Метаморфоз - Саша Кор

мы должны наоборот, взять и объединиться против них. Представляешь, какой шухер будет, если мы объединимся?

Он уже сам чувствовал, что говорит слабо, неубедительно. Кахата выслушивал его сбивчивую речь с брезгливым изумлением. Потом сказал:

— Ты трус! Объединяться решил! Просто боишься принять вызов. Вот уж от кого не ожидал.

— Но чего нам делить-то? — продолжал напирать Кэн. — Чего ради ссориться?

— А это ничего, что твой отец моему все лицо сжег? — злобно прошипел Ристэ.

— Ну и что? — изумился Кэн, впервые посмотрев в глаза собеседнику. Он даже чуть не ляпнул, что Нэйбо и ему лицо сжег, и он ничего, не обиделся же.

— Что? — прорычал Ристэ, грозно, но негромко, чтобы не услышали от дверей. — Такое не прощают! Я не могу отомстить самому Нэйбо, но тебя я изувечу. Это будет уроком и ему, и тебе.

Кэн некоторое время недоуменно моргал. Да, в таких условиях сложненько будет примириться. Вроде как и повод для вражды есть. А с другой стороны, что это за повод? Ну, кто-то кому-то когда-то начистил морду. Так у них вон какая магия, физиономии за день исправляют так, что почти ничего не видно. А потом вспомнил:

— Так это же их дело! По закону они должны сами между собой разбираться, а мы тут при чем?

— Закон! — фыркнул Кахата. — Плевал я на закон! Мой отец так и не решился твоего вызвать, но я тебя вызову. Чего бы мне это ни стоило.

— Это нечестно будет. — Кэн поднял руку, нарочно скрючив пальцы. — Нам никто и не разрешит драться.

— Врешь ты все. Я видел, ты уже нормально меч держишь.

— И через раз его роняю! Ты должен был видеть, если действительно смотрел.

— Вранье. Притворство. Я тебя выведу на чистую воду.

— Знаешь, что? — обреченно вздохнул Кэн. — Иди ты все-таки к Раху!

Он обогнул Ристэ и зашагал к выходу с площадки. Переговоры можно было считать проваленными. Что поделаешь, не мастер он языком чесать.

***

Кэн чувствовал, что у него назрело несколько вопросов к Нэйбо. Конечно, Ристэ мог и наврать, но это вряд ли, такие вещи легко проверить. Но вот спросить бы, а зачем, собственно, Хэно это сделал. Может, история немного длиннее, и тогда можно будет, как у них тут выражаются, провести второй раунд переговоров. Конечно, убедить Ристэ, что его отец сам виноват, будет непросто, но попробовать стоит. Может быть, надо Ройбэ привлечь, он умный. Но сначала следовало снова позвонить домой.

Вечером, когда все разошлись по жилым корпусам, Кэн задержался в учебном. Дождался, пока станет тихо, и пробрался в холл, к телефону. В этот раз он чувствовал себя куда увереннее. Хотя вопросы сегодня были посложнее, но, может быть, Хэно не пошлет его к Раху и ответит.

Нэйбо оказался дома и трубку снял сразу.

— Привет, это я опять, — буркнул Кэн.

— Да, Тэн, я слушаю, — благосклонно отозвался Хэно.

Кэн набрал воздуху в грудь и выпалил:

— Слушай, а правда, что ты Кахате лицо сжег?

— Так это еще в школе было, — невозмутимо заявил Нэйбо. — Я в юности много кому отметин наставил на разных местах.

— Но зачем ты это сделал?

— Они напрашивались.

Кэн на мгновение даже дар речи потерял. Вот так просто у них тут? На улице обычно требовалась более веская причина для драки.

— А почему ты спрашиваешь? — поинтересовался Нэйбо.

— Просто его сын тут тоже того... напрашивается.

— Скверно. — Слышно было, что Нэйбо хмурится. — Тебе нельзя с ним связываться.

— А что мне делать? — в отчаянии воскликнул Кэн. — Он просто лезет и все.

— Постарайся его избегать.

— Да как я его избегу? В одной группе учимся.

— Он сейчас сильнее тебя. Ты в любой драке ему проиграешь.

— Но он заедается!

— Игнорируй.

— А если он меня на дуэль вызовет?

— Пошли его к Раху.

Кэн поперхнулся от изумления.

— А я и послал, — сказал он недоверчиво. — А Ройбэ сказал, что так нельзя. Что я должен был принять вызов.

— Не слушай Ройбэ, — настойчиво проговорил Нэйбо. — Меня слушай. Твоя задача сейчас — выжить. Не принимай никаких вызовов. Плевать на репутацию. Тебя еще будут бояться, просто не сейчас, позже. Сейчас не время. Просто игнорируй все нападки. Если почуешь неладное, обращайся к Гайто. Он наведет порядок. И вообще, ты давно должен был сказать Кахате, что не можешь драться из-за руки.

— Да говорил я! А он не верит.

— Что значит — не верит?

— Говорит, я притворяюсь, — обиженно пробурчал Кэн.