Нравоучительные сюжеты - Геннадий Семенихин

– Я по воротам мазал. С трех метров не попал, – сконфуженно признался Петя и, осененный внезапной догадкой, выпалил: – Дяденька, а вы Бутусов?

– Угадал, – засмеялся гость. – Оказывается, старика Бутусова еще помнят.

– Еще бы! – воскликнул Петя гордо. – Кто же забудет ваши пушечные удары!

Бутусов закивал седоватой коротко постриженной под ежа головой, но Петино красноречие остановил:

– Ладно, ладно, не люблю похвал. Слушай меня внимательно, мальчик. Я знаю, что ты отличник и добрый хлопчик. Но тебе ужасно не везет с футболом. Так вот, я оставляю тебе чемоданчик. В нем бутсы. Но не простые, а волшебные. Тот, кто их носит, без промаха бьет по воротам. Однако помни, что волшебные бутсы действуют лишь неделю, а потом сила их исчезает. За этот срок ты должен понять, в чем секрет футболиста.

Хотел Петя поблагодарить Бутусова, глядь, а его уже и нет, а на стуле, где сидел знаменитый центр нападения, маленький чемоданчик остался. Петя его раскрыл и ахнул. Лежат в нем новенькие коричневые бутсы с острыми шипами, как раз по его ноге. Красные глазки горят на них ярко. Ни у кого на бутсах не видел он таких красных глазков, как лампочки электрические под абажуром. Вот что значит бутусовские. Не долго думая, надел их Петя на ноги, прошелся по комнате, до чего же легко и удобно. И шаг стал у него легким, пружинистым. Вышел Петя на улицу и видит, что их команда играет с соседней школой. Почему же не поиграть утром, если каникулы наступили. Когда он подошел, счет уже был шесть один в пользу соседней школы. В воротах опять стоял Колька Попов и не преминул сделать ему гримасу.

– Ребята, наш первоклассный мазила прибыл, – засмеялся он, а потом на бутсы глянул и рот от изумления раскрыл. – Смотрите, да ему папенька с маменькой новые бутсы купили. Мазила в бутсах, ха-ха-ха.

Петя гордо прошел мимо Кольки и обратился ко всем сразу:

– Дайте мне поиграть.

– Вот еще, – пробурчал капитан команды, – не видишь, что ли, Петух, мы проигрываем, а с тобой счет еще больше станет.

– Да вы же устали, – стал жалобно упрашивать Петя. – Я на немножко стану, хоть на пять минуточек.

– Пусть побегает, пока я ботинки перешнурую, – сказал неизменный край команды Леня Башлыков.

– Становись, – неохотно согласился капитан, Петя выбежал на площадку, и мгновенно футбольный мяч как будто сам прилип к его ногам. Куда бы ни побежал Петя, мяч впереди, и никто не может его отнять «Вот, оказывается, в чем волшебство!» – прошептал он так тихо, что никто не услыхал, а потом прорвался через всю защиту, обвел вратаря и закатил мяч в пустые ворота.

– Шесть-два, – мрачно согласился капитан соседней школы, исполнявший заодно обязанности судьи, и понес мяч на центр. Не успели ребята из команды противника сделать два-три удара, как мяч снова оказался у Пети. Он откатил его вправо и почти с самого центра ударил по воротам. Что тут произошло! Мяч засвистел, как пушечное ядро, испуганные ребята шарахнулись в сторону, вратарь рванулся навстречу, но мяч так больно ударил его, что он схватился за живот обеими руками и жалобно прокричал:

– Я не буду… он дерется.

– Шесть-три, – подтвердил капитан, – давай мяч на центр, сейчас мы из вас кроликов сделаем.

Но дальше стало твориться невероятное. Черные бутсы с красными глазками замелькали то в одном, то в другом конце площадки. Их обладатель бил по чужим воротам то с центра, то с края, то через голову, и вратарь соседней школы не успевал бегать за мячом. За короткое время счет стал десять-шесть, а потом и пятнадцать-шесть

– Ай да Петух, – говорили ребята, – а мы его брать не хотели. Вот лупит! Ну, что, пятая школа, нахватала голов? Знай наших.

Никто из ребят не заметил, что за их игрой давно уже наблюдает мужчина в светлом костюме. При счете двадцать-шесть в пользу Петиной школы он отвел его в сторону, потрепал по вспотевшей шее и сказал:

– Вот что, парень. Я тренер юношеской сборной города. Послезавтра нам на соревнования выезжать, а с нападением не ладится. У тебя прекрасный удар. Приходи утром на стадион, и я тебя попробую.

Когда на следующий день он пришел на городской стадион, тренер представил его игрокам. Сборная состояла из восьмиклассников и девятиклассников. Долговязый вратарь презрительно оглядел Петю:

– Неужели эта малявка что-нибудь может?

