Попаданка-травница на службе Его Величества - Хелен Гуда

вопрос: а смогу ли я помочь? — Это все? — мужчина приподнял вопросительно бровь.

— Что будет, если я не смогу вам помочь? — это вообще вопрос, который надо было спросить в первую очередь.

— Ничего. На вас наложат заклинание молчания и отпустят, — мужчина усмехается. Не нравится мне его усмешка, словно он говорит одно, а думает другое. Не понимаю я ее.

— Хорошо. Тогда рассказывайте, что у вас случилось и чем я могу помочь, — я решилась. Что ж, надеюсь, я не вляпываюсь сейчас в одну большую коричневую, нехорошо пахнущую субстанцию.

— Короля и первую фаворитку поразила неведомая болезнь, — отвечает красавчик.

— И какие симптомы? — я уже прямо сейчас пожалела о том, что согласилась. Какой из меня лекарь? Я в учениках месяц отходила.

— Идемте, я вам покажу пациентов, — мужчина встал, и я растерянно посмотрела на него. Меня что, сейчас с королем знакомить будут? Вот это поворот.

Я встала и посмотрела на свои вещички, аккуратно скатанные в колбаску и засунутые между мною и спинкой дивана.

— Не переживайте, ваши вещи никто не тронет, — и мужчина закатил глаза.

— Хорошо, — я кивнула, снова спуская ему это высокомерное поведение. В оправдание себе сказать, что я не терпила, но гоношиться, когда ты немного не в выигрышной ситуации, смысла нет. Я еще припомню эти взгляды в небеса, закатывания глаз и многозначительные хмыканья. Просто по факту я даже не знаю, с кем имею дело. Он сказал, что глава какого-то там отдела. А какого — мой испуганный мозг забыл и вспоминать не торопился.

Мы вышли из комнаты и пошли по коридорам. Служанки замирали у стеночек, прятали глаза, но я-то видела, как они с жадностью пожирали его этими самыми глазенками. Так мы прошли до двустворчатых дверей в два человеческих роста, у которых стояли двое из ларца одинаковых с лица. Они глянули на нас и широко распахнули двери. Мы попали в комнату, видимо, предназначенную для приема гостей.

— Добрый день, — красавчик поздоровался с круглолицым мужчиной очень упитанной наружности. Я бы даже сказала, слишком упитанной. Он напоминал шарик, который не ходит на ногах, а перекатывается. — Как король и леди Фрия?

— Появились новые поражения, — горестно качает головой мужчина, с тоской смотря на скляночки и баночки, что он разложил на чайном столике.

— Ничего не помогло? — уточняет теперь уж мой новый работодатель.

— Нет. Мне кажется, стало только хуже, — жалуется плаксиво кругляш.

— Я могу их проведать? — уточняет красавчик, но вопрос скорее — дань уважения, как я поняла, к лекарю.

— Да, конечно, господин Маттиоли, — кивнул мужчина, а я чуть мыслями своими не подавилась. В смысле Маттиоли? Прям как узника Бастилии, что носил маску на лице.

— А как вас зовут? — я дергаю своего провожатого за рукав, и тот оборачивается и удивленно смотрит, словно мое присутствие здесь для него новость.

— Антонио Маттиоли, — отвечает мужчина немного снисходительным тоном и делает микроскопический поклон. Вроде и качнулся корпусом вперед, как для поклона, но полноценным движением сложно назвать.

— Приятно познакомиться, — я своими словами намекнула, что он забыл представиться. И мужчина в сотый раз закатил глаза, типа, я прицепилась к такой мелочи. Ну да, не знать имени не просто собеседника, но еще и своего работодателя — это ж такая мелочь.

— Идемте же! — мужчина хватает меня за руку и чуть ли не заволакивает в королевскую спальню.

Первое, что я почувствовала, — это запах немытого тела, который старательно пытались перебить благовониями и духами. На поистине королевском ложе лежали двое. Бледная женщина и не менее бледный мужчина. Они что, двух больных держат не только в одной комнате, но еще и в одной постели? Верх безрассудства! Даже если один начнет побеждать болезнь, то в таких условиях он просто сразу же подхватит болячку от второго больного.

— Доброго здравия, Ваше Величество, — мой сопровождающий поклонился королю.

— Не смешно, Антонио, — отзывается король. — Кто это? Новая служанка?

Фаворитка лишь взглянула на меня и снова закрыла глаза.

— Это ученица Поля Камнене, — представил меня красавчик, и тут глаза фаворитки широко распахнулись и с ненавистью посмотрели на меня.

— Девка в учениках? — и Его Величество скептически приподнял бровь. — А что же сам лекарь? Богу душу отдал?

— Он в отъезде, и найти его не представилось возможным, — отзывается глава Тайного отдела.

— И что же ты предлагаешь? Чтобы короля лечила девка-недоучка, когда самые просвещенные умы королевства не могут справиться с этой заразой? — ставит под сомнение мою компетентность король. Да я как бы и не рвалась в светочи науки.

— Но ведь вы ничего не теряете, Ваше Величество. От притирок, снадобий и микстур мэтра Глобе все равно нет толку, а болезнь прогрессирует, — аргументирует свое решение мой новый работодатель.

— Ох, ну пусть смотрит, — устало отзывается король.

— Не позволю! — вдруг завизжала фаворитка. — Этот глупый Камнене погубил моего сына, а теперь подослал уличную девку, чтоб добить меня. Не позволю! — продолжает верещать дамочка.

— Фрия, успокойся немедленно! — гаркнул повелительно Его Величество, и фаворитка обрубила на полуслове визг. Ого, вот это дрессировка! — Как тебя зовут, девочка? — король перевел пытливый взгляд на меня.

— Марлен, — я опустила голову и сделала реверанс, как учила нас матушка Беатрис. — Марлен Уорк.

— Как ты оказалась в ученицах у Поля Камнене? Кто твои родители? — продолжает допрос король.

— Я сирота. Жила в воспитательном доме матушки Беатрис, — отвечаю на вопрос мужчины, а сама понимаю, что вот так, одним предложением описала восемнадцать лет своей жизни.

— И на тебя не заключили контракт? — уточняет король, но я не успеваю ответить, как отвечает вместо меня фаворитка.

— Еще бы! С такой рябой рожей кому она приглянется? — брызжет ядом леди Фрия.

Мужчина строго повернулся и посмотрел на соседку по кровати. И дама, оскорбленная таким строгим взглядом, отвернулась.

— Ладно, закончили со светской беседой, — решает перейти к делу