Дети богов - Фарутин Антон

Джип резко затормозил, и трое охранников, вооруженных электрошокерами, выскочили на взлетное поле. Они преградили путь бегущему, но тот разметал их на бегу, словно это были не одни из лучших бойцов, а картонные макеты. Бегущий подбежал уже на расстояние сорока ярдов, когда из-за спины Пирсона вышел пилот вертолета и достал из кобуры свою Беретту 38. Он прицелился и приготовился к выстрелу, однако Кайл рукой отвел его ствол в сторону, вышел вперед и громко прокричал:

– Нет нужды калечить моих людей, Джек!

Бегущий подбежал вплотную и остановился перед Пирсоном. Сзади к нему приблизились потрепанные охранники, один из которых попытался ухватить Джека за плечо, однако тут же оказался поверженным на землю. Стоун ловко держал его выкрученный сустав одной рукой, и охранник орал благим матом на все взлетное поле.

– Джек, отпусти его! – примирительно сказал Пирсон. Затем он кивнул охране: – Господа, этот человек не опасен. Я его знаю, и он не наделает глупостей. Верно, Джек?

– Да, дядя Кайл, – язвительно ответил полицейский.

– Опустите оружие! И пропустите детектива Стоуна ко мне. Мы поедем на моей машине.

Расположившись на заднем сиденье большого черного шевроле, Пирсон внимательно всматривался в лицо Стоуна. После небольшой паузы на его лице вновь появилась извечная улыбка, которая похоже была в моде у преуспевающих миллиардеров.

– Джек, послушай меня. Я знаю, что ты переживаешь гибель своих родителей и хочу, чтобы ты услышал это от меня с самого начала – я искренне сожалею об этом. Ты был маленьким и возможно не помнишь этого, но мы втроем сильно дружили друг с другом еще с университета. Майкл потом женился на Оливии, твоей матери, но мы все были как одна большая семья. Семья ученых, объединенных общими увлечениями. Я искренен с тобой, Джек. Мне долгое время не хватало твоих родителей. Да я и сейчас иногда с большой тоской вспоминаю те ушедшие времена, когда мы затевали все это.

Кайл повел рукой в сторону приближающейся башни «Атлантиса», которая на солнце сияла, словно елочная игрушка в форме гигантской зеркальной шишки. Улыбка сменилась выражением печали, и Джеку на секунду показалось, что он видит подлинную грусть на лице главы корпорации. Впрочем, это не имело значения, и Джек попросту отмахнулся от картинки за окном.

Не доехав до башни метров пятьсот, машина въехала на ярко очерченный оранжевыми полосами прямоугольник и остановилась. Пол автомобиля вздрогнул, и Стоун почувствовал, как автомобиль уходит под землю, находясь на подвижной платформе. Дневной свет постепенно угасал, по мере того как машина опускалась под землю все ниже. Вскоре откуда-то сверху послышался лязг задвигающегося люка, но машина продолжила свой спуск вниз еще какое-то время. Когда она наконец замерла, по бокам вспыхнули разноцветные огни, и они оказались в подземном тоннеле. Платформа с машиной въехала внутрь округлой капсулы, послышалось шипение, и вскоре Джек ощутил, как его тело вдавило в спинку кресла.

– Это наша транспортировочная скоростная платформа. Экспериментальный образец. Люблю испытывать все новое на себе.

Голос Кайла был немного сдавленным, так как разговаривать при таких перегрузках было трудновато. В то же время было видно, что он гордится своим детищем.

– Очередная игрушка, мистер Пирсон?

– Можно и так сказать, – платформа мягко качнулась, притормаживая и давая возможность говорить нормально. – С технологиями всегда так. Когда ты начинаешь что-то новое, то окружающие не верят тебе и смеются над твоими идеями, называя их фантазиями, игрушками или даже бредом сумасшедшего. Это уже зависит от воспитания. К счастью, за последние двадцать пять лет мир здорово изменился, и сейчас отношение людей уже не столь пренебрежительно – технологии входят в моду.

