Палатка для двоих - Дженис Мейнард

Ник, одержимый страстью, был вне себя от счастья. Все его самые смелые мечты об этом моменте меркли в сравнении с действительностью. Рэйчел стала неотъемлемой частью его, без нее не было и его самого. Как невозможно представить лес без пробивающихся сквозь листву солнечных лучей, без теплого грибного дождика, без умиротворяющей тишины, так и жизнь Ника невозможна без любви к Рэйчел.

Ее руки ласкали его, по телу Ника пробежала дрожь и словно искрой воспламенила ответное желание в самой Рэйчел. Она слегка изогнулась, когда почувствовала его нежный укус. Ник губами ласкал ее обнаженную грудь. Рэйчел ощутила его прерывистое дыхание, которое еще больше воспламеняло ее. Движения сильных рук Ника стали более уверенными. На пол полетела сначала ее рубашка, потом его. Но мысль о том, что в спальнях наверху были дети, останавливала их.

Ник желал Рэйчел с бешеной, непреодолимой страстью, но для него важно было знать, что она отдается ему сознательно, а не в сиюминутном порыве.

В эти минуты Рэйчел была готова сделать все, что бы ни попросил Ник. Его возбужденные стоны и страстный шепот любви еще больше разжигали пламя желания. Она всегда считала себя невозмутимой и сдержанной, а то, что говорят о сексе, полагала слишком преувеличенным, но одно прикосновение Ника перевернуло все ее былые представления. Страсть Ника разбудила в ней женщину. Она была спящей красавицей, очнувшейся от поцелуя принца.

«Надо остановиться. Наверху дети», – подумал Ник, и эта мысль отрезвила его, как холодный душ. Издав тяжкий стон, он резко поднялся и сел на край софы.

– Ник?! – Рэйчел легко погладила его ладонью по сильной мускулистой спине.

Он вздрогнул от этого прикосновения и отодвинулся дальше, затем нагнулся за лежащими на полу рубашкой и бельем Рэйчел.

– Тебе лучше одеться. – Его голос звучал в темноте приглушенно и хрипло.

Рэйчел неловко поднялась с софы и на ощупь оделась. Ник сделал то же самое.

Рэйчел казалось, что молчание Ника длится вечно. Он присел перед камином и стал яростно ворошить угли, пока языки пламени не взметнулись, осветив его напряженное лицо.

Наконец он вернулся к софе и сел рядом с Рэйчел. Взяв ее за руку и глядя куда-то в темноту, сказал:

– Нам надо поговорить.

– Да, я догадалась, – вздохнув, ответила Рэйчел.

Ник старался подыскать нужные слова.

– Мне тридцать один год. У меня были женщины, – сухо начал он. – Сейчас не такое время, чтобы отношения между полами ограничивались только дружбой. Лишь дураки играют в эти игры. С некоторыми женщинами мне было хорошо, с другими очень хорошо, с одной я даже почти обручился. Но клянусь, ни с кем я не испытывал того, что с тобой. Я вижу, что тебя не устраивают наши отношения. Не знаю почему, но ты стараешься возвести между нами стену. Я не могу просто повернуться и уйти, для меня это слишком важно. Я верю, что между нами происходит что-то особенное, и ты не можешь не чувствовать этого.

Ник говорил без притворства, от чистого сердца. Рэйчел была тронута его взволнованной речью. Она не заслуживала такой откровенности, да и не ждала ее. Это откровенное признание пугало ее.

– Не могу отрицать, меня влечет к тебе, – неуверенно начала она, расхаживая перед камином. – Но я никогда не думала, что смогу лечь в постель с мужчиной, с которым знакома меньше двух недель. Признаюсь, меня удивляет и несколько пугает то, что я оказалась на это способна. И к тому же я не знаю, что тебе нужно от меня.

Ник едва сдержался, чтобы не броситься к Рэйчел. Он почти физически ощущал ее боязнь и понимал причину этой боязни. Он знал, что может контролировать себя, но страсть к Рэйчел была сильнее его самого, сильнее его воли и разума.

Ник включил настольную лампу, чтобы видеть выражение лица Рэйчел.

– Мне нужно только то, что ты сама захочешь мне дать. Я согласен, все происходит слишком быстро, но и мы уже не дети. Тебе нечего бояться. Все, о чем я прошу, – не исключать меня из твоей жизни.

Рэйчел застенчиво улыбнулась:

– Хорошо, Ник. Все равно я вряд ли смогла бы это сделать.

Улыбка Ника была такой доброй и милой, что Рэйчел просто растаяла.

С улицы послышался звук закрываемых автомобильных дверей, и она удивленно посмотрела на часы. Боже, она совсем потеряла счет времени! Хорошо, что Шарлотта и Бен не приехали двадцатью минутами раньше.

– Мистер Фаррингтон, какой приятный сюрприз, – с искренней улыбкой приветствовала Ника Шарлотта. – Бен, познакомься с Ником Фаррингтоном.

Бен снял пальто и протянул руку:

– Приятно познакомиться, мистер Фаррингтон.

– Просто Ник, пожалуйста.

Бен стал расспрашивать Ника о его походах.

– Мне бы хотелось поучаствовать, – сказал он с легкой завистью, – но у меня настолько напряженный график, что я не знаю заранее, когда буду свободен.

Ник вынул бумажник и достал из него визитную карточку.

– Вот телефон офиса. Довольно часто случаются отмены бронирования. Позвони, когда решишь, что сможешь выкроить время.

– Как вели себя дети? – спросила Шарлотта. Рэйчел бросила взгляд на Ника и улыбнулась:

– Кевин сначала не хотел пускать Ника в дом, но нам удалось убедить его сделать это.

Шарлотта расстроилась:

– Возможно, мы слишком настойчиво внушали ему, что общаться с незнакомыми людьми нельзя. Прошу прошения, Ник.

– Ну что вы, не за что, – ответил Ник. – У вас прекрасные дети. Это здорово, что они растут дисциплинированными. Я бы воспитывал своих детей точно так же.

Произнеся эти слова, он посмотрел на Рэйчел. Она мгновенно покраснела и мысленно выругала себя за это. Шарлотта и Бен понимающе посмотрели друг на друга.

– Уже поздно, – сказал Бен и притворно зевнул. – Мы вас и так задержали. Рэйчел, миллион благодарностей за то, что присмотрела за нашими сорванцами.

Рэйчел мысленно начала искать предлог, чтобы задержаться, но не нашла.

– Мне было приятно сделать это для вас, – наконец произнесла она.

Направляясь к двери, она чувствовала следовавшего за ней по пятам Ника. Когда они вышли из квартиры Шарлотты и Бена, он схватил Рэйчел за руку и потянул к лестнице, ведущей в ее квартиру.

– Не волнуйся, – сухо сказал он в ответ на ее протестующий взгляд. – Я только провожу тебя до двери.

– Я уже привыкла добираться до дома без провожатых, – ответила она.

Ник сделал вид, что не услышал этих слов и, взяв у Рэйчел ключи, открыл дверь. В этот момент зазвонил телефон. Рэйчел зажгла свет и поспешно схватила трубку:

– Хелло. Здравствуй, мама. Я знаю, что поздно, я сидела с детьми Шарлотты.

Рэйчел молча слушала свою мать, а Ник наблюдал, как на ее лице играла улыбка.

– Нет, я не забыла, что в следующее воскресенье Пасха. Планирую приехать в субботу утром. Я буду осторожна… Как чувствуют себя Бекки и маленькая?