Президент Фу Манчи - Сакс Ромер

Смит указал на найденный на полу такси странный предмет.

Это был футляр для колоды игральных карт… однако никаких карт в нем не было!

В салоне автомобиля нашли также несколько листков чистой бумаги, свернутых таким образом, словно они лежали в футляре. Именно это, по мнению Смита, таксист и принял за записную книжку.

— В момент приступа Рише держал футляр в руке, — энергично сказал он. — Это факт первостепенной важности. — Сидящий с полузакрытыми глазами Хэпберн медленно кивнул. Никогда в жизни еще он не встречал человека со столь большим запасом энергии. Найланд Смит схватил товарища за плечо, словно поняв вдруг, насколько тот устал.

— Вы уже засыпаете! Не забывайте о визите мисс Лэкин в четыре часа. И ни слова о Рише при ней!

Зазвенел звонок; Фей с бесстрастным по обыкновению лицом пересек прихожую и открыл дверь. На пороге стояла высокая, элегантная женщина — седоволосая, в изящной шляпке, закутанная в меха. Человек в форме служащего отеля «Регал-Атениэн» обменялся взглядом с Феем, кивнул и пошел прочь.

— Сэр Дэниз ожидает вас, мадам. — Фей посторонился, пропуская гостью.

Из гостиной навстречу вышел Смит с протянутой рукой. Его худое загорелое лицо выражало сдержанное возбуждение.

— Мисс Лэкин! — воскликнул он. — Безмерно рад вас видеть! Я получил письмо, которое вы послали мне со специальным курьером, но ваш телефонный звонок заинтриговал меня еще больше. Пожалуйста, садитесь и расскажите все в подробностях.

Мисс Лэкин прошла в гостиную. Одну стену ее почти целиком занимали окна, за которыми простиралась обширная панорама Нью-Йорка. Тучи уже рассеялись. Зимнее солнце заливало холодным светом пейзаж невиданной красоты. На бесчисленных крышах далеко внизу, на горгульях и прочих причудливых архитектурных украшениях, нарушающих строгую геометрию карнизов, лежал снег. Нью-Йорк походил сейчас на волшебным образом увеличившийся в размерах город снежных гномиков. Вдали сквозь прозрачный морозный воздух виднелся залив, и еще дальше сверкало море. Над освещенным письменным столом возле одного из окон на стене висела огромная карта города. А рядом другая, более мелкого масштаба, — карта США. Две эти карты имели нечто общее между собой: их усеивали сотни булавок с разноцветными головками — воткнутые, казалось бы, наобум.

— Здесь довольно тепло, мадам, — произнес Фей. — Позвольте взять ваше пальто. — Он бережно перекинул через руку тяжелое меховое пальто и спросил: — Чашку чая, мадам?

— Английского, — отрывисто добавил Найланд Смит.

— Благодарю, — мисс Лэкин слабо улыбнулась. — Звучит соблазнительно. Пожалуй, я действительно выпью чашечку чая.

Смит стоял у каминной полки, заложив руки за спину. По чисто выбритому лицу детектива нельзя было предположить, что за последние двое суток он спал всего шесть часов. На нем был очень старый костюм из твида и полосатая рубашка с пристежным воротником, которая при ближайшем рассмотрении оказалась пижамной. Когда Фей вышел, Найланд Смит продолжил с чрезвычайно возбужденным видом:

— Мисс Лэкин, вы принесли письмо, о котором говорили?

Сара Лэкин вынула из сумочки конверт и вручила его собеседнику, не спуская с последнего внимательных серых глаз. Смит взглянул на написанный от руки адрес и прошел к письменному столу.

— Кроме того, у меня есть адрес, где мы должны были встретиться с той чрезвычайно неприятной личностью: вчерашним посетителем Уивер-фарм.

Найланд Смит мрачно бросил:

— Боюсь, этот адрес нам ничего не даст. — Он снова повернулся к освещенному столу. — Вот три письма, написанные Орвином Прескоттом перед исчезновением. Вы знаете, почему я забрал их и что обнаружил?

Мисс Лэкин кивнула.

— Копии писем были отосланы адресатам. Не могу судить точно, но, по-моему, это почерк доктора Прескотта.

— Совершенно верно, сэр Дэниз. Мы с кузеном так близки духовно, что ошибиться я не могу. Письмо безусловно написано рукой Орвина. Прочитайте его.

С кухни раздался легкий звон посуды: Фей занялся приготовлением чая. Найланд Смит вынул письмо, из конверта. Сара Лэкин пристально, почти завороженно, смотрела на него. Пусть знакомство их было кратким, но мисс Лэкин всей своей прекрасной душой потянулась к этому проницательному, неукротимому человеку, который все могучие силы тренированного ума бросил на борьбу с опасностью, грозящей обществу.

Он внимательно изучил письмо — дважды пробежал его глазами, потом прочел вслух:

«Дорогая Сара! Хочу несколько успокоить тебя. Ко времени получения письма ты уже будешь знать, что я стал жертвой заговора. Но я пошел на компромисс с противником, — и благодарю тебя и всех твоих друзей за то, что вам удалось скрыть от прессы факт моего временного исчезновения. Я проинструктировал Норберта, который вскоре свяжется с тобой. Мне пришлось пережить неприятные ощущения — и я до сих пор не вполне пришел в себя. Пожалуйста, веди себя так, словно тебе ничего не известно о постигшей нас неприятности, но не волнуйся насчет моего выступления в Карнеги-холле. Я буду там. Не хочу казаться нарочито таинственным — но не пытайтесь никак связаться со мной до самого вечера дебатов: это в моих интересах. Крепись же и будь мужественной.

Всегда твой Орвин».

— Даты нет, — заметил Найланд Смит. — Адреса нет. Лист вырван из обыкновенного блокнота. Конверт тоже совершенно обычный, с нью-йоркской маркой. М-м-м…

Он бросил письмо и конверт на стол и, взяв кисет, принялся набивать трубку. В гостиную вошел Фей и поставил поднос с чаем на маленький столик перед мисс Лэкин.

— Молоко или сливки?

— Молоко и один кусочек сахара. Спасибо.

Кроме едва заметных следов усталости на лице Найланда Смита да несколько необычного для человека, явно умеющего согласовывать свой внешний вид с требованиями общественных приличий, костюма сыщика, ничто в атмосфере комнаты, расположенной высоко над шумным Нью-Йорком, не свидетельствовало о страшной грозе, бушующей над головами этих двух людей.

— Я совершенно не представляю, что делать, сэр Дэниз, — нарушил тишину голос Сары Лэкин, когда Фей вышел из гостиной. Женщина не сводила твердого взгляда с собеседника. Найланд Смит закурил трубку, потом повертел ее в руках и бросил в пепельницу, отрывисто заметив:

— Пожалуй, за чаепитием вы не привыкли вдыхать табачный дым. Прошу вас, извините меня. Итак, передо мной встала самая большая и, возможно, последняя в моей жизни проблема…

— Сэр Дэниз… — Мисс Лэкин подалась вперед, взяла из пепельницы трубку и протянула ее Смиту. — Вы же знаете, я все понимаю. Я знакома с миром куда более широким, чем штат Коннектикут, — и мне нужна ваша помощь. Курите, если это помогает вам сосредоточиться. Что мне делать? Что вы посоветуете?