Они вышли из автомобиля, и Джек оглянулся на скоростную платформу. Кайл перехватил его взгляд и поспешил прокомментировать:

– Не обращай внимания на внешний вид и небольшую дистанцию, Джек. Многие наши творения в момент рождения выглядят крайне неказисто и зачастую э-э-э… нелепо. Со скоростной платформой то же самое. Мы еще только нащупываем правильный путь, экспериментируем с параметрами настройки. Но пройдет несколько лет, и ты увидишь, как подобный вид транспорта преобразит представления человечества о логистике. Машины на улице станут анахронизмом, и поверхность планеты снова станет пригодной для жизни. Пойдем наверх, Джек. В кабинете мы сможем спокойно поговорить.

Поднявшись наверх, они оказались на том самом этаже, где накануне Пирсон проводил экскурсию Джеку. Правда, в этот раз они пошли по кольцу не налево, а направо, в ту сторону, где находились административные кабинеты топ-менеджеров корпорации. По пути им встретилась доктор Ева Краун, которая буквально вытаращилась, глядя на небритое и слегка помятое лицо офицера полиции и его одежду, перепачканную зеленой травой. Джек подмигнул ей и послал одну из своих самых обворожительных улыбок, но доктор лишь фыркнула и демонстративно отвернулась, проходя мимо них. Очевидно, что его сегодняшний вид лишь укрепил в ее сознании мысль о правильности своих суждений на его счет.

– Проходи, Джек, присаживайся.

Кайл распахнул перед ним дверь в огромный, но очень уютный и хорошо обставленный кабинет. Они миновали рабочий стол и расположились на низких диванчиках в небольшой лаунж-зоне около широкого панорамного окна.

– Итак, Джек… Буду честен, после вчерашней нашей встречи я попросил навести кое-какие справки о тебе. Думаю, ты не будешь осуждать меня за это. Все-таки можно сказать, что мы познакомились заново спустя столько лет.

– Нашли что-то интересное? – немного язвительно поинтересовался Стоун.

– Пожалуй, да. Несмотря на то, что тебя выгнали со службы в армии за неповиновение приказам начальства, отзывы о тебе весьма положительные. Я ознакомился с материалами служебной проверки по той операции в Африке, в которой погибла вся твоя группа, но там не говорится о том, что послужило причиной отклонения от маршрута. Ты взял всю ответственность на себя, но причин не раскрыл…

– Это и была моя ответственность. Я командовал группой, и гибель ребят останется на моей совести…

– В том районе действовало много террористических группировок, и вас мог подстрелить кто угодно, вряд ли стоит винить себя.

– Я не намерен обсуждать это.

– О’кей, Джек. Если захочешь, то потом всегда можно будет вернуться к этому. В любом случае теперь ты служишь в полиции и, несмотря на некоторые проблемы с коллегами, результаты у тебя весьма впечатляющие.

– Думаю, пора перейти от дифирамбов к настоящему разговору, – прервал его Джек.

– Ну что ж, должен признать, сегодня ты выбрал довольно своеобразный способ поговорить. Я слушаю тебя, Джек.

– Я не буду ходить вокруг да около. Вчера я сказал вам, что расследую убийство вашего бывшего сотрудника, Стива Тревиса. Его убили из-за некой древней книги, которую он, судя по всему, тайно вынес из вашей корпорации и попытался продать на черном рынке. Вчера чуть не убили другого человека, который также был связан с этой книгой. Меня интересует, что такого в ней важного, что ваши люди готовы пойти на тяжкое преступление ради обладания ею?

Пирсон взметнул брови, и его лицо покраснело. Тон стал резким, хотя он и пытался овладеть собой:

– Мои люди?! Осторожнее, детектив. Наше давнее знакомство не дает права оскорблять моих людей. – Пирсон немного успокоился и выдохнул, глядя на полицейского. Затем налил себе очищенной воды в стакан и сделал глубокий глоток. Казалось, этой микропаузы вполне хватило, чтобы полностью взять контроль над собой. – Впрочем, зная тебя, Джек, полагаю, что ты просто не умеешь скруглять углы и всегда идешь напрямик. Вероятно, у тебя есть какие-то факты, позволяющие делать подобные предположения. Предлагаю выложить все карты на стол. Со своей стороны также обещаю полную открытость. По рукам?

– Годится.