Штиль во время шторма - Aidan Show

Мужчина зябко передернул плечами на входе, сметая с себя снежинки. Стряхнул с ботинок грязь и пошел вперёд по коридору.

Шумов ступал осторожно, будто по минному полю. В голове толпилось множество мыслей.

С чего начать-то епрст?

Лера сидела к нему спиной, вытянула руки вверх, потянувшись и мурлыкнув особо мило что-то себе под нос. Шумов от такой картины только облизнулся, желая притянуть этот лакомый кусочек к себе, покусывая и посасывая нежную кожу в области шеи и груди.

Андрей всегда с интересом гадал, какого же цвета были соски у Леры.

Фетиш у него что ли такой?

Но стоило только подумать, как от этой мысли в паху остро простреливало томление, а руки шли в пляс от навязчивого желания, заставляя влюбленное сердце пойти галопом.

Половица под ногой Шумова предательски скрипнула. Лера от неожиданности вскочила со своего стула, вскрикнула испуганно и обернулась на нарушителя её уединения. — Какого х…??? Шум? — девушка гневно зыркнула, поджимая манящие губы от недовольства.

— Не знал, что мы перешли на наши прозвища, Тучка. Решила молодость вспомнить? — Леру такой ответ неудовлетворил, поэтому она фыркнула, отворнулась от Андрея, будто утратила интерес к его персоне.

Девушка вновь закрывала от Шумова, складывая руки на груди и отступая на пару шагов лицом к окну, будто ища защиты. Не подозревая, что своими действиями она дала отличную возможность Адрею как следуюет себя рассмотреть в ее сегодняшнем образе. Гардероб Лера подбирала всегда с особым вкусом.

Глубоко синее платье немного ниже колен с юбкой форме колокольчика и рукавом ¾, шикарно подчеркивало достоинства фигуры, а «v» образный вырез на груди заманчиво притягивал голодный взгляд Шумова. Каштановые густые волосы подруга неизменно заплела в причудливый колосок.

Шумов завидев такую реакцию, сдержал подступающий смешок. — И вовсе не Тучка. — ещё пуще надула губы она, все же повернувшись лицом к другу семьи.

Если Лера дулась на Андрея, выглядело это до невозможного мило. Но когда так поступала Мира, она скорее становилась похожа на бесячую утку.

— Это ты своему отражению в зеркале скажи. — хохотнул Андрей, расстегивая полы пальто.

— Пошёл к черту, Шум! — если раньше эти перепалки были вызваны взаимной ненавистью друг к другу, то сейчас казались Шумову сладкой прелюдией. Ему нравилось её дразнить, видя при этом, как Лера хмурит брови, а глаза вспыхивают знакомым когда-то огнём, думая о чем-то своём.

Но девушка похоже его позицию не разделяла.

Он потихоньку надвигался на эту милую Тучку. А Тучкой Лера конечно названа в честь её пасмурного и прохладного отношения к Андрею во время их перепалок почти 8 лет назад.

— Только если вместе с тобой. — он глухо сглотнул, впиваясь взглядом в Валерию. — Кстати, поздравляю с разводом, Богатырева.

— Мог и по телефону поздравить, Андрей. — отмахнулась от него девушка. — На этом все? Тогда предлагаю разойтись по домам. — она всегда тараторила, когда волновалась, её будто потряхивало из-за присутствия Шума, что не смогло укрыться от его внимания.

Повода этой тряски сама же Лера не понимала или попросту не желала признавать то, что лежало на поверхности. — Тогда я бы не увидел тебя. — Шумов хамовато оскалился, сокращая расстояние между ними практически до минимума.

— Увидел? Что ж самое время прощаться. Мы закрываемся. — Богатырева вновь нахмурилась, держа оборону, словно строгая химичка во время экзамена, и вытянула угрожающе длинный палец в сторону Шумова, сказав:

— Стой где стоишь! — предупредительно вскрикнула девушка.

— Боишься меня? — он дёрнул уголком рта и нахально облизал тонкие губы.

От этого жеста Лера почувствовала, как приятное тепло пробежало вдоль позвоночника, осыпая её кожу мурашками.

— С чего бы? Просто в порыве злости боюсь прибить тебя чем-нибудь, а в тюрьму не охота. Меня ж ни один суд не оправдает за убийство вице-мэра. И поэтому будет лучше если ты останешься на безопасном расстоянии.

— Может я хочу находиться в зоне опасного расстояния? — склонив голову на бок ответил Шум, впиваясь в неё взглядом.

— Шутки в сторону, Андрей, я буду кричать!

— О! Так даже интереснее, давно хотел послушать как ты кричишь, но может лучше послушаю, как ты стонешь? Богатырева не успела опомниться, как оказалась на подоконнике, платье её бессердечно задралось, открывая для Шумова наилучший доступ к её телу. Однако, девушка смогла с ехидно усмешкой порадоваться, что крайняя преграда в виде антивандальных колготок их все же разделяла.

Она весело хохотнула, пока Андрей крепче прижимал её к себе, но после опомнилась, шумно выдохнув от прикосновения горячего и бесстыжего языка на границе её декольте. — Давно мечтал это сделать — глубоко дыша отозвался возбужденно Андрей.

Глава 9. ПОЗВОЛЬ МНЕ ОСТАТЬСЯ

Хочу остаться, замедлить бегИ не вращаться. Хочу остаться, ведь я не снег, Чтоб возвращаться.

Хочу остаться в глазах твоих, Читая нежность. Хочу остаться, меняя жизньНа бесконечность.

Ю. Старостина

Лера вовсе оторопела от такой резкой смены настроения и поймала себя на мысли, что ей приятно внимание Шумова, как мужчины. Он её волнует, как женщину. Заставляет безумное сердце ускорить шаг, перекрывая при этом мозгу доступ к кислороду, чтобы поменьше думалось.

Она регулярно ловила себя на мысли, что остро желает его коснуться или уткнуться носом куда-нибудь в грудь или шею, чтобы почувствовать его запах. Мужской, немного терпкий, от которого будоражит…

Однако…

Оставалось одно жирное «однако», которое уплывало из её головы. И Богатырева никак не могла поймать эту мысль за хвост под настойчивыми ласками Андрея.

Шумов нагло пользовался моментом дезориентированной подруги, медленно следуя по её телу прохладным после улицы руками, вызывая табун колючих искр у Леры по всему телу.

Поднялся от щиколоток к бедру, плавно завёл ладони под ягодицы и резко притянул Леру лобком к своему возбужденному паху, пока губы исследовали нежные участки её шеи. Его грудь с каждой секундой поднималась все чаще, кровь внутри артерий и вен словно закипала. Хотелось её всю и сразу! И чтобы она сама захотела сказать "да"!

— Как же я хочу тебя, моя соблазнительная Тучка! — выдохнул он ей в губы, слегка прикусывая уголок нежного рта Валерии.

А после сдавленно простонал, от прилива удовольствия, когда Лера закинула свои нежные руки на плечи Шумова и провела пальцами по чёрным, как смоль, волосам.

К этому моменту его грубые пальцы по-хозяйски добрались до чувствительного и полыхающего от возбуждения места Богатыревой. Девушка почувствовала небольшое давление на клитор через белье и колготки, и немного заерзала на месте в предвкушении. Шумов не мог поверить своему