Горная петля - Сергей Васильевич Самаров

говорится, Аллах, убийство. Только я не понимаю, почему это дело доверили вам, а не нам. У нас и опыта побольше, и оборудование мы, слава Аллаху, необходимое имеем. Вам ведь даже след от колеса мотоцикла снять без нашей помощи сложно.

Полковник словно укорял Сергеева и тем самым снова нагнетал между ними напряжение. Но сам старший лейтенант этого напряжения уже не ощущал и в нескольких фразах объяснил полковнику, почему делом занимается спецназ ГРУ, а не профессиональные следователи. Как-никак, в спецназе военной разведки служат не местные жители, а прикомандированные офицеры и бойцы, постоянно проживающие в разных городах России. И это уменьшает риск возникновения кровной мести, которая может начаться после ликвидации абрека.

– А не проще было бы с помощью пропаганды, которая всегда находится в руках властей, объявить абрека простым уголовником, – все же нашел что возразить полковник.

– Но ведь мы даже не знаем в реальности, кто он такой… Абреком может оказаться и до этого вполне уважаемый член общества.

Полковнику показалось, что старший лейтенант ответил ему заранее заготовленной фразой, и потому он решил, если Сергеев уже прогонял в голове подобный разговор, то спорить с ним не имеет смысла, старший лейтенант заранее готов ответить на любой аргумент полковника контраргументом. И Нияз Муслимович не стал высказывать другие свои доводы, хотя у него в голове они уже созрели. А вместо этого спросил:

– Ты, старлей, насколько я понимаю, отсюда поехал пообщаться с археологами. И как успехи? Дала беседа хоть какой-нибудь результат?

Пришлось Сергею Николаевичу рассказать о том, как его археологи встретили и как попросту не пустили в палатку профессора Ниязова, утверждая, что Бадави Ниязович уехал в районный отдел культуры. Это одинаково могло бы быть и правдой, и попыткой дать профессору время на подготовку. Только вот сразу возникал вопрос: на подготовку к чему?

– А на чем он ездит? – задал старший следователь естественный и простейший вопрос, и Сергеев понял свое упущение. Этого он попросту не спросил. Сказался недостаток опыта в следственных делах. Будь он настоящим следаком, не упустил бы этот вопрос из виду в свете того, что рядом с кабаньей тропой в зарослях белой спиреи был обнаружен след мотоцикла.

– Признаю свой недочет! – сказал Сергей Николаевич.

– Это не недочет, старлей, это грубая ошибка. Недопустимая ошибка, которую ни один настоящий следователь не допустит. Вот тебе и опыт. Но ничего. Я это исправлю. Мне все равно туда ехать следует. Так что не переживай сильно, старлей… Оставь номер своего телефона. Я тебе позже позвоню, поделюсь информацией.

– Спасибо, товарищ полковник… – Сергеев продиктовал номер мобильника, и полковник Гаджигусейнов тут же вбил его в свой сотовый телефон.

– А вашего начальника штаба майора Одуванчикова я помню, хотя лично мы не встречались. Он помогал нам уничтожить уголовника Мамонта, брата-близнеца моего подчиненного старшего следователя Манапа Мансуровича Омаханова, по прозвищу Слон. Прозвище не уголовное. Просто Манап Мансурович сидеть не может – осколки от гранаты в спине и в ногах – и все вынужден стоя делать, как настоящий слон. Он в моем отделе работает. Напомни о Слоне Одуванчикову.

– Обязательно, товарищ полковник, – твердо пообещал Сергеев…

Глава 7

Они проговорили еще восемь минут, дожидаясь, когда вернутся от мотоциклетного следа отправленный младшим сержантом солдат срочной службы и судмедэксперт. Судмедэксперт оказался возрастным говорливым дядькой, однако не передал старшему лейтенанту слепок со следа от мотоцикла, и Сергеев решился все же задать вопрос полковнику Гаджигусейнову.

– Товарищ полковник, вы считаете, что мне слепок со следа ни к чему?

Нияз Муслимович сурово посмотрел на эксперта. Тот не смутился.

– Так мы же два слепка сделали. Можно было бы и третий сделать, но куда его… Да и в качестве третий уже сильно теряет.

Сергеев, все еще находясь под впечатлением от своей оплошности с транспортным средством профессора Ниязова, не решился потребовать себе первый экземпляр. Да и понимал, что в отряде спецназа все равно нет собственной судмедэкспертизы и ему, скорее всего, придется обращаться с просьбой к смежникам из МВД или ФСБ. А МВД, как старший лейтенант знал, со Следственным управлением пользуется услугами одной судмедэкспертизы, и даже, кажется, часть судмедэкспертов сидят в одном здании со следователями. Значит, скорее всего, придется к тому же словоохотливому эксперту и обращаться. Солдат вытащил из рюкзака упакованный в черный пластиковый пакет-маечку слепок со следа от мотоцикла и бережно передал его старшему лейтенанту. Сергеев так же бережно убрал слепок в свой кожаный офицерский планшет. Теперь, когда солдат с судмедэкспертом вернулись, можно было отправляться в обратный путь. Отделение силовой поддержки быстро разместилось в бронетранспортере, куда тут же забрался и сам старший лейтенант, а мехвод сразу газанул.

Ситуация со старшим следователем Следственного управления все равно была неприятной, и Сергеев даже решился позвонить майору Одуванчикову.

– Здравия желаю еще раз, товарищ майор. Старший лейтенант Сергеев, – все же представился он, будучи не уверен, что майор из-за дребезжания стали узнает его голос.

– Ну, наконец-то… – выдохнул Одуванчиков. – А то я уже собрался снова сам тебе звонить. Хотел поинтересоваться, куда ты пропал.

– Здесь я, товарищ майор. И первым делом, пока не забыл, хочу передать вам привет от старшего следователя Следственного управления полковника юстиции Нияза Муслимовича Гаджигусейнова. Это начальник отдела, в котором служит ваш хороший знакомый подполковник Манап Мансурович Омаханов. Вы же с ним, кажется, сотрудничали.

– Омаханов… – раздумчиво протянул начальник штаба, а потом, вспомнив, даже хохотнул. – Тот, который отдал приказ снайперу стрелять в брата-близнеца из крупнокалиберки? Чтобы уж сразу наповал. «Корд» иначе и стрелять-то не умеет. В корпус сбоку попадешь, в восьмидесяти процентах случаев человека пополам разрубает. В голову снайпер угодит, человек без головы остается. А сам выстрел звучит, словно пушка стреляет…

– Я знаю. У меня во взводе «Корд» имеется, – сказал Сергеев и тут же прикусил язык. – Начальник штаба сводного отряда вполне в состоянии своим приказом забрать снайпера или его винтовку в другой взвод, если того будет требовать обстановка.

Но пока майор Одуванчиков пропустил слова старшего лейтенанта мимо ушей. Похоже, в воспоминания ударился.

– Да, Омаханова я отлично помню. И с ним еще раз с удовольствием поработал бы. Но ты говорил, что нынешнее дело в руках полковника Гаджигусейнова… Или я тебя неправильно понял?

– Правильно поняли, товарищ майор. Полковник Гаджигусейнов Нияз Муслимович.

– Что за тип, я его не знаю.

– Зато я с ним познакомился. И даже успел и в конфликт вступить, и помириться… В целом Нияз Муслимович производит впечатление серьезного, но при этом и добродушного человека, с которым можно совместно