Шпион в шампанском. Превратности судьбы израильского Джеймса Бонда - Вольфганг Лотц

и другие свои связи я регулярно получал ценную информацию о передвижении войск и воинских перевозках в Йемене, где армия Насера вела затяжную и бесперспективную войну с местными племенами. Всем уже стало ясно, что он не сможет победить в этой войне, несмотря на массированные бомбардировки и использование химического оружия. Естественно, Израилю было очень важно знать, какие египетские силы скованы в Йемене, каков моральный дух этих войск.

— Кстати, — прервала мои мысли Вальтрауд, — ты высказал какие-нибудь предложения в отношении Хорста Вассера?

— Я, конечно, сообщил о нем, но пока не делал никаких предложений. За ним надо еще понаблюдать. Есть еще пара моментов, которые меня беспокоят.

В мою задачу входило подбирать кандидатов для возможной вербовки в качестве источников информации. Естественно, сам я по соображениям безопасности никогда не пытался вербовать кого-то. Я просто сообщал о возможных кандидатах, давал им характеристики, выяснял их положение и характер сведений, к которым они могут иметь доступ. Остальное должны были делать другие ребята. Если кандидат окажется подходящим, они подойдут к этому человеку, и мне даже ничего не будет об этом известно.

Мы пересекли асфальтовую дорогу у въезда на ферму.

— Не давай Изиде бежать сразу в стойло. Поводи ее, дай отдохнуть, — посоветовал я Вальтрауд. — А вот и Абдулла идет за нашими лошадьми.

Вальтрауд скорчила недовольную гримаску:

— Кажется, это опять Баух на ринге, пытается имитировать испанскую школу верховой езды.

— Бедная лошадь, — заметил я. — Наверное, я слишком предубежден в отношении этой школы, но то, что он делает, может испортить мне настроение на целый день.

— Но ведь ты сам разрешил ему держать здесь свою лошадь.

— А что я мог сделать? Он знает, что у нас много места и я разрешаю другим держать здесь своих лошадей. Как я мог отказать ему?

Мы с Вальтрауд спешились и передали поводья нашему главному конюху Абдулле, который угостил лошадей морковкой и ласково потрепал их по холке.

— У вас была хорошая прогулка, эль-паша? — спросил он.

С тех пор как я увеличил ему жалованье до пяти фунтов в месяц, он перевел меня из ранга «бея» в ранг «паши».

— Великолепная, Абдулла. Скажи, господин Фогельзанг приезжал сегодня утром?

— Да, он пьет кофе на террасе. Он сказал, что должен уехать на несколько дней, и просил меня прогуливать его кобылу. Он дал мне очень хороший бакшиш.

— Я рад за тебя, Абдулла, — сказал я, похлопав его по плечу. — Теперь возьми лошадей и хорошенько их вычисти.

Вальтрауд и я сняли шпоры и пошли на террасу к Фогельзангу.

— Как дела, Гарри? — спросил я, опускаясь рядом с ним в плетеное кресло. — Абдулла говорит, что ты собираешься уезжать?

— Да, Рыжий, я буду очень признателен, если ты поручишь своему конюху выводить мою лошадь, пока я буду в отъезде.

— Хорошо. Ты едешь в отпуск?

— К сожалению, нет. Просто совещание в Мюнхене. Бреннер и все остальные тоже едут. Очень высокий уровень.

— Ты лучше позаботься о бронировании мест в хорошем отеле. Я слышал, что в Мюнхене проходит какая-то конвенция. Могут быть трудности.

— Спасибо, об этом уже позаботились. Как раз сегодня утром пришло подтверждение брони.

С этими словами он вынул из кармана листок бумаги и протянул мне. Читая короткое письмо, я еще не знал, зачем мне может понадобиться эта информация, но я отметил про себя название отеля и номер комнаты.

— Кстати, Рыжий, где тут можно купить хороший «дипломат»? Мой разваливается. К тому же он маловат для бумаг, которые мне предстоит взять с собой.

— Зачем тратить лишние деньги? У меня дома есть совершенно новый кейс, который я практически не использовал. Я дам его тебе в поездку. Завтра же пришлю.

— О, ты очень любезен. Не знаю, как тебя благодарить.

Пока все шло нормально. Старый скупердяй отреагировал так, как я и ожидал от него.

Вернувшись домой, я наскоро пообедал. Нужно было срочно передать информацию о сегодняшнем запуске ракеты. Недавно я получил новый радиопередатчик, более мощный, чем тот, который был закамуфлирован в каблуке сапога. Этот был спрятан в напольных весах, которые постоянно находились в ванной комнате.

Мой первый радиопередатчик оказался слишком слабым и через несколько месяцев вообще перестал работать. Об этом я сообщил в штаб-квартиру тайнописью, которая была дана мне как запасное средство связи. В ответ мне приказали уничтожить радиопередатчик. Но это было легче сказать, чем сделать. Я разбил передатчик молотком, но, разумеется, не мог выбросить его остатки в мусорную корзину. Даже выкинуть их в Нил было не так-то просто, так как за многими иностранцами велась слежка, особенно когда они передвигались пешком. В конце концов нам с Вальтрауд пришлось нанять лодку и отправиться на речную прогулку. Целый день мы провели на реке, а под вечер я выбросил в воду передатчик вместе с остатками ленча.

— Десять минут второго, — улыбнулся я Вальтрауд, вспомнив этот инцидент. — Я поднимусь наверх и немного поработаю.

Обычно я проводил радиосеансы из ванной комнаты в утренние часы по заранее согласованному расписанию. Мы с Вальтрауд уже переехали из района Замалек в прекрасную виллу в пригороде Гиза. Она была со вкусом обставлена дорогой мебелью в английском стиле. Вилла имела большой сад, окруженный высоким забором. Наша спальня располагалась на втором этаже и идеально подходила для радиопередач. Помимо всего прочего, это была единственная комната, в которой я мог закрыться, не вызывая любопытства слуг.

Только я поднялся на второй этаж, как внизу прозвенел звонок.

— Посмотри, кто это, — попросил я Вальтрауд. — Меня не беспокоить.

Она поднялась вслед за мной на второй этаж и выглянула в окно.

— Это Абдо и Фуад. Садовник уже открывает им ворота. Что делать?

— Спускайся вниз и угости их коктейлями, — предложил я. — Скажи, что я принимаю душ и скоро выйду к ним. Я быстро управлюсь.

Я закрылся в ванной, развернул радиопередатчик и ровно в два часа вышел в эфир. Закончив сеанс, я опять «превратил» радиопередатчик в обычные весы для ванной комнаты, смочил и причесал волосы и спустился в гостиную, где Абдо и Фуад пили виски и разговаривали с Вальтрауд.

— Какой сюрприз! — воскликнул я. — Неужели вы, ребята, в это время дня можете не работать, или сегодня праздник?

— Мы отмечаем вторую годовщину твоего первого купания, — пошутил Абдо. — Ты выглядишь очень свежим, Рыжий.

— Вообще-то мы ехали к Алексу, — уточнил Фуад, — но решили по пути заглянуть к вам.

— Абдо как раз рассказывал мне о том, что было после нашего вечернего купания, — сказала Вальтрауд.

Пару дней назад Абдо был у нас со своей женой и двумя