По пути (СИ) - Неиванова Елена

"Ноги свои сейчас закидывает на какого — нибудь мужика".

Пальцы резко дернули большой пласт коры, она тихо отслоилась от ствола и упала под ноги. Его бесил тот факт, что Женя никогда ему не принадлежала: независимая, предприимчивая, успешная. "Почему в тот вечер не вызывала ментов, да ещё и позволила подвезти до дома?" — улыбнулся глазами, вспоминая, как танцевала коралловая длинная юбка на ветру, "потому что безбашенная" — подумал и запихнул очередную порцию за шиворот. На сердце стало теплее: воспоминания, словно ветки, брошенные в костер — сделали свое дело. Подумал о том, что когда сможет зарядить телефон, первым делом свяжется с Женькой," она наверняка поможет, она надёжная".

Яся откровенно клевала носом, пытаясь поддерживать огонь в дееспособном состоянии. Оказалось, это достаточно трудно: крупные ветки почти дотлели, а мелкие сжирало пламя со скоростью света. Еще и ветер закрутил сильный, сначала раздувая огонь, потом практически потушив. Заметив приближающегося парня, она внутренне расслабилась: теперь можно было скинуть с себя всю ответственность и расслабиться.

— Отойди, — сухо скомандовал, скидывая рядом с костром несколько тяжёлых березовых ветвей. Потом резким движением расстегнул куртку и оттуда высыпалось приличное количество коры. Яся медленно встала с корточек и потерла грязные колени, удивляясь тому, насколько быстро вернулся добытчик. Но пришлось сдержаться, не выдав ни одной ноты восхищения.

" Еще чего, и так ходит, как важный индюк, а если я его ещё похвалю, то он лопнет от самолюбования." Девушка была искренне и глубоко обижена. Это его скупое " отойди" буквально вонзилось под кожу соленой иголкой.

Над огнем не пришлось долго колдовать и Лис одобрительно кивнул, оценивая проделанную работу. Его мужская уверенность была непоколебима: он знал, что даже очутившись на необитаемом острове сможет выжить, ведь все уроки, что преподносила жизнь, он старался усваивать, наполняя копилку бесценным опытом. Сказывались и все трудности, с которыми сталкивался, начиная с детских лет. Сталь закалялась слишком..

Дым от костра поднимался вверх сизым столбом, жар осушил вокруг всю влагу, делая траву комфортной для сна.

" Кажется кому — то захотелось повыпендриваться" — посмотрел на притихшую Ясю, подперевшую спиной дерево, на весьма значительном расстоянии. Хотел было возразить, но сдержал себя на полувздохе. Час так просидела, даже не подошла погреться. " Взрослая дылда, своя голова уже должна быть на плечах" — расстегнул куртку и молча подошёл к девушке, не скрывая иронии во взгляде. В этот момент Яся отчаянно пыталась уснуть, выбирая место поудобнее. Не хотелось признавать, что парень обеспечил должный комфорт и снова выглядел королем на ее фоне. Яся упёрлась рогом, хотя прекрасно понимала, что творит несусветную глупость. Это как знаете, в детстве, когда на чужом дне рождения на тебя не обращают внимания, и ты намеренно уходишь в другую комнату, чтобы его привлечь. Фокус, который работает годами.

Тепло, внезапно опустившееся на плечи, удивило. Девушка подняла взгляд наверх и увидела перед собой плоский мужской живот, обтянутый грязной футболкой.

— Иди к костру, — не смог сдержать порыв, но при этом выглядел по — прежнему отстранённо. Только пальцы сжались внутри кармана. "Она заболеет, а мне разгребать" — с досадой прозвенела мысль.

Несколько секунд девушка колебалась на счет куртки, но здравый смысл все же победил. Поблагодарила одним кивком и скрестила руки на груди плотным замком, давая понять, что не намерена более контактировать. Опустила ресницы вниз.

— Ты меня слышишь? Ты замёрзнешь… — процедил, глядя на спутанные волосы темной макушки.

— А тебе то- что? — тем же тоном вернула " ответку". — Или ты думаешь, что я тебе в армии и мной можно так просто командовать? Отойди, это не трогай, то не бери, да кто ты такой? — с каждым словом голос становится все грубее.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты чего вые*ываешься? — прорычал весьма внушительно в ответ, глядя на девушку сверху вниз.

