Жиголо - Валентина Ширшова

не пыталась сжать ноги. Ей словно не хватало воздуха, она задыхалась от постоянно накрывающего ее оргазма. Хозяин дома держал ее, работая языком и посасывая ее клитор. Максим видел, как интимное место девушки исчезает в его рте. Парень насчитал три оргазма, которые испытала Яна во время куни. Было видно, что мужчине очень нравилось это делать, он нехотя остановился, потому, что Яна уже выбилась из сил. Хозяин дома дал ей немного времени прийти в себя. Максим заметил, что любовник Яны поглаживает свой член, готовясь войти в нее. Мужчина одним движением спустил Яну на пол и, опустив грудью на стол, раздвинул ноги и сзади вошел в ее влажное влагалище. Он делал очень резкие и грубые движения, вонзаясь в девушку, как копье. Яна тяжело дышала и скользила руками по поверхности стола. У нее перехватило дыхание, когда мужчина выпрямил ее и положил спиной на себя. Он двумя руками обхватил ее грудь и стал сжимать пальцами торчащие соски. Оставив на ее груди только одну руку, любовник Яны опустил вторую руку на ее клитор и начал дразнить. Девушка испытывала очень сильное возбуждение, сквозь свое шумное сбивчивое дыхание она услышала, как ей прошептали на ухо: «Не смей кончать». Яна закрыла глаза и опять опустилась на стол, выгнув спину. Ее кавалер провел руками по ее идеальным изгибам фигуры и шлепнул по упругой попке. Яна почувствовала его влажные пальцы на своей коже и простонала:

— Влад, я больше не могу!

Максим видел, как мужчина ускорился, и вся гостиная наполнилась оглушительными стонами. Макс рассердился, потому как возбудился и тоже кончил, глядя на секс пары. Он почувствовал что-то холодное в области молнии на своих джинсах. Дотронувшись рукой, парень сжал кулаки и подошел к машине хозяина дома. Сигнализация не сработала, и Максим беспрепятственно нашел в бардачке бумажник, а в нем пластиковую карточку. Права были выданы Ленскому Владиславу Евгеньевичу. Макс швырнул всё на сиденье и, еще раз посмотрев в окно, где Влад понес на руках Яну, сердито зашагал в сторону калитки. Открыв замок, он выскочил на улицу и со всей злости шибанул калитку. Заведя мотор, Максим покинул коттеджный поселок. Он практически вылетел на трассу, ведущую в Москву, вдавив педаль газа в пол. Всё говорило о том, что Макс был зол. Он ехал на очень большой скорости, обгоняя машины. Максим вел «Toyota» на автомате и не видел дорогу, перед его глазами до сих пор стояла Яна, занимающаяся сексом с незнакомым ему мужчиной по имени Влад и получающая при этом удовольствие. Из воспоминаний невольно всплывали отдельные фрагменты, Макс бил по рулю, сквозь зубы вылетал злобный рык, но он был бессилен. Потом совершенно неожиданно он вспомнил слова девушки о свободных отношениях, но оказалось, что Максима это не устраивало. Он это понял, когда увидел Яну в объятиях другого мужчины. Еще парня удивляло то, что Яна не стала довольствоваться только им, а встречается еще с другими. «Значит, я не совсем хорош для нее», — подумал про себя Макс.

Глава 6. Марина

Максим приехал домой опустошенный и разочарованный. Он не мог разобраться в своих чувствах к Яне. Парень любил ее, но сейчас он увидел девушку с чужаком и почувствовал предательство с ее стороны. Как он будет относиться к ней, если увидит еще с другими мужчинами? На этот вопрос Макс не мог дать внятного ответа. Сколько же их на самом деле? И сколько было женщин у него? Выходило, что в данной ситуации они отличились обои, с той лишь разницей, что у Максима это была работа, о которой было известно девушке, а вот Яна, видимо, решила внести разнообразие в свою личную жизнь. Разумеется, девушка не будет делиться с Максом такой информацией. Интересно, как она будет вести себя? Наверняка, как ни в чем не бывало. «А как уже буду воспринимать ее я?» — задавался вопросом Максим. Немного подумав, он пришел к выводу, что хочет Яну, как женщину. Макс признался самому себе, что ее секс с Владом завел его и в то же время разозлил. Яна была идеальным половым партнером, не боялась экспериментировать, не осуждала и всегда хотела. Мужчинам, как и Максу, нравилось заниматься с ней сексом, у нее было очень чувственное тело, красивые формы, хотелось ласкать ее и овладеть ею, как можно скорее. Именно с Яной у мужчин включалась фантазия в плане ласк, хотелось делать что-то смелое, развратное и совершенно безумное. От таких мыслей парень почувствовал возбуждение, но стал успокаиваться. Макс решил не звонить Яне, он хотел посмотреть, насколько хватит его выдержки, и как часто он будет думать о ней.

Обо всем этом Максим подумал, пока парковал машину на улице, пока ждал лифта, пока ехал на свой этаж, пока открывал дверь квартиры. Он даже не видел соседку, которая опять что-то говорила ему. Парень делал всё на автомате, его словно выключило из реальности. Он разделся и пошел в душ, холодные струи немного оживили его. Сидя на кровати, Максим схватился за голову, так как перед глазами вновь всплыла мечущаяся на столе Яна. Макс сам не мог понять, почему он так ведет себя, узнав, что Яна встречается с другими мужчинами. Парень нашел только одно объяснение, что он любит ее, несмотря ни на что. Значит, Яна действительно его человек, с которым он хочет связать всю свою оставшуюся жизнь.

Утром Макс проснулся разбитым, очень сильно болела голова, что пришлось пить «Аспирин». Ничего кроме кофе не хотелось. Выпив его и приняв бодрящий душ, Максим вновь решил поехать к банку «Гарант» и последить за Яной. Он сел в «Toyota» и через два часа был на месте. Парень сидел уже три часа, как к нему со стороны водителя постучала Кратова. Макс показал ей, чтобы она обошла и села на место пассажира рядом с ним.

— Что ты здесь делаешь?! — было первое, что спросила Элеонора Вячеславовна, заняв кресло. Максим молчал и неотрывно смотрел на окно банка, где стояла Яна. — А-а-а, следишь за этой девчонкой! Проверяешь мои слова, в которые ты поначалу не поверил! Я видела тебя вчера на этой же машине, тут нет тонировки и ты как на ладони. Не боишься, что она тоже срисует тебя? — задала вопрос Кратова, имея в виду Яну. — Тогда конец твоей конспирации!

— Вы что-то хотели? — сдержанно спросил Максим.

— Да, хотела кое-что прояснить, — не стала скрывать женщина. — Я никак не могу понять одну вещь, почему