «Y», они доставили в испанские порты свыше 500 тыс. т вооружения, боеприпасов и других материалов. Всего с октября 1936 по февраль 1939 г. в портах Испании разгрузились 66 «Y». Последний «Y» вышел из Марселя в Картахену 23 февраля 1939 г.[72]