Черная дыра (книга 2) - Лопес Евгения

Хадкор взглянул на своего советника с одобрительной улыбкой; опешившая Айзук пару секунд потрясенно смотрела на Дайо, хлопая ресницами, затем все-таки собралась и ответила:

– Состояние принцессы тяжелое. К сожалению, началась инфекция. И хотя операция прошла удачно, в ближайшие двое-трое суток улучшений я не прогнозирую.

– Вы могли бы отправить раненую принцессу со шлюпкой домой, на Атон, – вступил в разговор Алан. – Для заложников вполне хватило бы ее сестры и господина Веланды.

Хадкор медленно повернул голову в его сторону и с минуту молча разглядывал – с таким же интересом, с каким посетители зоопарка взирают на забавную зверушку в клетке.

– Разве я спрашивал Ваше мнение, господин пилот? – наконец осведомился он.

– Нет, – растерялся Алан.

– Тогда на будущее: держите его при себе, – припечатал вергийский «принц».

Алан переглянулся с Айзук: оба чувствовали себя униженными, оба судорожно соображали, что можно было бы противопоставить столь высокомерному обращению, но ничего не могли придумать.

Тем временем официанты принесли заказанные блюда, и все принялись за еду. Хадкор больше не изъявлял желания беседовать с атонцами: он вполголоса переговаривался с Дайо. А Алан, пользуясь возможностью, наблюдал за одним из «вершителей вселенских судеб».

Если бы не неприязнь, которую испытывал он по отношению к Хадкору, он, пожалуй, мог бы назвать того красивым молодым человеком: высокий рост, мужественно развернутые плечи, глаза цвета безоблачного, знойного июльского неба, тонкие, точеные черты лица, аристократические манеры. Однако спесь и заносчивость, сквозящие в этих самых манерах и взгляде, ощущались довольно явственно и производили отталкивающее впечатление. «А вот Рилонда всегда общается очень просто и этим мгновенно располагает к себе, – подумал Алан, – хотя его статус уж точно не ниже…»

Закончив обедать, Хадкор поднялся и, кивнув оставшимся, вышел из столовой. Дайо последовал за ним, но предварительно, убедившись, что за вергийцем закрылась дверь, наклонился к друзьям и быстро прошептал:

– В девять вечера в моей каюте.

Без пяти девять Алан вышел из рубки. Озираясь, прячась и выжидая за поворотами коридоров, никем не замеченный, он достиг каюты Дайо и нырнул в открытую дверь.

Дайо сидел в кресле, он улыбнулся:

– Хорошо, что выбрался, садись. Подождем Айзук.

Айзук появилась через несколько минут. Она не просто вошла – ворвалась, и подскочив к Дайо, остановилась над ним, уперев руки в бока. От нее, словно жар, исходило возмущение, глаза и щеки пылали.

– Что это было?! – воскликнула она. – Сегодня, за обедом? Что это было?!

Дайо попытался сдержать улыбку, но у него не получилось.

– Извини, Айзук, – мягко ответил он. – Мне так нужно было по роли.

– Ага, по роли… И, смотрите-ка, сидит тут еще, улыбается! Такой довольный, спокойный!

– Оставаться спокойными дипломатов учат… А у тебя, я смотрю, горячий темперамент? – Дайо, похоже, нравилось поддразнивать девушку.

Айзук отступила на шаг, и взгляд ее из негодующего вдруг превратился в насмешливый.

– Да. И это – не единственное мое достоинство.

– Вот как? Зачем же ты скрываешь остальные?

– А, так язвить Вы тоже умеете, господин дипломат?

– И это не единственное мое достоинство.

– Ребята, прекратите! – взмолился Алан. – Айзук, сядь, успокойся! Разве ты не понимаешь, что Дайо старается завоевать расположение Хадкора, подружиться с ним?

– Да, я подстраиваюсь под его поведение, чтобы он без сомнений принимал меня за своего и чтобы достичь взаимопонимания.

– И как твои успехи?

– Очень неплохие. Похоже, я вполне устраиваю его в качестве собеседника и советчика.

– Ну-ну, – усмехнулась Айзук и наконец-то тоже уселась в кресло.

– Итак, – Дайо обвел взглядом друзей, – поскольку все угомонились, давайте о деле. Ваши каюты наверняка находятся под наблюдением, поэтому встречаться там рискованно. Здесь я обшарил все до миллиметра, ничего не нашел. Все-таки за своими вергийцы не следят… Однако есть другая опасность: в любой момент ко мне может зайти Хадкор, и я не в праве не впустить его. Если он постучит, Айзук, ты прячешься в шкаф, Алан – под кровать.

