Средневековая история. Изнанка королевского дворца - Галина Гончарова

– Да. Джессимин. Хотя не могу понять, что все в ней нашли?

– Она была красива?

– Да. Но при этом глупа, беспомощна…

Лиля фыркнула.

– Алисия, исходя из своего опыта, я могу сказать так. Мужчины любят тех, о ком надо заботиться. Сильные и умные женщины обязывают. Если рядом с тобой львица – придется стать львом, а не козлом. А с козочкой проще. Травки и молочка – и все. Ну и кого выберут?

– Ты умна.

– Я стараюсь. А кто у нас еще задает моду, кроме баронессы? Не может же у нее не быть соперниц?

– И абсолютно права. Герцогиня Тарнес…

И разговор ушел в перечисление титулов, связей, обсуждения друзей и врагов…

Женщины заключили пакт о ненападении. Друг на друга.

А вот насчет всего остального мира разговоров не было.

Следующее утро для Лили началось с приятного визита.

– Доложите госпоже, что прибыл Ганц Тримейн.

При этом известии отступила даже головная боль. Лиля взвизгнула от радости и вылетела из столовой, где пыталась впихнуть в себя простоквашу после вчерашнего.

Нет, она не напилась. Но голова трещала, как сырые дрова. Она уж и забыла, когда приходилось так напрягаться. Последний раз, наверное, еще когда она была Алей Скороленок. А теперь вот…

– Лэйр Ганц! Как я рада вас видеть!

Ганц Тримейн по всем правилам раскланялся, поцеловал графине ручку, сделал комплимент…

Алисия Иртон еще отдыхала. Поэтому Лиля без всяких пригласила Ганца за стол и принялась расспрашивать.

Мужчина принял предложение без всякого стеснения – и с удовольствием стал расправляться с завтраком.

– Уж простите, графиня. Я к вам выехал, даже не позавтракав.

– А к чему такая спешка?

– Хотелось поговорить. До того, как вас представят ко двору.

– Слушаю, лэйр Ганц.

– Вы помните про этого… Алекса, кузена леди Вельс?

– Помню, – помрачнела Лиля. Поди, забудь. Шрам до сих пор побаливал. – Его же казнили?

– Да. А вот это…

Перед женщиной на стол легла стопка писем.

– Что это?

– А вы почитайте?

Лиля послушалась – и уже на третьем письме выругалась.

Ну да.

Перед ней были доказательства. Доказательства того, что ее покушение готовили и Алекс – и Аделаида вместе. Что бы там кто ни говорил. Она писала чуть ли не приказом. Он отвечал (тут не было оригиналов, только черновики) подробными отчетами, кого, когда, за сколько и на что именно…

– Очень мило. Лэйр Ганц, что вы хотите с этим сделать?

– Что хотел – я уже сделал. И хотел бы… Ваше сиятельство, вы человек прямой, уж позвольте и мне напрямик?

Лиля кивнула.

– Вы когда попадете ко двору, Его величество вас так просто не отпустит. Наверняка.

– Да уж кто бы сомневался.

– А ведь вы наверняка захотите свой дом, делами, опять же, заниматься…

– И?

– Ваш отец искал для вас человека, который будет заниматься тем же, чем я сейчас на королевской службе.

– Он пока мне никого не представлял, – Лиля посмотрела на письма. На Ганца. И ее озарило. – Так вы…

– Да. Хотел бы. А это…

– Я так понимаю – это не взятка. А подарок в расчете на мое доброе отношение, – усмехнулась Лиля. – Кто еще про эти письма знает?

– Никто. В королевских тюрьмах палачам специально уши воском залепляют, чтобы чего не надо не услышали. А не то…

Лиля кивнула.

– А почему вдруг? Лэйр Ганц, я все понимаю, вы человек умный, сильный…

– Да. И хочу жить долго и счастливо. Дом хочу, семью, детей… на королевской службе это невозможно. Да и уходят с нее только вперед ногами.

– А на моей – возможно?

– Ваше сиятельство, – Ганц был серьезен. – Я ведь ненамного старше вашего супруга. А повидал столько… у меня половина головы седая. Вы женщина щедрая и неглупая. Я хочу вам предложить вот что. Я десять лет на вас работать буду. Не за доброе слово, нет. Но знаю, своих вы не обидите. За эти годы я вам людей и подберу, и обучу всему, что сам умею. А когда срок пройдет – хочу уйти. Уехать в тот же Ханганат… жениться, детей растить… умереть в своей постели, а не от удара ножом в спину в подворотне.

Лиля кивнула.

И задумалась.

Ганц – профессионал. И ее бы устроил со всех сторон. Но…

– Как я могу доверять вам? Вы можете служить королю, а потом уже мне.

– А мы все служим сначала короне, а потом людям, Ваше сиятельство.

– И все же…

– Про эти письма король не знает.

Лиля вздохнула. Тяжелое решение. И опять на ее плечи. И не подскажут, и не помогут… что же делать? Что делать?

Впрочем, долго наша героиня не думала.

– Хорошо. Я познакомлюсь с людьми, которых нашел для меня отец. Это обязательно. Он старался – и я не хочу его обидеть. Если никто из них меня не устроит – я буду говорить с Его величеством. И если он одобрит ваше назначение…

Ганц Тримейн кивнул. Кажется, это было больше того, на что он рассчитывал.

– Ваше сиятельство, я надеюсь, письма…

– Какие письма? – сделала невинные глаза Лиля. – Лэйр Ганц, я никаких писем и в глаза не видела.

Мужчина и женщина переглянулись – и дружно рассмеялись.

– Лэйр Ганц, надеюсь, вы задержитесь у меня в гостях? Миранда будет рада вас видеть… да и я хотела бы пообщаться…

– Разумеется, Ваше сиятельство. Как я могу отказать такой очаровательной женщине.

Лиля сморщила нос.

– Комплимент принят. Вот и не отказывайте. Кушайте, а после завтрака будем разговаривать…

– Ваше сиятельство, я могу…

– Нет-нет, говорить о ваших придворных на голодный желудок? Никогда! Я же пищеварение себе испорчу!

– Двор будет от вас без ума.

– Судя по рассказам Алисии – они там от рождения без ума. Половина. А вот о второй половине и хотелось бы поговорить…

– Алисии?

– Моя свекровь.

– Старая гадюка вас признала? Это дорогого стоит…

Лиля покачала головой. Она не обольщалась насчет своего искусства интриги.

– Нет. Она не то, чтобы признала… она мне не друг. Но и не враг. Я могу принести пользу – и поэтому пока она будет меня поддерживать. Но если я буду творить что-то, что поставит под удар моего мужа… ну или вообще семью Иртон…

– Вы же не будете, Ваше сиятельство?

Лиля пожала плечами.

– Своего мужа я люблю. Но если он опять намерен обращаться со мной, как с бессловесной куклой… Вам бы такое понравилось?

Лэйр Ганц качнул головой.

– Вот. Я понимаю, есть женщины, которые без посторонней помощи и хлеба не купят. Но я-то не такая. И надеюсь, что граф Иртон это поймет.

– Я тоже на это надеюсь…

Ганц Тримейн кивнул, скорее своим мыслям.

Граф Иртон должен понять, что не стоит мешать жене и ее планам. А не то ведь…