Журнал «Вокруг Света» №09 за 2007 год - Вокруг Света

Производительная сила просвещения

Жители Ахена хорошо усвоили не только политические уроки Карла. Продолжая его дело и в области просвещения, они усердно занимались культурно-научным собирательством. Результаты этих трудов можно наблюдать воочию в трех превосходных городских музеях. В Музее Людвига (имеется в виду Петер Людвиг, известный меценат из Кобленца) выставлена богатая коллекция немецкой живописи и скульптуры от высокого Средневековья до начала XX столетия. Позднее от нее, кстати, отпочковался и разместился в здании бывшей фабрики того же Людвига Музей современного искусства, притягивающий любителей Энди Уорхола и Эрика Булатова. А ценителям старинного быта по сердцу придется музей, носящий имя «главного» ахенского архитектора XVIII столетия — Иоганна Кувена — и устроенный в самом центре, в особнячке, им же построенном. На первом этаже почти в первозданном виде сохранилась аптека, где, как утверждается, начали делать первый в мире шоколад… Но ученость живет в старинном Ахене не только в музейном виде. Городок всегда был восприимчив к новым веяниям и следил за прогрессом. Долгое время — практически все Средние века — его ремесленной «специальностью» было серебряное и суконное дело. В окрестных горах имелись месторождения необходимых руд, луга служили пастбищем для овец, а горячие источники, используемые для обработки нитей, сообщали им удивительные качества. Еще в 1872 году в Ахене числились «62 суконные фабрики, 26 прядильных заведений, 13 заведений для изготовления наволочных сетей, 9 чесальных фабрик, 18 фабрик для изготовления иголок и булавок». Местные старожилы и сейчас по традиции приветствуют друг друга, поднимая вверх мизинец левой руки, на котором пробовали иголки, отбраковывая негодные, — впрочем, с годами эта традиция, конечно, все больше превращается в туристический аттракцион.

Но время шло, старая немецкая мануфактура уступала место мощной «конвейерной» индустрии английского типа, и Ахен в очередной раз сменил профессию. «Цитадель» суконщиков и рудокопов в 1870 году додумалась до создания по тогдашним временам чрезвычайного новшества и учредила Рейнско-Вестфальский технический университет. Сегодня это почтенное заведение — крупный в городе работодатель, превративший Ахен в серьезный центр разработки технологий, главным образом фармацевтических и компьютерных. Характерно, однако, что в последние годы значительно расширено на базе старинного вуза и число гуманитарных факультетов, так что, несмотря на формально техническое направление, там теперь имеется полный набор университетских кафедр, и даже совсем экзотические центры, например, по «междисциплинарным исследованиям в области укрепления сотрудничества и толерантности». Некоторое представление об амбициях Технического университета дает основанная при ней клиника, которая располагается за чертой города. На фоне окрестных холмов и перелесков он смотрится совершенным чудовищем — как будто на поляне забыли в полуразобранном состоянии гигантский автомобильный двигатель. Вообще, в архитектурном смысле это здание — ровесник (закончено в 1982-м) и ближайший родственник известного парижского Центра Помпиду. Только в данном случае хитросплетение труб вполне функционально: клиника оснащена уникальной системой кондиционирования, исключающей распространение инфекций. Внутри же этого монструозного ковчега помещаются тридцать три отдельные клиники и медицинский факультет.

В общем, учитывая всю эту образовательную активность, вы не удивитесь, узнав, что Ахен — город весьма молодой, и улицы старинного центра с утра пораньше заполняются не только престарелыми клиентами крупнейшей в Европе водолечебницы, но и бодрыми студентами (ныне на 250 тысяч горожан их приходится 40 тысяч). А вечерами этот центр превращается в сплошную тусовку «молодняка», кочующую по бесчисленным кафе и дискотекам.

Ими, впрочем, список ахенских развлечений не исчерпывается.

Скульптурные персонажи фонтана «Обращение денег», построенного на средства банка «Шпаркассе Ахен» («Ахенская сберкасса»), олицетворяют разное отношение к деньгам

