Знаки дороги - Роджер Желязны

Джон застонал и начал подниматься. Рэд навис над ним и ударил в челюсть. Тот снова рухнул на землю.

– Ну что ж, теперь все в порядке, – сказал Рэд. – Я как раз собирался навестить тебя.

Автомобиль доктора как раз уже въехал на стоянку, затормозил. Хлопнула дверца.

– Какая приятная…

– Монди, будь добр, подержи Цветы минутку. Я должен поговорить с этим джентльменом.

Рэд повернулся к мужчине гигантского роста с черным саквояжем, который широко шагал к нему.

– Привет еще раз. Прошу прощения, если мы вас зря побеспокоили, – сказал Рэд, опуская глаза на лежащего у его ног Джона. – Но не этого ли парня вы искали?

Громадный мужчина кивнул и раскрыл саквояж:

– Это он. А у вас все нормально?

– Жаловаться не на что. У него всего лишь ультразвуковой ушиб и сотрясение после удара левой в челюсть.

Золотоглазый человек осмотрел глаза и уши Джона, выслушал его сердце, наполнил шприц из какой-то ампулы и сделал укол в правое плечо. Затем вытащил из саквояжа наручники, сковал руки Джона за спиной. И, обыскав желтую униформу, извлек разнообразные миниатюрные устройства из воротника, манжет, рукавов и ботинок.

– Так, думаю, сойдет, – сказал он, закрывая саквояж и поднимаясь. – Как я вам уже говорил, это чрезвычайно опасный человек. Чем вы заслужили его внимание?

– Его наняли, чтобы прикончить меня.

– Тогда кому-то очень нужно от вас избавиться и он готов заплатить гонорар, который мог потребовать подобный тип.

– Знаю. И думаю вплотную этим заняться.

Золотоглазый пристально посмотрел на Рэда:

– Если ты не против, я мог бы помочь…

Рэд слегка прикусил губу и медленно покачал головой:

– Спасибо, Док. Я не забуду. Но откажусь. Это особого рода дело. Очень особого.

Могучий мужчина чуть улыбнулся и кивнул:

– Тебе видней, решай сам.

Он нагнулся и поднял обмякшее тело Джона одной рукой, без всяких видимых усилий. Рубашка на спине у того лопнула. Забросив Джона на плечо, он обернулся и поднял руку.

– Благодарю за пациента. Желаю удачно разрешить все проблемы!

– Спасибо. До свидания, Док.

Рэд наблюдал, как Док вернулся к машине, уложил свою ношу в кабину, залез сам и отбыл.

– Славно, что Джон получил по заслугам, – сказал Мондамей, втянув свое оружие в металлическую руку и положив ее на плечо Рэда. – Кстати, он следил за вашим передвижением с помощью передатчика, спрятанного где-то в вашей машине. Его установили в мастерской, которую вы не так давно посетили. Он сам мне это сказал. Наверное, стоит это устройство поскорее найти и удалить, прежде чем мы приступим к дальнейшим действиям.

– Хорошая идея. Сейчас посмотрим.

Они подошли к пикапу.

– Как получилось, что ты его не засек, Цветы?

– Какая-то нестандартная частота волны, наверное. Впрочем, я не знаю, сейчас начну сканировать.

– Ты не представил меня, – заметил Мондамей.

– Разве? О! Он был так занят Джоном, что мне не хотелось мешать…

– Нет, я не о докторе. Я имею в виду Цветы Зла. Ведь я и не подозревал, что держу в руках тонкое мыслящее устройство, когда ты передал мне эту книгу.

– Извини, обстоятельства смягчают вину. Мондамей, познакомься, это – Цветы Зла. Цветы, это – Мондамей, машина-убийца.

– Очень приятно, – сказал Мондамей.

– Взаимно. Я нахожу ваше положение весьма затруднительным – весь этот мертвый груз испорченных контуров, невозможность нормально функционировать.

– О, все не так уж плохо. То, что я сейчас делаю, доставляет мне не меньше удовольствия, чем прежние труды.

– Чем же вы занимаетесь?

– Кроме всего прочего, я леплю горшки. Всякая тонкая работа доставляет мне массу удовольствия.

– Интересно! Кажется, мне тоже пора приняться за подобные манипуляции. По крайней мере, хотелось бы попробовать. Будет очень интересно посмотреть вашу работу при случае.

– Цветы, – позвал Рэд, – ты уже обнаружил передатчик?

– Да. Он укреплен на раме чуть впереди левого заднего колеса.

– Благодарю.

Рэд присел возле заднего борта пикапа.

– Ты прав. Он здесь.

Отцепив передатчик, Рэд подошел к обтекаемой машине Джона (она, кроме всего, была еще и на воздушной подушке) и прикрепил устройство под передним бампером. Затем вернулся к Мондамею, который продолжал перелистывать Цветы, и гордо произнес:

– Пусть знают, что мы с ним справились!

– А этот «Пейзаж» прелестная вещица, – сказал Мондамей.

– Спасибо! – Голос Цветов прозвучал явно смущенно.

– Пора обедать, – заметил Рэд. – Пойдем, составь мне компанию и расскажи, как шли дела со времени нашей последней встречи. У меня к тебе куча вопросов.

– Великолепно, – ответил Мондамей. – Кстати, я очень сожалею обо всем случившемся.

– Это не твоя вина. Но я не прочь получить несколько советов.

– Естественно. С нетерпением жду твоих вопросов.

– Тогда пойдем.

– Эй, Цветы, не посылай заряд по этому контуру! Он вызывает щекотку… Прекрати! – воскликнул Мондамей.

Рэд остановился:

– Что?

– Извини, я не заметил, что говорю вслух. Цветы заинтересовался одним из моих подблоков.

– А-а!

Они пересекли веранду и вошли в дом…

9

Все кончилось. Рэнди утром отвез Джулию на автобусную станцию, помог положить чемодан, попрощался. Сейчас она уже на пути к родительскому дому в Вирджинии. Ни в комнате, ни в кухне не осталось ничего, что напоминало бы о ней. Рэнди бродил по квартире, то и дело прикладываясь к стакану с холодным чаем. Вчера он сдал последний выпускной экзамен, и они вместе с Джулией пошли ужинать в приличный ресторан. По этому случаю Рэнди даже раздобыл бутылку хорошего вина. Оба чувствовали, что это – конец, но никто ничего не сказал вслух.

Теперь она уже на пути домой, в Вирджинию, и ему нужно чем-то занять лето. Она хотела, чтобы он поехал с ней, говорила, что отец найдет ему какую-нибудь работу. Но Рэнди почуял ловушку. Он не хотел пока брать на себя никаких обязательств. Их отношения складывались прекрасно, потому что с самого начала принимались, как временные. Но она попыталась все переиграть, сделав такое предложение, а он не был к этому готов. Где-то в дальнем уголке сознания еще жила жажда поиска, хотя детская решимость уже погасла. К тому же, была и школа. И многое другое, что он намеревался сделать, прежде чем заводить семью. Нет. Она предложила – он отказался. Что-то изменилось. А вообще-то изменились чувства. Все кончилось.

Он подошел к окну и глянул на университетский городок, расположенный примерно в трех кварталах.

На Рэнди была трикотажная рубашка-футболка, шорты-бермуды и плетеные сандалии. День стоял ясный, теплый, и, как уверял прогноз, изменений в погоде не намечалось.