— Это ты выеб*ваешься, а я пытаюсь здесь выжить, в этом грёбаном лесу, в этих ужасных условиях, рядом с таким, как ты… долбанным эгоистом, не способным к состраданию, — подняла взгляд, скальпелем перерезав разом все его сухожилия. Эмоции переполняли через край.

Мужской взгляд моментально потемнел, весь поток ненависти, который она послала в его сторону достиг цели. Что — то очень глубинное, родом из детства, хлестко ударило по сердцу. Будто эти слова не Яся произносила, а кто- то другой. Грудная клетка тяжело вздымалась. Такой же взгляд был у матери… его невозможно было стереть из подсознания. Одна фраза, как спусковой курок и вот уже гнев залил уши кровью. Грубым рывком он согнулся пополам и поднял девушку над землей. Она даже не успела среагировать, как ощутила невесомость под ногами и острое давление ткани, врезавшейся в подмышки.

— Значит так… Утром ты идешь одна в ту сторону, в которую пожелаешь, и рот больше не смей открывать, иначе я за себя не ручаюсь, — хрипло отчеканил, буквально выедая взглядом все остатки былой храбрости в ореховых глазах. Яся дрожала так, что невозможно было это не ощутить. Поставил на место. Нет, не поставил, скорее отшвырнул, как ненужную бумажку. Ударившись лопатками о ствол дерева, Яся зажмурилась от боли, но ничего не ответила. Хотелось жить! Было страшно ослушаться, поэтому она всячески постаралась стать как можно более незаметной. Укрылась курткой с головой и поджала под себя ноги. Плакала несколько минут, пока обессиленно не закрыла воспалённые глаза. "Куда угодно, лишь бы подальше от него.."- последняя мысль перед сном.

Тяжёлым шагом молча вернулся к огню. Несколько минут наблюдал, как куртка трясется и вздымается от беззвучных всхлипываний. Злость отхлынула также быстро, как и возникла. Теперь жаром сожаления опалило грудь, ведь столько лет удавалось себя контролировать, никогда не оступался, ни на каплю не был похож на отца, хотя предрекали, тетки у подъезда. "В тот день, когда его менты забрали в наручниках".

И битый час не мог уснуть, хотел подойти и извиниться за физическую агрессию, но не смог. Гордыня. Она с самого детства жила с ним бок о бок, диктуя зачастую свои искаженные правила.

" Завтра пусть идет на все четыре, пока я ее реально не прибил" — подумал перед сном и закрыл глаза. На душе возникло чувство облегчения, словно скинул тяжёлый балласт.

Спустя неопределенное время в тишине раздался визг. Потирая сонные глаза, Лис не сразу разобрал, откуда исходит этот тошнотворный звук. Небо заметно прояснилось, хотя по ощущениям прошло не более часа.

Яся орала, как резаная, размахивая руками, словно умалишённая. Она визжала и визжала, кружилась волчком возле костра. Округлив глаза от недоумения, парень подскочил с травы.

— Сними их, сними всех, мне больно! — прокричала в ухо, буквально прыгая на одной ноге.

Серые глаза уловили движение на фоне светлой кожи.

"Муравьи".

Много муравьев — такое ощущение, что они были повсюду. Яся дергалась и мешала стряхивать их с волос. Пришлось зафиксировать ее надёжным захватом, а потом резким движением стащить платье.

— Ты жопой села на муравейник? — возмущённо воскликнул парень, ладонью проведя по голым лопаткам. Штук пять насекомых сорвались вниз и упали в траву.

— Я не знаю, убери, я их ненавижу, они кусают меня, — ударила со всей силы по бедру и оттянула резинку сбоку трусиков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Лис был занят не меньше, стряхивая платьем воинственных насекомых. В какой — то момент Яся успокоилась и перестала хаотично дергаться. Расслабившись, спутник смахнул резким движением последнюю парочку черных точек и оценивающе посмотрел на девушку. Вроде чисто.

— Ай, яй — , взвизгнула и приложила ладони к груди, моментально просунула пальцы под лиф спереди, пытаясь достать подлеца. Он кусал в самое чувствительное место возле соска. Не думая о стеснении и прочих правилах приличия, Яся задрала лифчик вверх, не расстегивая, и принялась неистово стряхивать его с кожи. От этой картины челюсть парня практически упала на кроссовки. Мало того, что смешно, так еще и дико эротично. "Пускай умом не вышла, зато фигура у девахи зачетная". Достаточно большая круглая грудь, с задранными вверх темно — розовыми сосками заняла сейчас все его сознание.