Единение - Даниил Филатов

резко поднялся с места. Перед ним стоял мужчина в офицерской форме ОПЗМ в чине полковника. Седовласый, короткостриженный, японец смотрел на генерального директора глазами налитыми кровью. Титов мельком посмотрел на пояс, кобура была пуста, а значит вооруженного нападения можно не ожидать. И все же…

— Я наконец- то привлек ваше внимание! — выкрикнул ОПЗМовец, — столько времени прошло, столько пустых запросов и столько формальных ответов! Я заставлю вас обратить внимание на наши проблемы… Весь…мой…полк! Весь мой полк погиб на границе из- за того, что указания должны были пройти пять региональных штабов, из- за того, что Сектор так широк. Не хватило каких- то пяти минут. Пять минут! — кричал полковник, — и три сотни из пяти не вернутся домой. Это заставит вас заняться нашими проблемами или нет?! Или для вас триста ОПЗМовцев лишь строчка в отчете о боевых потерях?! Я заставлю, — он выхватил пистолет из- за пояса, но приставил к своей голове, — вас обратить внимание, даже если это будет стоить мне жизни!

— Опустите пистолет, — спокойно произнес Константин.

Захваченный его Даром полковник тут же выполнил приказ. Взгляд его остекленел, рука сама убрала оружие в кобуру. Секунду спустя ворвались гвардейцы, схватив мужчину.

— Что вас задержало?! — взорвался Константин, — он успел мне целую речь прочитать и выхватить оружие!

— Началась паника, господин. Толпа…

— Жалкие оправдания, недостойные элитных солдат и моей личной охраны! — сердце учащенно билось. Его взволновал не только разрушенный момент, но и обострение проблемы, которой он надеялся заняться много позже. Что это? Крик о помощи или спланированная акция?

Следом за гвардейцами вбежал второй мужчина, его чин был на две ступени ниже. Майор посмотрел сначала на задержанного, потом на генерального директора и тут же упал на колени.

— Господин! Прошу прощения за поведение полковника Хаябусы! Не наказывайте его, как его подчиненный, я почту за честь принять ваш гнев! Полковник глубоко расстроен потерями вверенных ему людей и не понимает, что творит! Нижайше прошу прощения!

Похоже, что неформальная беседа откладывается. Титов посмотрел на Анну: девушка с испугом, но в то же время и с интересом наблюдала за происходящим.

— Нужно с этим разобраться, — произнес Константин, обращаясь к ней, — похоже, подписание придется отложить. Как и наш разговор.

— Я все понимаю, — переводя дыхание ответила девушка, — позволите вам помочь?

Титов кивнул.

Гвардейцы вывели полковника и сопровождавшего его майора, передали их прибывшим на место сотрудникам СГБ. Константин же решил дождаться своего автомобиля.

— Капитан, — обратился он к старшему сотруднику СГБ, — я хочу лично побеседовать с полковником и майором. Как только пройдут все формальности, сообщите мне. До официального допроса следователем, вам ясно?

— Да, господин!

После этих слов подъехал его черный седан, Константин пропустил Анну вперед, после чего сел сам, захлопнув дверь.

— В гостиницу, — сказал Константин, и машина тронулась с места, — разместимся, — обратился он уже к Анне, — после чего я отправлюсь на допрос. Вы пока продолжайте работать, разузнайте, что об этом человеке известно официально.

— Как прикажете.

— Можете так мне не отвечать, — махнул рукой Титов, — вот вам еще один факт обо мне: почти всегда я в опасности.

Прибыв в отель, Титов какое- то время еще приходил в себя. Нет, чувство страха его не охватило, скорее, усилилось то самое желание разобраться. Что за человек этот полковник? Что толкнуло его на такой поступок? И кто этому виной: он сам или кто- то со стороны?

Ответы на эти вопросы находились в голове ОПЗМовца, а потому генеральный директор с нетерпением ждал звонка из СГБ.

Он не распаковал чемодан, толком не осматривал номер, лишь попросил поселить его в национальном, тогда как остальные гости предпочли европейские варианты.

Константин не мог найти себе места, лишь изредка посматривал на экран мобильного телефона. В голове среди всех тревог о работе и долге мелькнула на миг мысль. Он остановился посреди гостиной и ухватился за нее, пока не пропала.

С Анной получилось неудобно. Что теперь делать?

Не факт, что он отпугнул от себя девушку. Ситуация была из ряда вон, но в то же время нельзя сказать, что возможность вернуться к непринужденной беседе исчезла. Дверь не закрылась, Константин знал это, не было нужды даже читать ее мысли.

Его размышления прервал осторожный стук в дверь. Кто это? Кто- то из своих, иначе остановили бы гвардейцы. Хотя если брать в расчет случившееся в ресторане…

Титов использовал Дар, открывая для себя мысли того, кто стоял за дверью.

«Наверное, зря пришла, решит, что навязываюсь. Или вообще хочет отдохнуть. Нужно показать какие- то данные, чтобы назвать это причиной. Точно! Мы так и не обсудили то, что я собрала по региону. Хотя теперь важно ли это?»

Константин стоял у двери, слушая ее голос в своей голове. Она не так много говорила в жизни, но пока она не знает о его способностях, можно позволить себе эти моменты.

В дверь снова постучали. Медлить нельзя, иначе уйдет. Титов открыл дверь.

Анна предстала перед ним совсем в другом облике: более неформальном, можно даже сказать домашнем. Девушка надела свободную футболку темно- голубого цвета и джинсы, волосы распустила, теперь он видел, что они спадают ниже плеч, а на ногах она носила теплые домашние тапочки с логотипом гостиницы: мицудомоэ, символом, напоминающим заостренный диск, знаком силы. Она тихо вошла, Константин закрыл за ней дверь. Воцарилось молчание, он не решался вновь заглянуть в ее мысли.

— Я пришла показать вам новые данные по региону.

— Готов выслушать, разумеется.

Константин поспешил убрать с футона свой чемодан в шкаф, после чего они устроились за столиком в кухне, Анна поставила планшет. Однако стол был слишком мал, чтобы комфортно смотреть на изображение, сидя друг на против друга, тогда девушке пришлось сесть рядом. Она попыталась соблюсти дистанцию, но этого не вышло из- за особенности конструкции, а потому между ними было всего каких- то десять сантиметров.

Константин почувствовал человеческое тепло, и его снова посетило то ощущение, но теперь, оно задержалось дольше. Однако он все же старался придерживаться сдержанности и постепенности.

И все- таки решил отбросить никому не нужные формальности.

— Зачем вы на самом деле пришли? — спросил он серьезно.

— Я хотела убедиться, что с вами все в порядке, — не став отпираться, ответила девушка, — вы были очень взволнованы случившимся, но уже на пороге я решила, что зря пришла.

— Лишь на мгновение утратил самообладание, заметив некомпетентность моих людей. Надеюсь, это не разрушило мой непоколебимый образ в ваших глазах, — Титов попытался улыбнуться.

— Нет, но…могу я еще кое о чем спросить?

— Да.

— Тот человек