– А ты попробуй, – подмигнул тренер Пете. Долговязый выкатил мяч на одиннадцатиметровую отметку и снисходительно предложил:

– Ну ударь, что ли!

Петя разбежался – бац! Вратарь и пошевелиться не успел, а мяч уже в сетке.

– Вот это да! – закричал он радостно. – Да с таким центром нападения мы всех побьем на соревнованиях. Кубок наш будет.

Трижды выходил Петя на поле настоящего стадиона и меньше, чем пять голов за игру не забивал. Сборная их города вышла в финал.

– Вот это бомбардир, – хлопал его по плечу тренер Павел Петрович. – Ну, смотри, теперь самое главное осталось. В понедельник финальный матч. Забьешь две-три штуки, и кубок наш будет.

Пете было приятно от похвалы, но под футболкой так и сновали мурашки. Он вспомнил, что именно в понедельник кончается волшебное действие бутс. Как об этом скажешь тренеру! Набрался он духа и спросил:

– Павел Петрович, а нельзя ли, чтобы вместо понедельника завтра, в воскресенье, финальный матч состоялся?

– Что ты, что ты! – замахал руками тренер. – Уже афиши по всему городу расклеены. Иди отдохни, дружище, да сил наберись.

Мрачный возвратился Петя домой. А утром проснулся, на стул глянул, и сердце в пятки ушло. Ни тебе спортивного чемоданчика, ни волшебных бутс. Все исчезло, С опущенной головой вошел он в раздевалку. Товарищи по команде в спортивные доспехи облачаются, веселые такие: никто не сомневается в победе. Подошел тренер:

– Как дела, Петенька? Смотри, за тобой, как минимум, два гола. Первые десять минут ты в темп не включайся, дай им силенки израсходовать, а потом уж не скупись. Блеснуть надо, сам понимаешь.

– У меня только вот бутсы в починке, – жалобно протянул Петя, но тренер и бровью не повел.

– Ерунда, новые найдем. Для футболиста упорство и техника главное, а не бутсы.

И пришлось выйти ему на зеленое поле. Началась игра. Никто из игроков не знает, что нет больше на Петиных ногах волшебных бутс. Они по-прежнему ему пасуют. Петя носится по полю что есть мочи, стыдно показать, что сделать без волшебных бутс ничего не может.

Но странное дело – вдруг он почувствовал, что мяч ему и теперь повинуется. Набрался он смелости и даже центра нападения противной команды обвел. А во втором тайме, когда у самых ворот получил передачу, сам бить не стал, а передал мяч «десятому» номеру. Тот ударил, и вратарь пропустил гол. Трибуны заревели, потому что сборная города выиграла кубок со счетом один-ноль. Пете поручили нести этот кубок по полю. Солнце на его серебряной поверхности вытворяло такую пляску, что больно было глазам.

Кубок был тяжелый-тяжелый. Петя не удержал его на повороте, выронил из рук и… открыл глаза. Смотрит, а это отец, собравшийся уходить на работу, уже выбритый и облаченный в спецовку, трясет его за плечо:

– Вставай, сынок, в школу опоздаешь. Ну и неспокойно же ты спал. Все время Бутусова да какие-то волшебные бутсы поминал.

– Волшебные бутсы, – повторил за отцом Петя и рассказал ему все, что он видел во сне. Отец слушал внимательно, даже не улыбнулся ни разу. А потом, когда Петя закончил, погладил его по голове:

– Значит, ты понял, почему даже без волшебных бутс ты сумел помочь своей команде забить единственный победный гол?

– Понял, папа! – воскликнул Петя. – Потому что упорство и настойчивость в футболе главное.

И не только в футболе, – широко улыбнулся отец. – А теперь поднимайся и марш под кран умываться!

Как уволили Беллу

Прекрасным был человеком редактор нашей городской газеты «Знамя победы» Зиновий Петрович Заболотный Более чем полвека протопал он по нашей замечательной земле, мальчишкой строил Магнитку, воевал в Отечественную, а после нее работал в одной из наших уважаемых столичных газет. И не рядовым литсотрудником, а специальным корреспондентом. Исколесил всю страну и по заграницам постранствовал изрядно, а когда почувствовал приближение старости и болезней, подался в родные края и оказался в нашем городке. Все мы помнили его любопытные задорные очерки и с уважением относились к каждому его замечанию. А когда в свободные часы Зиновий Петрович начинал рассказывать о своих журналистских перипетиях или о том, как он брал интервью у Михаила Шолохова, а с первым космонавтом Юрием Гагариным участвовал в поездке на молодежный фестиваль в Хельсинки, у нас и вовсе останавливалось дыхание. А Заболотный, одутловатый, с узкими хитрыми и добрыми глазами, попыхивая сигареткой, временами хрипловато откашливаясь при этом, с невозмутимым лицом, бывало, повествовал: