Скрытые сокровища. Путеводитель по внутреннему миру ребенка - Вайолет Оклендер

Вот история, поведанная мне одной из коллег. Она работала с шестилетней девочкой, подвергавшейся сексуальным домогательствам в дошкольном учебном заведении. Малышка вела себя примерно: улыбалась, выполняла все задания и никогда не выказывала недовольства. У нее часто болел живот, и педиатр порекомендовал матери обратиться за помощью к психотерапевту. Ребенок охотно и дружелюбно шел на сотрудничество, но не проявлял эмоций ни дома, ни в присутствии терапевта. Однажды на совместной сессии с матерью (семья была неполной) терапевт предложила игру. Участники ходили по кругу, и каждый называл свой самый любимый и самый нелюбимый фрукт. На следующем круге нужно было называть овощи. Девочка сказала: «Я не люблю бобы», а потом повернулась к матери и выпалила: «А еще я не люблю, когда ты меня где-нибудь оставляешь и уходишь!» Было очевидно, что полученный навык обсуждать то, что не нравится, дал малышке силы выразить скрытые чувства. Психотерапевт рассказала мне, что это было началом исцеления, которое продолжилось на последующих занятиях.

Я поняла, что у детей возникают удивительные идеи и озарения. Один одиннадцатилетний мальчик, когда я попросила его поговорить со мной от имени супергероя, которого он любил рисовать, сказал: «Я знаю, почему ты просишь меня об этом. Ты хочешь, чтобы я почувствовал свою внутреннюю силу».

Высказывания о себе тесно связаны с овладением проекциями. Цель проективной работы заключается в том, чтобы помочь ребенку сказать о себе то, что ранее было выражено в форме метафоры, но на самом деле несет определенную информацию о его внутренних качествах. Что бы мы ни делали, будь то рисование на вольную тему, занятия с глиной, сценки из песка, – мы создаем мощные метафоры, отражающие нашу жизнь.

Высказывания о самом себе и овладение проекциями развивают самосознание и помогают человеку найти свое место в мире. Осознание собственных качеств не только укрепляет личность, но и способствует изменениям. А вот что пишет об этом феномене Арнольд Бейзер: «Изменений следует ожидать, когда человек становится тем, кто он есть на самом деле, а не когда он пытается стать тем, кем отнюдь не является» (Beiser, 1970, p. 77).

Примеры

В моей книге «Окна в мир ребенка» я привожу примеры детей, делающих подобные высказывания во время занятий с глиной. Двенадцатилетняя девочка слепила солнце с закрытыми глазами. Приняв роль солнца, она улыбнулась (что случалось очень редко с этим ребенком) и рассказала, как она всех согревает, ярко светит и блестит. После этих слов на лице девочки восстановилось ее обычное хмурое выражение. Когда я спросила, чувствовала ли она себя когда-нибудь в реальной жизни как солнце, девочка ответила: «Нет! Я не могу себе позволить быть, как солнце. Если я так сделаю, все подумают, что у меня все хорошо, и ничего не изменится». Это было важное высказывание о ее жизни. Раньше девочка ничего не говорила об источнике своего постоянно плохого настроения.

Моя тринадцатилетняя клиентка, после упражнения на направленную фантазию, в процессе которого она искала собственное место, нарисовала одинокую змею в пустыне. Выступая в роли героини своей картины, она рассказала о своем одиночестве и изолированности от других. Девочка нашла в себе силы осознать пустоту вокруг себя и нарисовала стоящую в пустыне девочку. «Это я, – были ее слова. – Это ведь я стою посреди песков, правда же?»

Мальчик восьми лет по собственному желанию изобразил вулкан. В ответ на просьбу сыграть роль вулкана он описал горячую лаву внутри себя. Я спросила: «Что может быть такого у мальчика, что похоже на раскаленную лаву?» Запнувшись, мальчик выкрикнул: «Злость!» После этого мы провели некоторое время за составлением списка вещей, вызывавших у него злость.

Это всего лишь несколько примеров «овладения собственными проекциями». И в каждом из таких случаев шире приоткрывается окно во внутренний мир ребенка.

Прежде чем научиться выражать гнев, человеку необходимо войти в контакт со своей агрессивной энергией. Это позволяет почувствовать собственную силу и дает уверенность в себе. Многие психотерапевты с опаской относятся к термину «агрессивная энергия», понимая под ним непосредственное проявление агрессии. Между тем эта энергия сродни той, что необходима человеку, чтобы откусить от яблока. Она нужна для совершения любых действий. Вполне очевидно, что стеснительные или брошенные дети испытывают недостаток в агрессивной энергии. Важно знать, что озлобленные, задиристые и непослушные дети тоже испытывают ее недостаток. Эта сила рождается внутри и создает ощущение спокойной мощи. Импульсивные реакции детей идут не от их глубинной сути, а носят внешний характер, без какой-либо внутренней опоры. Детям нужен подобный опыт, чтобы отыскать внутри себя силы, необходимые для выражения глубоко спрятанных чувств.

Чтобы занятия на выявление агрессивной энергии оказались эффективными, важно обеспечить наличие определенных условий и придерживаться ряда правил.

1. Между психотерапевтом и ребенком должен существовать контакт. Хотя дети могут самостоятельно выполнять задания, требующие участия агрессивной энергии, их деятельность приобретает терапевтическую ценность только в результате контакта с взрослым. Терапевт должен быть полностью включен в процесс.

2. Ребенок должен чувствовать себя в безопасности. Кабинет психолога – остров безопасности для ребенка. Он должен это четко осознавать.

3. Следует установить четкие границы поведения, следование которым должен контролировать терапевт. Именно это дает ребенку чувство защищенности. Он знает, что терапевт никогда не допустит, чтобы события вышли из-под контроля.

4. Необходимо поддерживать атмосферу игры и развлечения. Даже если ребенок столкнулся с серьезной проблемой, ощущение игры во время занятий обязательно должно сохраняться. Без этого ребенок не в состоянии будет справиться с трудностями.

5. Действия должны быть нарочито демонстративны. Детям, утратившим способность к контакту с агрессивной энергии, помогает только явное преувеличение.

6. Содержание занятия неважно. В расчет принимается только приобретаемый опыт. Иногда содержание имеет значение, но надо сосредоточиться на том, чтобы помочь ребенку включиться в деятельность всеми его органами и чувствами.

Для работы с агрессивной энергией можно использовать игры, бои на мягких битах, долбление глины, извлечение музыкальных звуков, барабанный бой, куклы, творческую драматизацию, физические упражнения и игрушки. Заниматься можно в песочнице, во время рисования, составляя списки и придумывая разные утверждения, рассказывая истории и читая книги. Можно разговаривать с глиняными фигурками, рисунками и пустыми стульями. Безусловно, необходимо учитывать возраст детей (хотя многие из них склонны к регрессу, и это благоприятный знак), а также их специфические особенности.

Пример

Одиннадцатилетняя девочка в течение многих лет терпела приставания отчима. Она отказывалась говорить об этом и предпочитала безопасные и спокойные занятия. Однажды я попросила ее взять любую куклу. К моему удивлению, она выбрала аллигатора с огромной пастью. Я тоже нашла крокодила весьма угрожающего вида, и у нас завязался примерно такой диалог:

Крокодил:

Привет! Ого, у тебя такая огромная пасть и столько зубов! Я надеюсь, ты не укусишь меня.

Аллигатор (ребенок):

Нет-нет. Я буду с тобой дружить.

Крокодил:

Да? А мне кажется, что ты меня укусишь! (Крокодил подошел ближе к аллигатору.) Я уверен, что укусишь!

И хотя аллигатор отодвинулся от крокодила, вскоре крокодил оказался у него в пасти. Движение было легким и почти незаметным. Крокодил завопил: «Ой! Ой! Ой! Ты укусил меня!» – и упал на пол.

Девочка воскликнула: «Давай еще! Давай еще!»

К великой радости моей клиентки, мы повторили эту сценку со всеми «плохими» куклами, что нашли в моем кабинете. К моменту вступления в игру третьей куклы, девочка в роли аллигатора резко захватывала добычу в пасть и с силой кусала ее.

Мы сражались до тех пор, пока моя кукла не издавала жалобный вопль: «Ты искусал меня!» – и не падала на пол. Когда «плохих» кукол не осталось, девочка сказала: «Я возьму волшебную палочку и оживлю их», – и мы снова продолжили игру со всеми воскресшими участниками. В конце занятия девочка сияла, она стояла прямо, высоко подняв голову, а на прощание уверенным голосом произнесла: «До свиданья!» Контраст с ее прежней позой и поведением был разителен.