Блаженная несвобода - Елена Кшанти

17

Почти каждый день она садилась на мотоцикл и приезжала в Маклеоганж. Это была Тибетская колония, находящаяся высоко в горах над Дхарамсалой и состоящая всего из двух-трех улиц.

Это было уже привычкой. Стеша знала, что ее ждут. Ее ждали калеки у обочин, которых она ласково всегда дразнила, ее ждал маленький индусский мальчик, который каждый раз весело залезал на заднее сиденье мотоцикла и на чистом английском шутя признавался ей в любви. Ее ждал нескончаемый поток местных торговцев, которые, как правило, выходили из своих магазинов на улицу и, делясь новостями, грелись на солнце. И еще ее ждал какой-нибудь интересный случай, который время от времени происходил на улицах этого поселения, любимой отдушины индийских туристов во времена наиболее жаркого солнца и места слета людей, обремененных духовным поиском.

Но сегодня было на редкость скучно. Стеша зашла в маленький ресторанчик на площади, где работал ее старый знакомый Рахуль, и заказала капучино, который, в отличие от московского, был здесь очень вкусным и относительно дешевым. Правда, делал ей его исключительно сам хозяин заведения.

Стеша смотрела в огромное, во всю стену окно, когда внезапно услышала голос:

— Ты уже нашла нового бойфренда? — Голос принадлежал местному индийскому подростку, который так сильно хотел стать побыстрее взрослым, что уже пытался брить свой еле видный пушок над верхней губой.

— Я его и не ищу, — невозмутимо ответила Стеша.

— Почему?

— Потому что у меня нет в этом необходимости.

— Ну да, — не поверил юноша, — как же ты теперь без Санжея, одна, тебя здесь никто не защитит и не утешит? — Он явно хотел нырнуть гораздо глубже в непроницаемое озеро ее чувств, но не тут-то было, другой голос на чистом английском произнес:

— Мужчины сейчас обмельчали и не стоят наших переживаний, правда, Стеша? — сказала худенькая обаятельная девушка, появившаяся из ниоткуда. — Мы будем теперь любить исключительно женщин, — добавила она и весело обняла Стешу.

— Валька, милый, ты откуда? — вспыхнула та солнечной улыбкой.

Индусский юнец, опешив от такой откровенности, тут же растворился в пространстве.

— Прямо из Москвы, сбежала от очередного любимого и сварливых родителей, — отвечала девушка, задорно покачивая вьющимися русыми локонами, которые очаровательно обрамляли ее миловидное, подернутое свежим загаром личико. Слегка замусоленный наряд тинейджера ей, как ни странно, жутко шел.

Валя была соткана из противоречий. Дочь известного в российских кругах журналиста, она с детства выросла на умных книжках и интеллектуальных фильмах, была подвергнута культурному воспитанию на основе современных методов развития творческих способностей в специальной английской школе, проходила усовершенствование своих навыков в Америке и с успехом закончила филологический факультет Московского университета. И даже преподавала на кафедре иностранных языков.

Но по прошествии времени все это вылилось в стремление обрести независимость от своей известной и влиятельной семьи, стать менее культурной, менее соответствующей правилам, которые ей осточертели еще с детства.

Казалось, что она задалась целью превратить свою жизнь в нечто противоположное тому, о чем мечтали ее высококультурные предки.

Она перестала ночевать дома, пропадая неделями с подозрительными друзьями, внезапно уезжала в другие страны и так же внезапно возвращалась, без денег, голодная и слегка потрепанная жизнью. Даже в быту Валя вела себя невоспитанно. Она разбрасывала свои вещи и одежду везде, где ей только заблагорассудится, часто забывала чистить зубы, умываться и даже расчесывать свои вьющиеся волосы. При этом, будучи все же очень привлекательной и сексапильной, она не придерживалась никаких правил приличия и меняла мужчин как перчатки, не делая из этого никакого секрета для окружающих.

Милая улыбка никогда не сходила с ее губ, но это ее не всегда выручало. Многие, кто знал ее только поверхностно, относились к ней не очень серьезно, некоторые осуждали за свободное поведение и манеры.

Но на самом деле она была Белой Тарой, той самой Богиней, которая благословляет и дарует долгую жизнь. Просто обычные люди об этом ничего не знали.

— Валюшка, я по тебе скучала, — сказала Стеша и опять залилась своей солнечной улыбкой. — Как ты? Что нового в твоей жизни?

— Как всегда: новый роман и новая трагедия. Теперь мне хочется побыстрее все забыть. Я приехала, чтобы сменить обстановку, отдохнуть и набраться новых впечатлений.

— И как впечатления?

— Да уже не успеваю впечатляться. Мужчины здесь на любой вкус, еле успеваешь отбиваться.

— Да, ты права, — подтвердила Стеша.

Валя заказала себе тоже кофе и опять обратилась к Стеше:

— Слушай, а почему ты одна? — спросила удивленно она. — Ты очень популярна здесь, смотри, как жадно на тебя смотрят мужчины. Неужели тебя они совсем не интересуют?

— Это все ерунда, — ответила Стеша.

— Странно, неужели они тебе совсем не нужны?

— Почему же, нужны, но не так часто, как они этого хотят, — ответила Стеша, рассматривая праздно гуляющую публику.

— Как это?

— Да так, мне они нужны только один раз в месяц для возгонки энергии, а такого мужчину очень сложно найти.

— Почему только так? — спросила Валя, прикрывая глаза от лучей заходящего солнца, которые врывались в огромное окно.

— Я принципиально не хочу серьезных отношений, это всегда порождает проблемы и несвободу. Я уже достаточно взрослая, чтобы не верить в сказки про какую-то прекрасную любовь. Все это полная фигня. Люди настолько разные, что найти человека, который бы тебя понимал и смог разделить с тобой жизнь, практически невозможно. В лучшем случае, это томительная привязанность, основанная на скуке и вранье. И я даже не могу понять, зачем людям все это нужно.

— Просто так их воспитывает общество. — Валя под пристальными взглядами индусов чувствовала себя совершенно свободно и непринужденно. Ее русые волосы легкими волнами спускались на худенькие плечи, придавая ее виду налет романтичности и загадочности.

— Спрашивается, зачем гробить драгоценную человеческую жизнь, подчиняя ее правилам, выдуманным недоразвитым обществом? — сказала Стеша, снимая шоколадную пену.

— Ну, пусть общество несовершенно, но ты не думаешь, что врешь сама себе, ведь любой женщине хочется иметь рядом с собой мужчину, опору, друга?

— Думаю, что не вру. Мужчины для меня ценны только как друзья и половые партнеры, что же касается остального, то есть романтики и пуси-муси, я смотрю на это как на бесполезную трату времени. И потратила я этого времени уже уйму. Как только возникают отношения, то тут же мужчина начинает тебе досаждать своей романтикой и требовать уйму внимания, начинает отгораживать тебя от других мужчин, ревновать, и еще, самое ужасное, — страдать. Это бывает так невыносимо, что единственной моей целью становится от этого куда-нибудь сбежать и в одиночестве опять обрести некое подобие свободы.