Борьба со смертной скукой

Вынужден повториться: и тут местные жители берут пример с Карла Великого, который любил, отдыхая от ратных и государственных трудов, повеселиться и подшутить над приближенными (часто весьма грубо). Вот и ахенцы всегда были большими мастерами розыгрышей. Иные хватали через край. Из преданий следует, что «фирменное» здешнее чудовище — тот самый Бахкауф, который ревностно оберегал пресные воды, был в то же время решительным противником горячительных напитков и пожирал всякого не в меру набравшегося и особенно шумного гуляку, если тому случалось столкнуться с ним на темной улице, особенно вблизи какого-нибудь фонтана или купален. Правда, после уже известной нам встречи с Пипином Коротким монстр «числился погибшим», но все же время от времени всплывал (в прямом и переносном смысле) и давал о себе знать. К примеру, в начале 1605 года по городу поползли слухи, что в горячем ключе на горе Бюхель вновь объявилось чудовище, правда, людей оно теперь не ест, но грабит. Отцы города всполошились и отправили в ночную разведку стражников. Те доложили, что грабежом действительно занимается страшный зверь с кривыми клыками и острыми когтями, поймать же его никак не удается. Продолжалось это довольно долго и завершилось самым малопочтенным образом. Однажды диковинный зверь напал на сильно подгулявшего кузнеца, но тот, будучи человеком недюжинной силы, отважно вступил в единоборство и в конце концов с помощью сбежавшихся на шум соседей его скрутил. Ряженым чудищем оказался стражник Ганс Пальман (тот самый, что предводительствовал городской разведкой). «Шутник», как лаконически сообщает хроника, был «взят под стражу, высечен рутенами и изгнан из города Ахена навсегда».

Но это крайность. А так — сегодня в Ахене масса вполне обычных культурных «аттракционов», какие можно найти в любом европейском городе. Местный театр, к примеру, даже пользуется некоторой славой за пределами Германии. Однако самое интересное — это те мероприятия, которые проходят только здесь, придавая городу сугубо индивидуальное обаяние.

Например, февральский карнавал. Дело поставлено на широкую ногу: ведает им специальная городская Карнавальная комиссия, созданная еще в начале XIX столетия. Причем праздник этот столь важен и любим ахенцами, что они называют его «пятым временем года». Все начинается всегда в один и тот же день — 11 февраля. Потом две недели идут разнообразные концерты и балы-маскарады, а в качестве заключительного «аккорда» публике предлагается Детский костюмированный парад. Центральное же событие карнавала — вручение еще одной городской премии, медали «За борьбу со смертельной серьезностью». Поощряют ею «за остроумие и человечность, проявленные при исполнении служебных обязанностей». Идея экзотической награды возникла еще в 1950 году, когда городской прокурор Дугдаль на время карнавала постановил отпустить на поруки всех подследственных. Карнавальный комитет был так поражен этим поступком (город тогда входил в английскую зону послевоенной оккупации, и времена стояли «невегетарианские»), что решил отметить своеобразную заслугу прокурора перед человечеством — новой премией, которая с тех пор исправно присуждается отличившимся в этом смысле политикам, юристам, дипломатам и прочим деятелям.

И вот еще что: приезжего уже на вокзале в Ахене встречают бронзовые фигуры лошадей, которые далее будут попадаться ему по всему городу в самых разных видах — гранитных, плетенных из соломы, пряничных. И даже перед новым зданием университета красуется синий конь с огромным компакт-диском на спине. Дело в том, что Ахен всемирно знаменит своими международными состязаниями по конному спорту. Ежегодно в конце лета на местный ипподром, который ценится как один из лучших в мире, съезжается вся лошадиная элита. Многие светские дамы специально возвращаются пораньше из отпуска, чтобы показаться на этом мероприятии в традиционных широкополых шляпах.

Вода — всему основа

Архитектура нынешнего Ахена разочарует строгого пуриста. Так уж исторически сложилось, что город разностилен и пестр. Старое готическое поселение почти полностью исчезло с лица Земли при страшном пожаре 2 мая 1656 года, когда из 5 300 домов сгорело 4 660. Тогда-то местный аптекарь произнес историческую фразу: «Что огонь погубил, следует восстанавливать водой», — и открыл первую водолечебницу. Город отстроился заново, но уже в барочном духе.

В 1792 году его заняли республиканцы-французы. Новые власти решили Ахен радикально преобразить — городские стены снесли, а на месте их разбили бульвары — копию парижских.

В 1815 году по решению Венского конгресса город вернули Пруссии. Очередные хозяева в ознаменование этого великого события воздвигли в крошечном городке громадный псевдоклассический театр — «клон» московского Большого, только без квадриги Аполлона. Наконец, в 1944 году авиация союзников почти сровняла Ахен с землей — на всех церквях, мимо которых случалось нам проходить, непременно обнаруживалась бронзовая дощечка с типовой надписью: храм имярек выстроен в 1570, 1710… (тут годы варьируются), разрушен 23—24 июля 1944 года (эта дата на всех одна), восстановлен в 1949—1951 годах...