Ричард Блейд, агент Её Величества - Джеффри Лорд

По пути девушка выложила все, что знала о друсах. Пережитый ужас развязал ей язык, и она говорила без умолку. Блейда, хотя он и являлся по натуре убежденным скептиком, увиденная сцена потрясла настолько, что он стал внимательно прислушиваться к рассказам своей маленькой принцессы. Он впитывал новые сведения и почти механически запоминал их. Позднее, когда будет время, он отделит правду от вымысла. Однако кое-что разведчик уже понял. Орден друсов нельзя просто игнорировать, он — неотъемлемая и важная часть этого мира. Друсы творили зло, и они же творили добро. По словам Талин, все тайные искусства Альбы, медицина и образование, ремесла и научные знания, а главное — магия, — все это было сосредоточено в их руках. И горе тому, кто попытался бы покуситься на их права и власть!

Блейд узнал, что принцесса возвращалась домой после четырехлетнего обучения в монастыре друсов, что стоял на берегу Пролива. Люди королевы Беаты перебили эскорт и схватили девушку несколько дней назад. Беата приходилась сестрой Воту Северному, что не мешало им ненавидеть друг друга с присущей феодальным властителям свирепостью.

— Беата собиралась держать меня в своем замке, — рассказывала Талин, — пока не получит большой выкуп от отца вместе со множеством разных уступок и привилегий. Отец очень любит меня, я его единственная дочь, и этой мерзавке Беате удалось бы добиться своего. Но у меня хватило ума и терпения дождаться подходящего случая. Я притворилась очень робкой и напуганной, Блейд, а затем стала плакать и говорить Беате, что заключение убивает меня. Я попросила, чтобы мне разрешили погулять в лесу, я умоляла её об этом на коленях и, клянусь Фриггой, она дорого заплатит за мое унижение! Я говорила, что умру без солнца и воздуха — а какая ей выгода от мертвой принцессы? И я сумела её обмануть! Разве не хитро, а, Блейд?

— Превосходная операция, — мрачно заметил разведчик — Значит, ты выждала подходящий момент, схватила меч и прикончила парня, который стерег тебя? Да, все сделано очень ловко и только одна маленькая деталь меня смущает.

Тропинка стала шире, камни почти исчезли и идти стало легче. Девушка шагала теперь рядом с Блейдом, повернув голову, она посмотрела на него.

— Что же тебе не понятно, Блейд?

Сохраняя бесстрастное выражение лица, разведчик заявил:

— Я признаю, что ты совершила смелый поступок, убить воина — немалый подвиг для молодой девушки вроде тебя. Но как ты оказалась наедине с ним? Неужели тебя стерег только один человек? Из того, что ты рассказала мне про Беату, ясно, что глупой её не назовешь. Вероятно, там были другие стражи… Как же ты от них избавилась?

Блейд заметил, как помрачнело лицо Талин, и отвел глаза в сторону. Хитрости этой юной девушки были настолько прозрачны, что он едва сдержал улыбку. Но последние часы они хорошо ладили между собой, и он не хотел донимать её насмешками.

— Ты задаешь слишком много вопросов, Блейд, — хмуро произнесла Талин. — Нехороших вопросов! Какое тебе дело, как я…

— Никакого, — поспешно прервал он, — совсем никакого, принцесса. Забудь об этом.

С минуту или больше они в молчании мерили шагами пыльную дорогу. Наконец Талин тяжело вздохнула и сказала:

— Ты прав, Блейд. Наверно, в своей стране ты слывешь большим мудрецом. — Она снова вздохнула. — Да, там было много стражей, но я выбрала одного, который показался мне слабее остальных… и заморочила ему голову, кое-что пообещав. Негодяй имел приятную внешность и знал об этом, так что он поверил, когда я сказала, что… что хочу его. Но я поклялась, что не дам прикоснуться к себе, если кто-нибудь будет рядом… и он устроил так, что мы оказались одни. Мне пришлось вытерпеть его объятия, чтобы добраться до меча; а потом я прикончила его и убежала. И наткнулась на тебя — ты спал у ручья, совсем голый… такой же, как сейчас.

Она снова нахмурилась, капризно сжав губы. Скользнув взглядом блестящих карих глаз по обнаженному телу разведчика, она заявила:

— Вот что я скажу тебе, Блейд. Твой вид начинает меня раздражать! Ты такой огромный… Слишком много в тебе всего…

Взгляд Талин опять скользнул по телу мужчины, задержавшись пониже пояса. Она скорчила гримаску и отвернулась с притворным негодованием.

— Прикройся чем-нибудь, Блейд. Я приказываю! Меня тошнит от твоего вида!

С насмешливой улыбкой Блейд отсалютовал мечом.

— С радостью, принцесса. Но где я возьму одежду? Или ты прямо сейчас, не сходя с места, готова сшить мне штаны?

Однако спустя минуту эта проблема разрешилась сама собой — способом, который они не могли предвидеть. Дорога повернула, и путники оказались в открытом поле, огороженном грубым невысоким барьером из битого камня. Поле было обработано и, по-видимому, охранялось, так как прямо на них уставился человек с угрожающе поднятым мечом.

Блейд прыгнул вперед, загораживая девушку, выставив вперед свой клинок, он крикнул:

— Отойди назад!

Талин рассмеялась. Приглядевшись, разведчик от всей души присоединился к ней, согнувшись пополам от хохота. Так нелепо обмануться!

Однако это огородное пугало вполне походило на человека. Если наткнуться на него неожиданно, да еще после приключений в ночном лесу, то и деревянный меч можно было принять за настоящий.

Талин смеялась, не в силах остановиться, показывая руками то на Блейда, то на жалкое сооружение из палок, соломы и старой ветхой одежды.

— Ты… ты… — повторяла она между приступами хохота, — пытался защитить меня от этого…

Не обращая на нее внимания, Блейд перепрыгнул через каменную изгородь и стянул с пугала дырявые штаны из холстины. Они были узковаты для его мощных мускулистых бедер, но в остальном вполне подошли. Блейд вернулся к Талин, размышляя о том глубоком удовлетворении, которое испытывает мужчина, раздобывший пару штанов. Пусть даже совсем драных…

К этому времени небо на востоке уже посветлело. Девушка успокоилась, вид спутника больше не смущал ее. Они продолжили путь, и Блейд, довольный нежданным подарком судьбы, не смущался тем, что выглядит шутом; к Талин же вернулось хорошее настроение, и она болтала как сорока. Блейд в основном помалкивал и изучал окрестности. Они миновали поле, пересекли полосу леса и прошли обширную пустошь, за которой возделанные участки земли перемежались с заболоченными низинами. Вскоре наступивший рассвет явил взору разведчика ряд крытых соломой хижин на сваях, стоявших поодаль от дороги. Над отверстиями в крышах вился дымок, доносивший запахи пищи, на которые пустой желудок Блейда ответил жалобным урчаньем. Силуэты коров и лошадей, пасущихся около домов, казались эфемерными на фоне жемчужно-розового рассветного небосвода. К забору подбежала коза, недобро уставилась на путников желтыми глазами и насмешливо заблеяла.