Айзук снова усмехнулась.

– Другого выхода нет, если мы не хотим провалить операцию… А теперь, Айзук, расскажи, поподробнее о Геле.

– Геле действительно плохо, – помрачнела девушка. – У нее жар, по большей части бессознательное состояние. Я, конечно, ставлю ей все, что требуется, но инфекция запущена. Нужно еще время.

– Но она выздоровеет?

– Организм молодой, иммунитет хороший… Думаю, да.

– А как ведет себя Веланда?

– Веланда ухаживает за ней лучше любого медика, и ничего предосудительного себе не позволяет. Но выглядит он очень измученным.

– Еще бы, – покачал головой Дайо. – У тебя, Алан, какие новости?

– Подмена координат прошла успешно, – отчитался Алан. – И еще: я скачал схему корабля. Вот, возьмите, – и он протянул каждому план «Урагана».

– О, это замечательно, – обрадовался Дайо. – Это точно пригодится.

– Не знаешь, где заперта Энита?

– Знаю. Вот здесь, – и Дайо показал на самый отдаленный отсек. – Но только очень тебя прошу – не вздумай туда ходить. На таком дальнем пути ты обязательно попадешься на глаза вергийцам, и, кроме того, со слов Хадкора мне известно, что у каюты круглосуточно дежурят сменяющиеся охранники. Они пропускают только официантов, доставляющих Эните еду, и самого Хадкора. Поговорить по космофону тоже не удастся, так как у Хадкора с ней особый канал связи, закрытый для других. Алан, я понимаю, тебе трудно находиться почти рядом с ней и не иметь возможности встретиться, но, пожалуйста, потерпи.

Алан опустил голову: Дайо попал в самую точку. Все это время, находясь на «Урагане», он мечтал об одном – может быть, удастся увидеть Эниту… Хрупкие надежды разбились о реальность, тщательно организованную Хадкором…

Он тяжело вздохнул.

– Конечно, я потерплю.

В этот момент раздался стук в дверь.

– Это Хадкор! – всплеснул руками Дайо. – Прячьтесь!

Айзук мгновенно исчезла в шкафу, Алан залез под кровать. Там, вопреки ожиданиям, было вполне удобно: пушистый ковер и никакой пыли. Алан расположился на спине, закинув руки за голову, и приготовился слушать.

– Зирлам, ты один? – раздался голос Хадкора.

Имя «Зирлам» принадлежало вергийскому дипломату, которого выбрал в посольстве Данхар, и в процессе операции автоматически перешло к Дайо.

– Конечно, один, с кем же мне быть? – голос Дайо звучал абсолютно ровно и безмятежно, как будто секунду назад не было в его каюте никакого переполоха. – Проходи, присаживайся. Что-нибудь выпьешь?

– Нет, не сейчас. Я хотел бы с тобой поговорить.

– Я весь внимание.

– Зирлам, ты когда-нибудь ухаживал за девушкой?

– Хм… Да, приходилось.

– А мне вот нет… Точнее, девушек-то у меня было много, честно сказать, со счету давно сбился, но чтоб вот так, чтобы предпринимать что-то, пытаться обратить на себя внимание, заинтересовать… Такого я никогда не делал, – в его тоне послышалось непривычное смущение.

– Что за странная тема? Я заинтригован.

– Вот именно, со мной тут случилось нечто действительно странное… И мне совсем не с кем посоветоваться, некому рассказать…

– Ну почему же некому? Я готов выслушать. И обещаю, что все останется между нами.

– Я рад, что отец направил ко мне именно тебя, а не какого-нибудь занудного старика. Я заметил, что мы с тобой неплохо понимаем друг друга.

– Это потому, что я тоже вырос в достойной вергийской семье, так же, как и ты. Можешь довериться мне.

– Хорошо. Тогда… Слушай.

ГЛАВА 3. ХАДКОР

Три дня назад, после отправки шлюпки на Атон, Хадкор пребывал в бешенстве. С самых первых минут операции по захвату планы, так тщательно продуманные отцом, были нарушены. Мало того, что Веланда успел стереть память навигатора, так еще и пилот отравил себя и коллег! Кто бы мог подумать, что атонцы окажутся такими сметливыми и находчивыми, и к тому же не пожалеют собственного здоровья ради Декстры?